vldmrvch.ru

Загадка Агаты Кристи

Не один десяток лет читая и перечитывая произведения Агаты Кристи и немало написав о ее творчестве, я, признаюсь, так и не разгадал тайну ее буквально универсального успеха. Известно, что ее книги любила недавно умершая королева-мать. Преданным ее поклонником был признанный законодатель вкусов мировой интеллектуальной элиты поэт и драматург Томас Стернз Элиот. С другой стороны, любопытны слова библиотекаря-заключенного исправительного заведения штата Калифорния, цитируемые в одном из многочисленных сборников статей о ее творчестве: Она очень помогает отвлечься. Вот только все время приходится следить, чтобы ее книги не крали с полок. За некоторыми нашими ребятами нужен глаз да глаз…

Так что же, причина успеха в том, что она помогает отвлечься? Наверное. Но и в том, что необыкновенно увлекает… Попробуйте отложить начатый роман Кристи и, к примеру, лечь спать. Боюсь, что у вас это не выйдет. Пока не дочитаете до конца, вряд ли заснете.

A вот с точки зрения канонов изящной словесности проза Кристи не производит особого впечатления, заметно уступая таким признанным стилистам детективного жанра, как Хэммет, Чандлер, Марджори Аллингем и другим. На страницах ее романов и новелл не встретишь ни колоритного обмена репликами-репризами, ни эффектных описаний, ни авторских отступлений с афористическими характеристиками лиц и положений данного сюжета. Стиль Агаты Кристи нейтрален, характеристики скупы, описания сведены до минимума.

Автор монографии с многозначительным названием Талант обманывать Роберт Барнард сравнивает книги Кристи с детскими альбомами для раскрашивания: …основной контур задан, а ребенок, выбирая цвет по вкусу, дополняет картину деталями. Барнард отмечал, что у писательницы действуют не столько люди, сколько символы, знаки людей, абстракции, выделенные теми или иными профессиональными социальными признаками. Суждение это звучит резко, хотя, в сущности, вполне справедливо. Более того, оно применимо не только по отношению к произведениям Кристи, но и к детективному жанру вообще.

Традиционный детектив, английский в особенности, подчиняется жесткому канону правил и имеет ограниченный набор персонажей: сельские доктора и викарии, старые девы, безбедно существующие на проценты с капитала, отставные полковники и майоры, преимущественно колониальных войск, одним словом, персонажи мира, почти исчезнувшего в современной, динамично развивающейся Великобритании.

Но элегические воспоминания об этом уютном и безмятежном мире все еще живы, быть может, именно благодаря традиционному детективу, главным установкам и принципам которого Агата Кристи оставалась верна всю жизнь. И Пуаро, и мисс Марпл достигают успеха исключительно с помощью дедукции, аналитических способностей мышления. Но в пределах этой внешней достаточно простой формулы писательница проявила поразительное умение варьировать, тасовать обязательные компоненты и держать читателя в напряжении до самых последних страниц, где очередной герой-расследователь одерживает закономерную победу над хитроумным преступником, выводя на чистую воду того, чья абсолютная невинность вроде бы была по ходу всего повествования самоочевидной.

Автобиография

Общепризнанно, что истоки творчества любого писателя, а следовательно, и его успеха следует искать в биографии. Агата Кристи всегда упрямо избегала того, что называется паблисити, терпеть не могла давать интервью, страшилась публичных выступлений и вообще старательно охраняла свою частную жизнь от любых посягательств. Только после смерти ее, когда была опубликована автобиография и несколько биографических книжек, загадочный образ первой леди детектива начал приобретать определенные очертания.

Естественней вопрос, поможет ли внимательное чтение автобиографии Агаты Кристи пониманию ее писательского успеха? Боюсь, что нет.

Автобиография — жанр не только привлекательный, но и опасный. У нас теперь их кто только не пишет! Но читаешь и диву даешься. Процветающий советский классик литературы, а то и ответственный работник самого ЦК КПСС, оказывается, чуть ли не с самого детства были убежденными борцами за демократию и антисоветчиками. Не отправили их в места не столь отдаленные исключительно по чистой случайности.

Кроме того, мне кажется, подавляющему большинству мемуаристов свойственно преувеличивать свою роль в событиях, происходящих в окружающем мире. Не один десяток раз я читал в воспоминаниях уважаемых наших классиков на редкость однообразный пассаж о том, как впервые напечатали его заметку, и чаще всего — в районной газете: Я впервые увидел свое имя, напечатанное типографским способом. Душа моя пела. Мне хотелось поделиться своей радостью с первым встречным.

Совершенно иначе относится к предстоящей публикации будущая мировая знаменитость: Я отважилась написать детектив; написала; его приняли и собирались издать. Этим, насколько я понимала, дело и ограничивалось. В тот момент я, разумеется, не помышляла продолжать писать книги… Для меня писательство служило развлечением. Она и в самом деле совершенно искренне не понимала, чем тут стоит гордиться и кому еще интересно то, что она отважилась написать детектив. Воспоминания Кристи полны того традиционного английского understatement, преуменьшения, собственных успехов и заслуг, которые всегда считались в Англии хорошим тоном.

Но understatement не помешает вдумчивому читателю почерпнуть из ее романов и автобиографии знание, быть может, не менее ценное, нежели раскрытие секрета ее успеха, — правдивый портрет эпохи, написанный рукой наблюдательного и мудрого человека. Рискнет ли кто-нибудь утверждать, что писательница поведает нам о чем-то самом сокровенном? Вряд ли. Но мы и не могли на это рассчитывать, поскольку она не «дрянная девчонка», а дама, воспитанная в ту славную эпоху. Когда представительницы слабого пола появлялись на пляже и погружались в воду в специальных платьях.

Когда-то много лет назад я написал о том, что настоящее творчество начинается с беспощадности к самому себе. Так вот в оценке себя писательница была последовательно беспощадна. Согласитесь, чтобы так написать о себе «любимой», надо было иметь трезвый ум и сильный характер: Могу признать. Что добродушна, жизнерадостна, немного малахольна, забывчива, робка, чувствительна, на редкость не уверена в себе, в меру бескорыстна… Но благородна? Нет, на это я не согласна.

A разве не потребовалось известная твердость характера, чтобы на весь мир признаться в том, что из двух событий в жизни, приведших меня в наивысшее волнение, одним была покупка автомобиля, моего любимого морриса каули с носом бутылочкой. Второй раз я испытала такой же восторг сорок лет спустя, будучи приглашенной самой королевой на ужин в Букингемский дворец!

Разве русский писатель, считающий себя жрецом великого таинства и традиционно показывающий любой власти кукиш в кармане, способен признаться в чем-нибудь подобном? Вот вам и неприметная, застенчивая, косноязычная провинциальная барышня!

Старший современник Агаты Кристи и не менее знаменитый писатель Джон Голсуорси великолепно знал среду, в которой вырастали подобный барышни: Этот тип женщин. Очень распространен в семьях, принадлежащих к средней и крупной буржуазии, — этакая серая мышка с железной волей. Очень упрямые женщины… Они мужественны и не идут на компромиссы.

Об авторе
Поделитесь этой записью
Оставить свой комментарий

Пожалуйста, введите ваше имя

Ваше имя необходимо

Пожалуйста, введите действующий адрес электронной почты

Электронная почта необходима

Введите свое сообщение

Детективный метод © 2016 Все права защищены

Детективный метод. История детектива в кино и литературе