Дибдин Майкл

Дибдин Майкл

Дибдин Майкл (Dibdin Michael), родился 21 марта 1947, в Вулверхемптоне, (Стаффордшир), автор детективов. Школьное образование получил в Шотландии и Северной Ирландии. Изучал английскую литературу в Суссекском университете в Брайтоне (степень бакалавра гуманитарных наук, 1968) и в Университете Альберта в Канаде (степень магистра, 1969). Работал в Канаде (1969-1975), преподавал английский язык в Италии (1980-1984). По возвращении в Великобританию в течение 10 лет жил в пригороде Оксфорда, в середине 90-х годов переехал в США и поселился в Оаэтле. В смене места жительства Майкл Дибдин видит одно из преимуществ писательской профессии. Это обогатило его произведения чувством места — их действие происходит там, где жил сам писатель.

Детективные пастиши

Детективный роман, по словам Майкла Дибдина, привлек его своими сюжетными возможностями: В нем по крайней мере есть начало, середина и конец <…> и никакого магического реализма. Первый роман Последняя история Шерлока Холмса (The Last Sherlock Hohnes Story, 1978) Дибдин назвал викторианским пастишем. Он появился на волне возродившегося в 70-е годы интереса к Великому Детективу Конан Дойла. В романе есть многое, что характерно для холмсианы: воспроизведение атмосферы викторианского Лондона с его кебами, туманами и газовыми фонарями, имитация найденных издателями записок доктора Ватсона, истинного сочинителя историй о Шерлоке Холмсе, опубликованных с его разрешения, и, наконец, образ самого Дойла, который якобы но рассказам Ватсона создал миф о великом сыщике. Но если в холмсиане герой Дойла продолжает одерживать все более впечатляющие победы над преступниками, даже вступает в противоборство с Дракулой, то Дибдин викторианскому оптимизму зачинателя английского детектива противопоставил мысль о неискоренимости зла, скрытого внутри человека. В записках раскрывается тайна Холмса: Джеком Потрошителем, за которым он гонялся по всему Лондону, был сам сыщик. Самого опасного преступника и защитника закона (Мориарти и Холмса), которых Дойл расположил на разных полюсах, Дибдин соединил во мраке души одного человека.

Мрачному колориту этого романа противостоит изысканное остроумие Изобилия смерти (A Rich Full Death, 1986), также написанного в стиле пастиша. В нем переда атмосфера Флоренции XIX века, увлечение спиритизмом, дантовскими образами ада. В качестве персонажей романа выведены поэты, супруги Браунинги (Роберт Браунинг – в роли детектива-любителя). Дибдин еще раз вернулся к жанру пастиша в романе Меркнущий свет (The Dying of the Light, 1993), действие которого происходит в частной английской лечебнице, где две престарелые леди, чтобы окончательно не сойти с ума, придумывают изощренные убийства в духе Агаты Кристи, пока их фантазия не становится реальностью.

Серия о комиссаре Зене

Действие классических детективов Майкла Дибдина происходит в Италии, известной своей коррумпированностью. Они объединены образом скромного, стареющего комиссара полиции Аурелио Зена, напоминающего героя Жоржа Сименона. Впервые Зен появляется Крысином клубке (Ratking, 1988; премия Золотой кинжал Ассоциации писателей-криминалистов Великобритании), где участвует в выкупе похищенного главы большого семейства, но отстраняется от дела после убийства пленника. Собственно расследование начинается со второй половины романа, когда Зен действует втайне от полиции и родственников жертвы и в результате распутывает крысиный клубок, в который сплелись члены семьи и близкие погибшего. Но раскрытие дела не означает торжество справедливости: рэткинг — это сцепившиеся хвостами крысы; каждая из них, защищая себя, защищает и других, так что расследование скорее всего закончится освобождением виновных за недостаточностью улик.

В этом произведении определился тип повествования и других романов о Зене (Вендетта — Vendetta, 1990; Клика — Cabal, 1992; Мертвая лагуна — Dead Lagoon, 1994). Оно ведется от третьего лица с переходами на внутренний монолог, никак не связанный с ходом расследования. Как и в первом романе, Зен, формально выполнив задание полицейского начальства продолжает собственное расследовании приходит к раскрытию убийства. За этим, однако, вновь не следует наказание преступника, восстановление порядка.

Тональность романов с Зеном заметно меняется с середине 90-х годов. Например, действие Кози Фан Тутти (Cosi Fan Tutti, 1996) разыгрывается в соответствии с либретто Волшебной флейты Моцарта, что придает ему комический характер. Изменился и сам герой: теперь его интересует не столько раскрытие преступления, сколько личные проблемы. В Долгом конце (А Long Finish, 1998) он так торопится уладить собственные дела, что для завершения очередного расследования принимает остроумное, но заведомо неверное решение – идет на сделку с одним подозреваемым, чтобы вынудить признание у другого, и уезжает с мыслью. Что вполне удачно завершил свою миссию. Большое место в романе занимает изображение жизни итальянской деревни, где все все знают друг о друге, но чужака к своим секретам не подпускают, где есть мастера виноделия и изготовители подделок, где сбор трюфелей приносит доход, а сохранение в тайне их плантаций стоит человеческих жизней. Но все отходит на второй план, когда речь идет о чести любимой женщины: лучше быть наказанным за убийство из ревности, чем признать, что она была любовницей недостойного человека. За успешное раскрытие дела Зену было обещано повышение по службе, в противном случае – направление в Сицилию. В результате в следующих романах (Кровавый дождь — Blood Rain, 1999; И тогда ты умрешь — And Then You Die, 2000) Зен оказывается лицом к лицу с сицилийской мафией.

Романы о преступности

Серийные детективы с Зеном Дибдин чередует с психологическими романами о преступности современного общества. В первом из них – Встреча (Tryst, 1989) – проблема вины и невиновности, невольного предательства и моральной ответственности за него облекается в форму притчи с загадочным сюжетом. Роман строится на переплетении сюжетных линий, прошлого и настоящего. Встреча двух одиноких людей — женщины-психиатра и подростка, ее пациента, притворяющегося шизофреником, чтобы его оставили в больнице, где он чувствует себя в безопасности, — обещала обоим начало новой жизни. Она узнает его настоящее имя, его прошлое. Он оказывается сыном человека, которого она любила; ребенком он неделю просидел в запертой комнате рядом с разлагающимся трупом матери, ожидая, когда она проснется, и никто не обращал внимания на его крики. Подросток в итоге гибнет, и женщине-психиатру уже не освободиться от чувства вины. Потеряв его. Она теряет себя. В ее галлюцинирующем сознании звучит детский крик о помощи (крик ребенка – один из лейтмотивов романа).

В романе Грязные игры (Dirty Tricks, 1991) изображено преступное общество в духе черной комедии. Повествование от первого лица построено как последнее слово подсудимого, преподавателя английского языка, исколесившего мир и обосновавшегося в Оксфорде, но вынужденного скрываться в Рио-де-Жанейро, где он и предстает перед судом. Чтобы снять с себя обвинение в не совершенных им убийствах, он подробно излагает историю своего морального падения. Он не убийца, он лишь удачно воспользовался случайной гибелью двух людей, завладел их богатством и отомстил за свои прежние унижения. Он шел в ногу со временем: отверг викторианские ценности своих родителей, соединил философию гедонизма с полукриминальным прагматизмом рыночной экономики и в результате разбогател, обыграв других в грязных играх. Беспринципность своего персонажа Дибдин соотносит с прагматизмом английских политиков. Обрамлением речи подсудимого служат два послания дипломата, обеспокоенного тем, что в ходе судебного разбирательства достоянием прессы могут стать тайные связи между Великобританией и Бразилией.

В романах Майкла Дибдина место действия отчасти определяет характер преступлений. В Темном спектре (Dark Spectre, 1995) оно переносится в США (где как раз в это время жил автор). Разгадка убийств и похищений найдена на острове в Тихом океане, где обосновались главари религиозной секты, которые присвоили себе лицензию на убийство, извращенно толкуя блейковскую тему опыта и невинности. Согласно их философии, страдания человека указывают лишь на то, что он не жертва, а спектр (по аналогии со стихотворением Уильяма Блейка Спектр и Эманация). Поиски преступников ведут школьный учитель, жена которого погибла, а сын похищен, и женщина-полицейский. На острове они оказались свидетелями кровавой бойни и неминуемо погибли бы, если бы не появление похищенного мальчика с игрушечным автоматом в руках. Ребенок, его плач, крик о помощи и спасение благодаря ему – все это отсылает к словам Ивана Карамазова из романа Достоевского. В Дне благодарения (Thanksgiving, 2001) есть убийство, пистолет, которым оно совершен человек, которому он принадлежит, но в отличие от традиционного mystery novel вопрос кто убил? остается без ответа, потому что сама жизнь – это тайна.

В западной критике произведения Майкла Дибдина относят к лучшим образцам детективной прозы после Филлис Дороти Джеймс. Дибдина не смущает причисление его к писателям-криминалистам. Во-первых, как он считает, проза делится не на жанры, а на произведения хорошие и плохие, а во-вторых, конец XX века – самое подходящее время для романа тайн. Эксперименты Дибдина говорят скорее о постмодернистской модификации жанра детектива, о встречном сближении литературы постмодернизма и популярных жанров.

A. Саруханян 

54321
(0 votes. Average 0 of 5)

Добавить комментарий