Майкл Гилберт

Английский писатель Майкл Гилберт известен своими многочисленными детективами и триллерами, которые неизменно пленяли умы читателей и сердца критиков.

Биография

Майкл Френсис Гилберт (Michael Francis Gilbert) родился 17 июля  в маленьком городке Биллигей в Линкольншире, Англия. Мальчика с детства окружала литература поскольку оба родителя (отец — Бернард Самуэль, мать — Бервин Минне) были писателями.

Мальчик получил образование в школе св. Петра в Сассексе, а в школе Бландейлла. Под влиянием своего дяди, сэра Мориса Гваэра, главного судьи всей Индии, Майкл выбрал юридическую карьеру и сумел поступить на юридический факультет Лондонского университета, который окончил с отличием в 1937 году. Чтобы полностью обеспечить себя Майкл был вынужден преподавать в подготовительной школе в Солсбери.

В 1939 году Гилберт был призван в армию и служил в Королевской конной артиллерии. Большую часть войны он провел в Северной Африке и в Италии. К концу службы был произведен в майоры, но сама службы проходила не в штабах и не всегда гладко. В своих письмах он упоминает, что дважды был в плену, а в одном из романов (Его смерть в неволе, 1952) описывает классическую историю побега итальянского заключенного из лагеря, из чего можно сделать вывод, что все это будущий писатель видел собственными глазами.

В ряде других романов Гилберт рассказывает о сложностях, возникающих у солдата после возвращения к мирной жизни. Эти мысли, вероятно, были также навеяны реальными переживаниями автора. А роман Сеть из глаз рассказывает о французском Сопротивлении, выслеживающем офицеров и сотрудников гестапо, а в романе Долгий путь домой (The Long Journey Home, 1985) об инженере, который во время войны пробирается через Италию и Францию домой, преследуемый мафиози. Из всех этих отсылок следует сделать простой вывод, военная биография Гилберта была богата на приключения и нелегкие испытания.

Вернувшись с войны, Гилберт устроился работать юристом и уже через пять лет стал партнером в юридической фирме Trower, Still, and Kealing. Он женился на Роберте Мэри Марсден (Roberta Mary Marsden), которая родила ему пять дочерей и двоих сыновей.

Майкл Гилберт стоял у истоков создания в Англии Ассоциации криминальных писателей Великобритании в 1953 году и активно участвовал в ее развитии особенно в первые годы. Гилберт был также юрисконсультом Реймонда Чандлера, когда тот готовил свое завещание, проживая на территории Англии.

В 1960 году его привлекли как юридического советника для правительства Бахрейна, впоследствии этот опыт был отображен в романе Девяносто второй тигр (The Ninety-Second Tiger, 1973), сочетающем приключенческую романтику и мифологию ближневосточного мира, на которой завещана политический конфликт в романе.

В 1980 году Майкл Гилберт получил почетное звание Командора ордена Британской империи. Его детективное творчество получило множество наград — Эдгар от Американской ассоциации детективных писателей, Энтони на Бучероне, Алмазный кинжал Картье, шведскую премию Гранд мастер.

Но до 1983 года Гилберт продолжал скромно работать юристом в адвокатуре, а романы по рассказам друзей, он писал в электричке, пока добирался из пригорода в Лондон. Писатель несколько раз объявлял о завершении своей литературной карьеры, но каждый раз срывался и публиковал новый роман. Майкл Гилберт скончался в феврале 2006 года в Кенте.

Из предисловий

Гилберт является одним из самых универсальных писателей в детективном жанре. Героями его романов могут быть традиционные английские судьи в парике и мантии и случайные сыщики, подвигнутые на это самой судьбой. Его романы включают традиционные детективы, приключенческие и шпионские романы, а также полицейские процедурный детектив.

В качестве своих учителей он называет двух английских писательниц Марджери Эллингем и Дороти Л. Сэйерс — две лучших писательницы этого века. По словам писателя именно их романы стали образцом для подражания на ранних этапах творчества писателя. В своих интервью он также называет многих мастеров жанра у которых ему довелось учиться — Эрик Эмблер, Фрэнсис Айлс, Эдмунд Криспин, Энтони Баучер, Джулиан Симонс и Аманда Кросс, и все они вызывали его неизменное восхищение.

Следует также подчеркнуть, что Гилберт в своих детективах пытался не только развлекать читателя, его работы прекрасный образец умелого сочетания развлекательности и нравоучительности. Благодаря своем блестящему юридическому образованию, он мог в своих романах давать бесплатные консультации из области права, дотошно описывая различные случаи и методы их решения. Его эрудиция поражает, ведь он не только специалист в области права, но и блестящий эксперт-криминалист, историки, антрополог, и даже террорист, поскольку знает в точности как собрать бомбу из подручных средств.

Все свои детективы Гилберт пишет только с одной целью и желанием, построить упорядоченное общество, где правят религия, семейные ценности и правосудие. Его детективы прекрасный образец веры в основные права человека на жизнь без страха во всех ее формах, благодаря тому что закон и правопорядок контролирует и наказывает виновных в нарушении, стремящихся разрушить жизнь других людей.

Старомодный оригинал

В истории литературы известны случаи, когда писатель творил не в уютном кабинете за массивным письменным столом, а в обстановке, казалось бы, вовсе не располагавшей к рождению шедевров слова. К примеру, Илья Эренбург любил работать в парижских кафе. Многие поэты сочиняли на ходу: такие не похожие друг на друга мастера. Как Маяковский и Мандельштам, нередко вышагивали свои стихи, прежде чем их записать на бумагу.

Особое место в ряду этих неприхотливых в быту художников слова занимают знаменитые авторы детективных романов. Так, Агата Кристи в своей автобиографии о смущением вспоминает о том времени, когда к ней пришла известность и дотошные журналисты бесцеремонно рвались в ее кабинет, желая описать его в своих интервью и статьях. Но ей нечего было им показать, поскольку у нее не было не только кабинета, но и собственного письменного стола. Писала будущая королева детектива буквально где придется, иногда даже лежа в ванне и поедая в огромном количестве свои любимые яблоки.

Классик американского детектива Эрл Стенли Гарднер плодотворнее всего работал в песках калифорнийских пустынь, куда он отправлялся сочинять очередной роман об адвокате Перри Мейсоне караваном из нескольких трейлеров. Когда спадала дневная жара, он часами диктовал своим четырем секретаршам.

Но, думается, всех перещеголял своей оригинальностью в выборе места для писательского творчества англичанин Майкл Гилберт, который большинство своих произведений создал в … поезде, которым каждое утро ровно час ехал на работу в Лондон. В статье, опубликованной в 1956 году, он подробно рассказывает, как в вагоне первого класса, бегло просмотрев утреннюю газету, пристраивает на коленке блокнот в толстой обложке и сочиняет свою ежедневную норму в две с половиной страницы.

Хотя Гилберт более пятидесяти лет плодотворно работал в литературе, издав множество книг, основной его профессией оставалась юриспруденция. Литература для него была любимым хобби, в котором он преуспел. Счастлив он был и в семейной жизни, став отцом пяти дочерей и двух сыновей.

Родившийся в 1912 году Майкл Гилберт, признанный старейшина британского детективного цеха, продолжает писать и издавать новые книги. Последний роман Странный заговор 1 вышел в свет в 2002 году, когда его автору исполнилось девяносто лет. Хочется надеяться, что этот роман был написан уже не в поезде…

Родился Гилберт в графстве Линьколншир, скорее всего в не слишком обеспеченной семье, иначе не пришлось бы ему, будучи студентом Лондонского университета, подрабатывать учителем начальных классов в городе Солсбери. В 1937 году Гилберт стал дипломированным юристом, а с 1938 года началась его успешная карьера, на разных этапах которой он консультировал знаменитого американского коллегу Реймонда Чандлера — одного из создателей американского крутого детектива, а также правительство государства Бахрейн.

Во время Второй мировой войны Гилберт служил в артиллерии в Северной Африке, где попал к немцам в плен, сумел бежать, но был пойман и помещен в лагерь для военнопленных, расположенный в Италии. Опыт военных лет, очевидно, стал основой романа Смерть в неволе (1952).

После войны Гилберт возвращается к занятиям юриспруденцией и в 1952 году становится одним из партнеров в юридической фирме Трауэр, Стилл и Килинг. Первый роман Ближние кварталы выходит в 1947 году.

Во втором романе Внутрь они не заглядывали превосходно передана атмосфера послевоенного Лондона, где не хватает самых необходимых продуктов и вещей, полиция недоукомплектована, а толпа демобилизованных солдат и офицеров с трудом приспосабливается к мирной жизни.

***

Несмотря на многолетнюю литературную деятельность заслуженную популярность не только в Англии, но и за ее пределами, Гилберт награжден Гроссмейстерским призом шведскими детективистами в 1981 году и получил американскую премию Эдгара По в 1987 году, а в 1980 году возведен королевой в рыцарское достоинство. Творчество Майкла Гилберта российскому читателю практически неизвестно.

Его многочисленные романы и рассказы — одно из белых пятен на пестрой карте английского детектива XХ века.

Настоящий том, по сути, представляет собой первое знакомство с этим, может быть, немного старомодным, но безусловно одаренным и оригинальным писателем.

Надеюсь, что это знакомство будет с успехом продолжено…

Георгий Анджапаридзе

О творчестве

Карьера Майкла Гилберта растянулась на полвека. Его первая книга вышла в 1930 году, а последняя в конце 90-х. За это время писатель опубликовал порядка тридцати романов и более четырехсот рассказов (любимая литературная форма Гилберта), несколько театральный пьес и множество сценариев для телевидения и радио.

Основной целью для себя английский писатель поставил желание развлечь писателя. В одном из интервью он сформулировал эту философию с лаконичной краткостью, посредством вопроса, Что делает писатель, если он не может развлекать?

Эллери Куин хвалил писателя за контроль над материалом, прозвав его законченным профессионалом. Другой видный американский критик, Энтони Баучер, пишет, что Гилберт всегда пишет очень реалистично, словно получает свои истории из первых рук, прекрасно осознавая что такое война и жизнь, закон и преступление. В другом месте он добавляет, — это маленькие произведения искусства.

Английские критики также положительно отзывались о детективах Гилберта, особенно англичанам импонировало умение смешивать элегантность и грубость, очарование и цинизм.

Майкл Гилберт работал в самых разных под-жанрах детектива, включая полицейский и шпионский роман, военную и приключенческую историю, судебная драма или классический детектив.

Внутрь они не заглядывали

«Внутрь они не заглядывали» — типичный полицейский роман, в котором читатель сталкивается с преступниками на самых первых страницах, тогда как в традиционном детективе преступник обнаруживается только в конце, у Гилберта сюжет состоит из двух параллельных линий: преступники совершают преступления, а полиция их пытается поймать.

Во главе расследования стоит старший инспектор Хейзелридж, действующий еще в пяти романах. В этом романе Гилберт почти не описывает внешность своего героя, характер которого объемно раскрывается через детали обстановки: «Кабинет главного инспектора был тесен, как монашеская келья. Окна без штор, потертый линолеум на полу, квадратный стол и вращающийся стул… В углу кабинета стояла походная койка». Больше никаких подробностей и не требуется — ясно, что этот человек живет исключительно служебными интересами.

Впрочем, Гилберт далеко от идеализации лондонской полиции: «За несколько следующих недель главный инспектор Хейзелридж и его команда проделали огромную работу, но ничего существенного в смысле результатов они не добились. Поскольку такое положение для Скотленд-ярда было делом привычным, никто по этому поводу особенно не беспокоился».

А ведь расследовалась серия дерзких налетов на ювелирные магазины!

Гилберт с самых первых своих книг отвергает тип канонического детектива, в котором действует Великий Сыщик, за несколько часов раскрывающий самые запутанные дела. Но как истинный британец, на родине которого всегда ценились восторженные и одаренные дилетанты, он вводит в роман образ отставного майора Маккана, который волей обстоятельств становится сыщиком-дилетантом и в каких-то ситуациях из-за своего авантюрного характера обгоняет полицейских, а в других — попадает в руки жестоких преступников. Автор трезво видит сильные и слабые стороны персонажа: «Майор не отличался богатым воображением, зато обладал любопытным даром видеть вещи скорее объективно, чем логически. Видимо, это стало причиной того, что он был хорошим солдатом и весьма посредственным бизнесменом».

Занятно, что Гилберт, создавая образ бесстрашного и даже безрассудного Мааккана, в некотором смысле предвосхитил знаменитого Джеймса Бонда, агента 007, которого тогда и в помине не было: «Эффектная брюнетка стрельнула в него (Маккана.— Прим. Г. А.) тем характерным взглядом, которым все красотки одаривают знаменитых агентов Британской секретной службы». Ясное дело: скромняге Маккану далеко до записного сердцееда Бонда, но запрос общества Гилбертом уловлен точно. Ровно через пять лет выйдет первый роман Флеминга.

Гилберт, естественно, видит свою задачу прежде всего в том, чтобы увлечь и развлечь читателя, однако он в то же время чутко прислушивается к настроениям, существующим в послевоенном английском обществе: «Широкая британская публика могла безразлично наблюдать за ограблением сотни ювелиров, за тем, как их оглушают, связывают, затыкают им рты и вообще третируют как могут. Но причинить страдания собаке или ребенку — это очень плохо. Главный инспектор Хейзелридж это знал, и именно по его настоянию всю эту историю опубликовала газета».

Уже в этом романе Гилберта полно колоритных второстепенных персонажей. Чего, к примеру, стоит старая дева мисс Картер, разительно напоминающая созданную воображением Агаты Кристи незабвенную мисс Марпл. Холодный рассудок и все замечающий острый глаз — таковы эти дамы. Для начала мисс Картер выводит на чистую воду самого Маккана — вот уж ее-то не обманешь байками о секретной службе. «Ну что же, уж лучше пусть будет так, — зловеще протянула мисс Картер, — потому что я вас предупреждаю. Когда я начну копать, то буду копать глубоко».

Нельзя обойти молчанием и очевидные проявления ксенофобии, присущей не только персонажам, но и самому автору: «В дальнем конце комнаты, согнувшись над бюро, стоял один из самых отвратительных маслянисто кудрявых представителей Южной Европы, какого когда-либо приходилось видеть Маккану».

В подобной характеристике хоть и европейца, но не англичанина, нет ничего удивительного. Британия еще оставалась великой колониальной державой, а о современной пресловутой «политической корректности» и в Америке еще даже и слыхом не слыхивали. Словом, греки, югославы или, скажем, португальцы с итальянцами вкупе были ничем не лучше негров.

Бедняга Смоллбон

Роман «Бедняга Смоллбон» (1950) по праву считается одним из самых выдающихся сочинений Гилберта. Младший коллега по детективному цеху и в то же время авторитетный критик жанра Г.Р.Ф. Китинг включил этот роман в избранную сотню самых лучших детективов мира и сравнивал его с книгами Агаты Кристи.

«Бедняга Смоллбон» близок к типу канонического детектива: совершено убийство — а кто преступник, так до самого финала и остается неясным. Круг подозреваемых ограничен, и у многих из них были и мотивы, и возможности совершить преступление. Особый интерес повествованию придает тот факт, что убийство произошло в юридической фирме, обладающей высокой и незапятнанной репутацией, повествуя о деятельности которой, Гилберт чувствует себя как рыба в воде.

Расследование ведет хорошо знакомый нам Хейзелридж, а помогает ему на этот раз в качестве дилетанта недавно поступивший в эту юридическую фирму Генри Боун, искренний и толковый отставной офицер, ко всему прочему обладающий бесценным свойством для сыщика: он спит всего часа два в сутки. Кстати, Боун появляется в некоторых других романах и даже рассказах Гилберта.

Российскому читателю роман «Бедняга Смоллбон» будет интересен не только как хорошо сделанный детектив, но и с точки зрения чисто познавательной.

Ведь практически никто у нас не представляет, какова роль адвоката в западном обществе, в частности в Англии. Многие ли у нас имеют собственных адвокате, которые назубок знают права российских граждан и все бесчисленные и часто противоречащие друг другу законы и могут профессионально нас защитить?

Между тем любой мало-мальски обеспеченный человек на Западе имеет своего адвоката, с которым регулярно консультируется и которому поручает себя представлять в самых различных инстанциях. Внимательный читатель почерпнет из книги Гилберта немало полезных сведений.

По стилю письма автор, конечно же, типичный англичанин. У большинства английских детективистов есть свой индивидуальный стиль, тогда как многие их американские коллеги предпочитают писать более нейтрально, обезличенно. Поэтому-то средний американский детективный роман напоминает Биг-Мак, вкус которого в любой стране будет одинаковым.

Стиль Гилберта жесток и ироничен: «Запах честной бедности был почти ощутим. Словно какой-то давно увядшей старой деве дали увянуть дочиста, и ее тело уложили на последний покой где-то под полом».

Едкая ирония автора не минует и его коллег адвокатов. После того как он унизительно распек пару безответных подчиненных, «мистер Бёрли (совладелец фирмы.— Г. А.) испытывал примерно те же чувства, что и Наполеон, когда тот ликвидировал парочку мелких европейских монархий и один немецкий епископат». Тот же Бёрли с трудом скрывает свое презрение к Хейзелриджу, поскольку он не «джентльмен», а вдобавок еще и провинциал.

Отношение простого народа к юристам эмоционально и афористически формулирует деревенский житель Малле: «Я всегда говорю, по мне все юристы могут перерезать друг друга — Вреда от этого не будет. Гады пожирают гадов».

Без явной иронии Гилберт относится только к двум персонажам — к Хейзелриджу и Боуну. Недаром внешний облик инспектора предстает в восприятии Боуна: «Судя по красному лицу, коренастой фигуре и поношенному твидовому костюму, человек мог быть фермером. А мог и военным в штатском. Рука, которую он подал Боуну, была мускулистой, что означало, что ее хозяин работает не только головой. Единственно приметной вещью в этом неприметном человеке были его глаза — холодные проницательные глаза, серые, как волны Северного моря».

В этих нескольких скупых словах раскрывается замысел писателя — Хейзелридж, в облике которого нет ничего бросающегося в глаза, как, например, знаменитые усы Пуаро, самый обычный человек, который предан своему нелегкому и неблагодарному делу.

Свое кредо писателя-реалиста Гилберт раскрывает в показательном диалоге инспектора и Боуна: «…есть два метода лова. Один — бросить в воду бомбу, я бы назвал его методом шока. Второй метод куда труднее, но более надежен. Сплетите сеть и прочешите ею пруд взад и вперед. (Проблема в том, что обычно у вас нет под руками достаточно мощной бомбы). Вначале не поймаете ничего, если сеть достаточно густая и забирает в глубину, конце концов все извлечется на поверхность».

«Теперь я понимаю, — сказал Боун, — почему авторы детективов не избирают ваш метод. Такого никто бы не стал читать». — «Вы правы, — согласился Хейзелридж. — Тоскливое это дело».

Описывая расследование, автор идет за инспектором, но повествование отнюдь не «тоскливо». Встречаются в нем и неожиданные повороты: бедняга Смоллбон оказывается еще одним сыщиком-любителем, который от безделья собирал на своих знакомых компромат, а потом наслаждался своей властью над ними.

Кроме того, Гилберт умеет одной фразой дать запоминающийся портрет даже второстепенного персонажа. Глаз его зорок, а перо безжалостно и точно: «Мистер Мэнифолд был облысевшим стариком, немного похожим на аэростат. От забот он в некоторых местах обмяк».

После хорошей погоды

Роман «После хорошей погоды» затрагивает традиционную для британской литературы тему — англичане за границей. Для англичанина патриотизм — не пустой звук: в случае опасности, грозящей одному соотечественнику. Они немедленно объединяются и готовы биться за него до последнего.

Говоря об этом романе, который по жанру близок к политическому триллеру, нельзя не отметить факт удивительного пророческого дара Гилберта. Роман опубликован в 1963 году, когда никто не мог подумать, что в тихой и благополучной Австрии поднимется неонацизм. В 60-е годы это выглядело как своего рода фантазия автора. Но в конце XX века неонацисты в Австрии заявили о себе во весь голос.

Автор не скрывает своего отрицательного отношения к политикам и всецело на стороне одинокого честного человека. Наивное упрямство Лоры Харт, взыскующей правды, резко осложнило даже дипломатические отношения. И тут звучит ностальгическая нотка по безвозвратно утраченной Империи; старый разведчик Ивлин Финнес говорит: «в старые добрые времена, если Палмерстон узнавал, что один из его дипломатов оказывался во враждебной стране, он направлял на выручку гвардейские полки. А теперь нас могут оскальпировать, посолить и сварить, и ответом будет лишь протест ООН».

Россияне, хорошо помнящие могущество СССР, а теперь живущие в однополярном мире, где США действуют, не оглядываясь на ООН, поймут и посочувствуют персонажу Гилберта.

Этрусская сеть

«Этрусская сеть» (1969) — одна из самых популярных книг писателя, в которой очевидна его обширна историческая и искусствоведческая эрудиция. Детективная интрига добротна и логически выверена. Но и в этом романе имперское сознание автора в полной мере дает о себе знать. Есть англичане и есть «туземцы», среди которых симпатию вызывают только те, кто работает на англичан и к ним тяготеет. А в остальном итальянцы коварны и продажны, англичане же неподкупны и благородны, хотя, конечно, не без обязательных для жителей Британских островов чудачеств и странностей.

Любопытно, что, характеризуя своих персонажей, Гилберт иногда пользуется приемом, который любила Агата Кристи, в «Этрусской сети» — «высокий, солидного вида мужчина со смуглым лицом и седыми усами, который напомнил капитану ослика Иа из истории о Винни Пухе, но оказался английским юристом по имени Том Проктор». «Убийство Роджера Экройда» Кристи: «Он был похож на одного из тех румяных, спортивного склада джентльменов, которые непременно появляются на фоне зеленого лужка в первом действии старомодных музыкальных комедий и поют песенку о том, что собираются поехать в Лондон».

Оба эти описания дают узнаваемый образ-типаж. Читатель легко его осваивает и погружается в основное развитие действия.

Г. Анджапаридзе

Из предисловия к сборнику романов

Избранная библиография

Романы

Ближние кварталы (Close Quarters, 1947)
Внутрь они не заглядывали (They Never Looked Inside, 1947), в США — Он не против опасности (He Didn’t Mind Danger)
Двери открываются (The Doors Open, 1949)
Смоллбон умер (Smallbone Deceased, 1950) в русском издании — Бедняга Смоллбон
Смерть имеет глубокие корни (Death Has Deep Roots, 1951)
Смерть в неволе (Death in Captivity, 1952), в США — Опасность в (The Danger Within)
Страшно сделать шаг (Fear to Tread, 1953)
Небо высоко (Sky High, 1955), в США — Охрана дачи (The Country-House Burglar)
Убит за копейку (Be Shot for Sixpence, 1956)
Кровь и правосудие (Blood and Judgment, 1959)
После хорошей погоды (After the Fine Weather, 1963)
Трещина в чашке (The Crack in the Teacup, 1966)
Зной и песок (The Dust and the Heat, 1967), в США — Изнурение (Overdrive)
Этрусская сеть (The Etruscan Net, 1969), в США — Фамильный склеп (Family Tomb)
Тело девушки (The Body of a Girl, 1972)
Девяносто второй Тигр (The Ninety-second Tiger, 1973)
Точка возгорания (Flash Point, 1974)
Ночью двенадцатого (The Night of the Twelfth , 1976)
Пустой дом (The Empty House, 1978)
Смерть любимой девушки (Death of a Favourite Girl, 1980), в США — Убийство Кэти Стилсток (The Killing of Katie Steelstock)
Финальный бросок (The Final Throw, 1982), в США — В конце игры (End-Game)
Черный Серафим (The Black Seraphim, 1983)
Долгий путь домой (The Long Journey Home, 1985)
Неприятность (Trouble, 1987)
Краска, золото и кровь (Paint, Gold and Blood, 1989)
Королева против Карла Маллена (The Queen Against Karl Mullen, 1991)
Американские горки (Roller-Coaster, 1993)
Кольцо страха (Ring of Terror, 1995)
В бою (Into Battle, 1997)
Конец связи (Over and Out, 1998)

Сборники рассказов

Игра без правил (Game Without Rules, 1968)
Остановите казнь (Stay of Execution, 1971)
Дилетант в ярости (Amateur in Violence, 1973)
Петрелья на Q (Petrella at Q, 1977)
Господин Колдер и господин Беренс (Mr. Calder and Mr. Behrens, 1982)
Юность Петрелья (Young Petrella, 1988)
Для спокойной жизни (Anything for a Quiet Life, 1990)
Человек, который ненавидел банки (The Man Who Hated Banks, 1997)
Математика убийства (The Mathematics of Murder, 2000)
Любопытный заговор (The Curious Conspiracy, 2002)
Даже убийцы берут выходной и другие детективы (Even Murderers Take Holidays and other mysteries, 2007)
Жалость к девушке и другие рассказы (A Pity about the Girl and other stories, 2008)

  1. Автор невольно ошибается, поскольку, это не роман, а сборник рассказов, и на момент написания статьи это был действительно последний сборник, но после 2002 года вышло еще несколько сборников.

Добавьте комментарий