Соть

Соть

Читателем Леонида Леонова быть нелегко: так напряжен и богат мир его книг, так требовательны и глубоки ходы мысли художника. Но чтение его произведений вознаграждается сторицей, и именно по причине тех богатств, которые в них открываются.

В потоке бытия, в исторических судьбах своего народа Леонид Максимович Леонов всегда берет такие состояния и события, в которых, говоря его словами, скрестились бы все смыслы мира нынешнего. И в этом проявляется одна из самых притягательных особенностей писателя.

Роман Соть был третьим крупным произведением тридцатилетнего Леонова. Соти предшествовали Барсуки и Вор, за ней последовали Скутаревский, Дорога на океан, Русский лес

Соть была впервые опубликована в начале 1930 года. Словно ветер движения охватывает тогда нашу литературу. Одно за другим появляются произведения, даже названия которых позволяют судить о том, что воспринималось их авторами как главное и закономерное в жизни: Поднятая целина, Время, вперед!, Темп, День второй, Не переводя дыхания, Гидроцентраль, Энергия, Большой конвейер и многие другие. Авторами этих книг — современников Соти — были М. Шолохов, В. Катаев, Н. Погодин, И. Эренбург, М. Шагинян, Ф. Гладков, Я. Ильин… Эти книги, написанные в канун и в течение первой пятилетки, запечатлели образ новой России — в разбеге, в небывалом напряжении всех сил.

Еще вынашивая замысел Соти, в начале 1928 года, Леонов писал М. Горькому: Я все больше (хотя и тоже с запозданием!) прихожу к мысли, что теперь время работы с большой буквы. Работать надо, делать вещи, пирамиды, мосты и все прочее, что может поглотить у человечества скопившуюся силу. России пора перестать страдать и ныть, а нужно жить, дышать и работать много и метко. И это неспроста, что история выставила на арену людей грубых, трезвых, сильных, разбивших вдрызг вековую нашу дребедень (я говорю об мятущейся от века русской душе) и вколотивших в нее толстую сваю под неизвестное покуда, но, по-видимому, основательное здание, судя по свае1.

***

Соть дала М. Горькому основание сказать: Он, Леонов, очень талантлив, талантлив на всю жизнь и — для больших дел2. И действительно, в этом романе можно найти истоки многих, в том числе острейших, проблем, которые ставились писателем в последующих произведениях.

Одна из этих проблем, пожалуй, больше других остается до сих пор предметом творческого и гражданского беспокойства писателя. Это вопрос об отношении человека к природе.

Даже на том крутом повороте, когда страна должна была активно и быстро овладеть природными ресурсами, Леонов, поэтизируя этот процесс, не одобряет насилия над природой, выступает против безоглядной эксплуатации ее щедрых, но исчерпаемых запасов. Увадьев и его товарищи при всем своем практицизме в отношениях с природой — не узкие технократы, нет. Увадьев с высокого берега Соти видит, например, что огромными пространствами владеет здесь глаз (это почти буквальное повторение восхищенных слов самого писателя из его письма к М. Горькому от сентября 1927 года: Великое дело горизонт, — у нас он тянет на великие дела, право…3).

Мощь и величие природы в книгах Леонова встают вровень с мощью человеческого творящего разума и одухотворенной воли. Борьба с разрушительными стихиями природы тяжела и необходима, но в главном отношения человека и природы определяются не борьбой, а сотрудничеством. И долгом социалистического человечества, по давней мысли Леонова, является разумное и бережное использование (и приумножение) тех неповторимых ценностей, которые заключает в себе природа.

От Соти, с ее пафосом активного отношения к жизни, ведет сложная, но прямая дорога к Русскому лесу, к сегодняшнему творчеству писателя. И поныне сильно звучит у Леонова тема активности человека. Сейчас она рассматривается писателем прежде всего как ответственность человека за полноту и высокую ценность того наследия, которое современность оставит будущему. Мы хотим,— говорит Леонов, — чтобы современники наши не забывали, что после нас будут жить многие поколения и народу нашему предстоит жить на этой земле. Мы хотим, чтобы потомки не корили бы нас, что мы слишком много отобрали у них — их же именем.

Вот почему Соть Леонида Леонова принимает такое живое участие в духовной жизни и идейной борьбе наших дней.

В. Акимов

  1. Горький и советские писатели. Неизданная переписка. — Литературное наследство, т. 70. М., Изд-во АН СССР, 1963, с. 252.
  2. Горький М. Собр. соч. в 30 томах, т. 25. М., ГИХЛ, 1953, с. 255.
  3. Горький и советские писатели, с. 250.
54321
(0 votes. Average 0 of 5)

Добавить комментарий