Первородный грех

После того как Филлис Дороти Джеймс разобралась с писательским и театральным обществами, в романах Неестественные причины и Череп под кожей, в очередном романе английская писательница нацелилась на издательское сообщество.

Original-Sin

В ее детективе Первородный грех (Original Sin, 1994) издательская вселенная предстает во всем своем многообразии, здесь можно найти директоров, редакторов, бухгалтеров, секретарей, упаковщиков, уборщиц. Но под волшебным пером современное издательство преображается в венецианский дворец XVIII века, словно в сказке перенесенный на южный берег Темзы.

Фантастическое преображение издательства в венецианский палаццо позволяет создать в романе необыкновенную атмосферу застывшей вечности, архитектура становится свидетельством, обличающем преступника и преступление. Английская писательница показывает как подобные памятники, доказательства роскоши, своей эстетикой являют на свет честолюбие и глупость их владельцев. Для нее архитектура не только красота и величие, но и склонность человека к насилию, идущая из глубины веков. Ярким примером подобной двойственности является нелепый венецианский палаццо на берегу Темзы, который является не только восхитительным образцом архитектуры, но и кровавым пятном прошлого убийства, навечно запечатленным в мраморе.

Не менее важную функцию выполняет Темза, на берегу которой происходит действие романа, о чем Филлис Дороти Джеймс рассказывает в своей книге Детектив на все времена: Чтение художественной литературы – символический акт. Мы, читатели, соединяем свое воображение с воображением автора: вступаем в созданный им мир, участвуем в жизни его обитателей, по описаниям в книге составляем представления о людях и том, что их окружает. Поэтому описание места действия — очень важный элемент любого романа. Место действия  — сцена, на которой герои разыгрывают свои трагикомедии, и войти в этот мир мы можем, только если она имеет твердые основания в физической реальности. Отсюда не следует, что место важнее, чем характеристики героев, повествование и структура: все четыре компонента должны быть тесно взаимосвязаны, а весь роман написан захватывающим языком, чтобы книга не затерялась в общей массе после первого месяца продаж. Многие читатели, если их спросить, выберут симпатичных героев как наиболее важный элемент художественного произведения, и надо признать. Что если герои неубедительны, то роман превращается в скучное, безжизненное повествование. Но эти люди где-то живут, движутся, действуют, и нам нужно дышать тем же воздухом, смотреть их глазами, ходить по тем же дорожкам и жить в комнатах, обставленных писателем. Эти подробности так важны, что многие писатели называли свои романы по названию места: на память приходят Грозовой перевал, Мэнсфилд-Парк, Говардс-Энд и Миддлмарч, где место сплачивает персонажей и в значительной степени определяет сюжет. Точно таким же образом я использовала реку Темзу в моем романе Первородный грех где река связывает все основополагающие моменты сюжета и настроения людей, которые живут и работают на ее берегах. Для одних река — бесконечный источник красоты и радости, квартира на берегу — символ осуществившихся желаний, для других ее темные, вечно струящиеся воды — пугающее напоминание об одиночестве и смерти.

Жерар Этьен, новый управляющий лондонского издательства, намерен внести изменения в работу и уволить часть персонала, чтобы сделать процесс более эффективным, но прежде чем он успевает воплотить задуманный план, его убивают.

В ходе следствия Адам Дэлглиш и его молодой помощник Даниэль Аарон обнаруживают в архивах издательства недописанный роман, рассказывающий о женщине-еврейке и ее двух детях-близнецах, которые в период фашистской оккупации Франции были выданы немцам и сгинули в концентрационных лагерях. Фактически, рукопись романа является обвинением в адрес главы издательства Певерелл пресс Жана-Филиппа Этьена, одного из лидеров сопротивления, который признает свою вину и оправдывает свои действия необходимостью поддерживать формально хорошие отношения с немцами, для успешной подпольной борьбы. Но данная история не более чем красивая оболочка для того чтобы присвоить издательский бизнес.

Даниэль Аарон, в котором течет еврейская кровь, позволяет уйти убийце, мотивированному отомстить за смерть жены и детей, и в очередной раз Дэлглиш видит, как правосудие совершается само, без участия полицейских из Скотленд-ярда.

Помимо очевидных тем, развенчания идеальных отношений в издательском бизнесе и вопросов о Холокосте, Ф. Д. Джеймс показывает, как меняется британское общество в 90-е годы. Писательница принадлежит к поколению людей переживших мировую войну, свидетелей падения британского величия, угасания мировой державы, сопровождавшееся болезненными экономическими и социальными изменениями для жителей острова. Послевоенные годы были временем жесткой экономии, благодаря чему Британия смогла вернуться к процветанию. Эти социально-экономические изменения не более чем фон для истории нравов и выявления преступности на уровне ментальности в самых недрах общества, реализуемых или выплывающих из подсознания при стечении обстоятельств в каждом случае, и цепь которых можно протянуть от самого первого преступления совершенного первым человеком.

Добавить комментарий