Росс Томас - солдат и путешественник

Росс Томас - солдат и путешественник

С известным американским романистом, мастером остросюжетного жанра Россом Томасом наш читатель познакомился сперва по его псевдониму: в 1985 году в Москве вышла первая его книга Дневники Прокейна, подписанная Оливер Блик. Никто, к слову, не знает, почему популярный автор ставит под одними книгами свою собственную фамилию, а под другими псевдоним. Может быть, затем, чтобы как-то разделить своих главных постоянных героев: коверную пару Маккоркл — Падильо и посредника Сент-Ива. Надо подчеркнуть, что эту фигуру — посредника между преступником и потерпевшим — Росс Томас ввел в детективный жанр первым. Сент-Ив сделался основным действующим лицом целого сериала.

Росс Томас (Ross Thomas) родился в Оклахома-Сити 19 февраля 1926 года. Жизнь в почти миллионном городе, столице одноименного штата, известного химической и машиностроительной промышленностью, навсегда оставила след в мировоззрении и мировосприятии писателя — он человек сугубо городской, любящий изображать специфическую городскую среду, которую чувствует и знает отлично.

Едва завершив среднее образование, Томас стал сотрудничать в местной газете Дейли Оклахомен. Специализировался в репортерском деле, подавал надежды и, вероятно, вырос бы в неплохого газетного журналиста, если бы не война… Будущий литератор был призван в военно-морской флот и отправлен защищать от японских посягательств далекие Филиппины.

Забегая вперед, добавим, что по романам Росса Томаса можно без труда составить географию его путешествий, а побывать ему пришлось во многих странах… Все они так или иначе запечатлены в творчестве писателя. Но вот Филиппинам в этом смысле повезло меньше — Росс Томас, кажется, никогда не касался подробностей войны на Тихом океане, хотя он, безусловно, мог бы немало рассказать, например, о штурме Маршалловых островов или морском сражении в районе острова Лейте, где за три дня боев погибли два десятка японских и американских кораблей: линкоры, крейсеры, авианосцы… Война отразилась в творчестве писателя своеобразным штрихом: все без исключения его романы показывают, что человек, написавший их, знает не понаслышке, как умирают люди, и если уж у Росса Томаса кого-то убивают, то это настоящее, а не выдуманное происшествие, и оно, возможно, что-то теряет в хитроумности и красочности, зато приобретает в подлинности и мотивированности.

Вернувшись после войны на родину, Россс, может быть, в отличие от некоторых своих сослуживцев-солдат и офицеров довольно быстро вписался в мирную американскую действительность и сразу же поступил в Оклахомский университет, который и окончил в 1949 году, успешно защитив непростой диплом и получив степень бакалавра искусств.

По-видимому, не найдя работу по специальности, Росс Томас в следующие пятнадцать лет перепробовал множество профессий и сменил с десяток местожительств. В Соединенных Штатах он добрался до престижной должности пресс-секретаря национального профсоюза фермеров. Потом, круто поменяв жизненный курс, сделался специалистом по организации предвыборных кампаний. Впоследствии в этом качестве Росс Томас заинтересовал даже кое-кого из власть имущих на Африканском континенте, получил приглашение в Нигерию — ему предложили должность советника племенного вождя и, поскольку Нигерия на свой лад стала приобщаться к евродемократии. Росс Томас применил и тут свой опыт организации предвыборных кампаний. Добавим, что в промежутке между Америкой и Африкой в его судьбе была еще и Европа: несколько лет он проработал в Германии, с удовольствием откликнувшись на предложение американского радио занять место его европейского корреспондента в Бонне.

Похоже, что африканские нравы довольно быстро наскучили неугомонному искателю приключений, он вернулся обратно в Соединенные Штаты, но путешествие на Африканский континент до сих пор получает отражение в книгах писателя — действие романов Росса Томаса, как мы сказали, обычно разворачивается в тех странах, где ему довелось побывать, причем многое из описываемого он видел собственными глазами, что-то выудил из журналистского фольклора, а что-то домыслил, опираясь на реалии местного быта. Бонн, Западный и Восточный Берлин шестидесятых годов почти с фотографической точностью изображены в романе Обмен времен Холодной войны. Роман Выборы воспроизводит ситуацию в некой Альбертии, в которой даже не очень искушенный читатель без труда угадает Нигерию. А в Компорене вполне может быть представлена любая из развивающихся стран современной Африки. Некоторые страны автор даже не называет, просто говорит: В одном из государств Африканского континента….

Первую книгу Росс Томас опубликовал в 1966 году, а всего им написано более двух десятков романов, два из которых удостоены высшей премии для писателей остросюжетного жанра, учрежденной в Соединенных Штатах, — премии Эдгара По. Это целая галерея очень разных произведений, связанная, пожалуй, одним качеством: все романы, написанные автором, относятся к разряду политических триллеров. Когда-то Стендаль предостерегал коллег: Всякая мысль о политике в литературном произведении — это выстрел из пистолета во время концерта. Росс Томас явно считает, что этот запрет не относится остросюжетным книгам. Хотя и законы создания последних, так безапелляционно сформулированные в свое время ван Дайном, Росс Томас тоже не раз нарушал. Любовь запрещена…, Ни детектив, ни другие профессионально занимающиеся следствием лица не могут быть преступниками…, В детективе не может отсутствовать сыщик, который методично разыскивает изобличающие улики, в результате чего приходит к решению загадки… Как бы не так?! Герои! Росса Томаса, смелые, энергичные, как правило, крепко пьющие и ни на минуту не задумывающиеся, если их действия приходят в противоречие с законом, безоглядно любят красивых женщин, зачастую взваливают на свои плечи обязанности и сыщика, и судьи, а к решению загадки приходят любыми путями. Кроме методических.

Если уж зашла речь о героях Росса Томаса, то следует обратить внимание еще на одно обстоятельство. Все они без исключения — очень живые люди. Автор принципиально избегает рокового деления, условно говоря, на наших и ваших, когда наши — ангелы во плоти, а ваши — сущие дьяволы. Человеческие недостатки в равной степени присущи как тем персонажам, которым, в полном соответствии с правилами интеллектуальной игры, отданы симпатии читателя, так и тем, которые и автору, и публике явно не нравятся. Таким же образом распределены и достоинства.

На фоне крутой интриги, пронизывающей развитие романов Росса Томаса, бросается в глаза тоже, по-видимому, принципиальная усложненность во взаимоотношениях действующих лиц. Тут мы имеем дело с определенной авторской позицией — восприятие окружающей действительности у Росса Томаса отнюдь не идиллическое: жизнь, изображаемая им, предстает перед читателем в виде клубка сложнейших проблем и противоборств, в свою очередь, автор зачастую и сам не решается высказывать строго прямолинейных суждений о том, что он принимает или отвергает у своих персонажей.

Гигант-негр Консепшн Мбвато, ослепительно улыбающийся, обаятельный, по-европейски или даже по-американски деловой и любезный, разыскивает символ власти Компорена — шестидесяти-восьми-фунтовый щит, из-за которого в Соединенных Штатах погиб один человек, а в Африке более миллиона людей… Почти до самого конца книги мы уверены, что Мбвато — романтический герой в духе Уилки Коллинза, буквально до того места, когда узнаем, что в Компорене у Мбвато есть прозвище Вешатель и что он некоторое время возглавлял охранку этой страны. И уже не удивляемся, поняв, что Сент-Ив жестоко и обманут похитителями, и хотя богач Спенсер тоже не вызывает у нас особого восхищения, вместе с обманутым посредником пытаемся разобраться, почему за последнюю часть операции он даже не стал требовать денег…

Скепсис и в то же время желание понять людей — то, чем был когда-то так увлечен еще Сименон, — вот, на наш взгляд, главные двигательные силы в творчестве писателя. Впрочем, почти нигде Росс Томас не пытается навязать свои суждения читателю впрямую. Лишь в отдельных описаниях, диалогах, поступках персонажей мы как бы натыкаемся на авторские размышления. Вот один из таких диалогов, начало двадцать пятой главы в романе Подставные люди:

— Он умер почти богачом, — заметил я, мотнув головой в сторону Крагштейна.

— Он умер бедняком в трущобах Сан-Франциско, — возразил мне Падильо, не сбавляя шага. — Так случается с каждым, кто слишком долго варится в этом котле.

— Умные сбегают раньше?

— Умные вообще обходят такие дела стороной.

По каким законам живут Маккоркл и Падильо? Только по тем, которые они сами для себя провозгласили и решили соблюдать. Но ведь и окружающий мир, если присмотреться, серьезно никакими законами не руководствуется. И если ты поставлен в критические обстоятельства, то в беззаконном мире можно ориентироваться лишь по вечным ценностям, таким, как дружба, любовь, доверие, взаимовыручка и так далее. Только к этим, тысячу раз осмеянным категориям следует относиться серьезно, и только на них можно с большей или меньшей степенью надежности опираться, поскольку провозглашенная обществом мораль оказывается насквозь фальшивой и лицемерной.

Книги Росса Томаса сейчас выходят регулярно, переиздаются во многих странах (в Соединенных Штатах до десяти переизданий в год). Он признан одним из самых значительных авторов политического остросюжетного романа, мастит и наверняка доволен успехом. Но есть в его книгах наряду с мастерством какая-то щемящая нота, неутолимая тревога, заставляющая читателя еще и еще раз перечитывать сменяющие друг друга сногсшибательные приключения, поскольку у нас все время остается чувство, что суть-то не в самих приключениях, а как раз в этой тревожной неуспокоенности, которая водит пером автора. Именно она делает все написанное Россом Томасом еще и Литературой — без добавления остросюжетная, приключенческая, детективная и так далее.

Вадим Черняк 

54321
(0 votes. Average 0 of 5)

Добавить комментарий