vldmrvch.ru

Медленная смерть

Глубокое сомнение в господствующем правопорядке, а заодно и сомнение в возможностях правосудия определяет — после Глаузера и Дюрренматта — развитие современного швейцарского (и, надо думать, не одного только швейцарского) детектива. Обращаясь к детективному жанру, писатели 70—80-х годов уже откровенно не верят во всемогущество сыщика. Роль следователя у них чаще всего выполняет заурядный чиновник, озабоченный только собственной карьерой и не особенно переживающий, если социальное равновесие восстановить не удается. Были бы причины, которыми можно объяснить неудачи. Таковы, например, полицейские ищейки в романах Александра Хаймана Бельвю (1984) и Сильвио Блаттера Снежная ловушка (1981). В центре первого — не сыщик и не преступник, а шестилетняя девочка, случайно увидевшая убийцу в деле и едва не ставшая очередной его жертвой. Во втором преступники — молодые западногерманские террористы — как личности куда интереснее и своих жертв, и своих преследователей.

Но случается и так, что сыщик как таковой вообще оказывается лишним. Появляется детектив без детектива — таковы романы Маркуса П. Нестера (Marcus P. NesterМедленная смерть (Das Liese Gift, 1982) и Фрица X. Динкельмана Жертва (1985). С романом Нестера читатель познакомится в нашем сборнике. Он сможет убедиться, что в нем есть и преступление, и жертвы, но нет того, кто преступление распутывает, нет обязательного в классическом детективе разоблачения преступника в финале. Функции расследования неохотно, под давлением обстоятельств, берет на себя человек, который тоже в конечном счете становится жертвой могущественного химического концерна. Это, так сказать, маленький человек, штатный фотограф информационно-рекламного отдела Мартин Фогель.

Речь в этом романе идет не о простом убийстве, не о рядовом противоправном деянии, а о всесилии капиталистического монстра, об исходящей от него угрозе окружающей среде и человеческим жизням, о бесчеловечной сути собственнического мира и о бесперспективности борьбы с ним в одиночку. Нестер затрагивает целый букет злободневных социально-политических проблем, и прежде всего в этом, а не в хитросплетениях сюжета, несомненная ценность его книги. (Примечательно, что Нестер почти пророчески предугадал то, что вскоре после выхода книги в свет произошло на реальных, а не вымышленных химических предприятиях Базеля, с той только разницей, что последствия катастрофы оказались во много раз страшнее описанных в романе.)

Действие романа Медленная смерть разворачивается стремительно в течение одной недели — от вторника до понедельника, но в изложении событий нет поверхностности и торопливости, как это нередко случается в детективах. Ни на минуту не упуская из виду сюжетные перипетии, автор не забывает и о внутреннем мире своего героя, жертвы и самозваного детектива в одном лице. Перед нами трагическая по своей сути история о том, как неприметный и в общем-то ни на что не покушавшийся человек помимо своей волн оказался втянутым в грязное дело, попытался с помощью разного рода уловок выпутаться из него, но в конце концов потерпел не менее сокрушительное поражение, чем дюрренматтовский Маттеи. Мартин Фогель проиграл схватку, хотя сам об этом пока не догадывается. В данном случае то, что читатель знает больше самодеятельного сыщика, на качестве романа никак не сказывается…

Сюжет романа поражает своей невыдуманностью, близостью к жизни. Фогеля, по существу, подводит излишнее любопытство: то, что он после взрыва без разрешения проникает внутрь здания, где едва не задыхается в едком дыму и, спасаясь от удушья, наталкивается на тело человека в белом халате, по всем признакам погибшего от отравления. Почти инстинктивно, следуя профессиональной привычке, Фогель фотографирует потерпевшего, а потом, тоже инстинктивно, утаивает этот факт от начальства.

Такова завязка романа. Уже в экспозиции появляется почти обязательный для детектива труп и намечаются контуры виновника преступления — химический концерн. Не обошлось и без профессионального сыщика, на которого, правда, возлагается совершенно необычная задача: не распутать, а, наоборот, запутать дело, скрыть истинного виновника взрыва, направить разбирательство причин гибели служащего по ложному пути. Фогеля подозревают в неверности фирме, за ним начинается слежка. К тому же его мучают неприятные ощущения — сухость во рту, боль в груди, кашель. На следующий день он узнает о случившемся в изложении, выгодном концерну: сотрудник погиб якобы в результате травмы черепа при взрыве, вызванном его же неосторожностью. Фогель возмущен коварством заправил концерна, сваливших вину на того, кто уже не в состоянии защитить себя. Он негодует, но о борьбе пока не думает. Не собирается он вступать в схватку с концерном и тогда, когда из леворадикального издания получает другие сведения: в результате взрыва произошла утечка ядовитого газа и сотрудник погиб именно по этой причине. Такой вывод подтверждается и его собственными наблюдениями и ощущениями. О том же говорят и сделанные им снимки. Фогель опасается за свое здоровье и приберегает разоблачительные снимки не для выяснения истины, а на случай тяжбы с концерном. Но еще больше его пугает перспектива остаться без работы. Колеблясь, сомневаясь, испытывая то приступы решимости, то припадки страха, он незаметно втягивается в расследование обстоятельств преступления и втягивает в это дело других.

Нестер подчеркивает, что всеми своими действиями Фогель отстаивает не истину, а спасает собственную шкуру. Он шантажирует правление концерна, угрожает скандальными разоблачениями, а когда ему идут навстречу, немедленно складывает оружие.

Заключает роман краткий эпилог, в котором без комментариев приводятся два документа: в одном говорится о служебном возвышении фотографа, в другом — о результатах анализа его крови. Наглотавшийся ядовитого газа, Фогель обречен на медленную смерть. Но поражен он не только ядовитым веществом — он отравлен медленно действующим ядом индивидуализма и приспособленчества, и эта болезнь угнездилась в нем задолго до рокового взрыва.

Мартин Фогель в изображении Нестера — фигура неоднозначная. Он умен, наблюдателен, по-своему искренен, порывист — и в то же время трусоват, циничен, лишен истинно гражданского мужества, иногда непорядочен по отношению к близким.

Сила романа — не только в выходе к злободневным проблемам, не только в психологической достоверности центрального персонажа, но и в точности деталей, в меткости наблюдений. Идя по следам Фридриха Глаузера, Нестер использует собственный жизненный опыт. Он родился в 1947 году в Базеле, изучал прикладное искусство, кино- и фотодело, одно время работал на крупном химическом предприятии, поэтому ему хорошо известно то, о чем он пишет в своем романе. И хотя Медленная смерть — это, по сути, его первая книга (изданный в 1978 году роман Шантаж Мигроса написан им в соавторстве с К. Клопфенштайном), но она, несомненно, отмечена печатью зрелого мастерства.

Об авторе
Поделитесь этой записью
Оставить свой комментарий

Пожалуйста, введите ваше имя

Ваше имя необходимо

Пожалуйста, введите действующий адрес электронной почты

Электронная почта необходима

Введите свое сообщение

Детективный метод © 2016 Все права защищены

Детективный метод. История детектива в кино и литературе