Вернер Штайнберг

Вернер Штайнберг

Сегодня мы хотели бы поздравить немецкого писателя — Вернера Штайнберга, работавшего под псевдонимами Удо Гребниц.

Удо Вернер Штайнберг (Udo Werner Steinberg) родился 18 апреля 1913 года в Силезии, в семье экспедитора. В биографии Штайнберга немало перипетий почти детективного плана. Он родился на польской земле, входившей в состав Пруссии. В 19 лет, еще во время обучения в школе вступил в коммунистическую партию и публиковал в коммунистической прессе свои первые литературные опыты. Изучал педагогику в школе педагогического образования в Хиршберге и Педагогическом колледже Эльблонга. В 1933 году пытался эмигрировать в Советский Союз, но был задержан на территории Латвии и выдворен обратно. Принимал участие в антифашистском движении тридцатых годов, за что подвергся тюремному заключению на три года. После освобождения в 1937 году занялся книжной торговлей и одновременно устроился редактором в одну из газет Нижней Силезии, в 1943 году опубликовал свой первый роман, после войны работал журналистом в Западной Германии, а в 1956 году стал гражданином ГДР. Литературную известность обрел с середины пятидесятых годов как автор тетралогии о судьбах немецкого народа середины XX века, биографических романов о Генрихе Гейне и Георге Бюхнере.

К детективу Штайнберг обратился в шестидесятые годы. Те его романы, что доступны русскоязычному читателю, существенно отличаются по тематике и принципам сюжетного построения, но схожи в авторском отношении к детективу как в значительной мере серьезной, с обличительным акцентом, литературе. Произведения интенсивно оснащены конкретикой места действия, реалиями времени, что порой имеет самостоятельный интерес.

Вернер Штайнберг скончался 25 апреля 1992 года от инсульта.

Икебана, или Цветы для иностранца

Жанр шпионского романа среди других произведений Вернера Штайнберга представлен детективом Икебана, или Цветы для иностранца. Его тема — промышленный шпионаж западных стран против Японии после второй мировой войны. В нем несомненно нашел отражение и собственный журналистский опыт, и не поверхностное представление автора о характере японского патриотизма.

Собственно детективная интрига плотно упакована в бытовой роман нравов, а повествование состоит из нескольких слоев. Один — это история давних, имеющих горький привкус соперничества из-за женщины взаимоотношений главных героев — французского журналиста Пьера Ларотта (маленький, толстоватый, с короткой трубкой в зубах любитель пива, человек явно левых взглядов) и приехавший под видом корреспондента из ФРГ господина Шюнцеля (огромный, светловолосый, шумный… Внешне дружелюбный… Победно шагающий по жизни покоритель женских сердец… Бездушный, беззаботный, он брал свое со стола жизни, заодно прихватывал и чужое…).

Другой слой — секретная миссия Шюнцеля, посланного выведать японские достижения в производстве компьютеров. Для выполнения задания Шюнцелю требуется психологическая интуиция, тонкое чутье, а кроме того, основательные знания в области микроэлектроники…

Однако суперменистый шпион действует прямолинейно и даже грубо, и автор находит возможность, неоднократно проиллюстрировать, что тот не только не знает местных обычаев, но и обладает каким-то странным чувством превосходства белого человека, убежденного, что доллары и западный образ жизни являются абсолютной ценностью для каждого японца. Его глупость и наглость неизбежно должны обернуться против него, ведь в одной команде выступают и сотрудники фирмы Хитачи, и заводская полиция, чья задача — борьба с промышленным шпионажем, и служащая гостиницы, оскорбленная нечестной игрой Шюнцеля против ее брата…

Шюнцель не понял и последнего сугубо японского предупреждения — композиция из цветов у себя в номере, которое Ларотт прочитал уже после смерти незадачливого шпиона: Самые пышные цветы на сильных стеблях образуют в середине линию шин — линию Неба, но странно при этом, что группа сое, символизирующая Человека, склоняется не к линии шин, а к третьей группе цветов — самой низкой — группе Земли. А еще примечательно, что лепестки цветов линии сое начинают опадать… Как бы подкупающе ни действовал этот букет на европейца, японец прочтет в нем лишь одно — гибель, смерть!

Шляпа комиссара

Наиболее оригинальным по замыслу, среди произведений Вернера Штайнберга, представляется роман Шляпа комиссара. Автор находит возможность уйти от канона, по которому в литературе стран социалистической ориентации было не принято доверять расследование частному лицу. Очевидность преступления, совершенного доктором Мараном, не требует от полиции никаких усилий. Он сам сообщает, мучаясь угрызениями совести (Марану стало стыдно. Он собирался исполнить приговор, а на проверку вышло простое, омерзительное убийство), что убил любовника своей жены, некоего Брумеруса. И даже то, что приезд полиции на место преступления установил, что убит не Брумерус, а какой-то другой человек, оказавшийся на даче, не может повлиять на судьбу доктора Марана, если бы в дело не вмешался его однокашник, адвокат Метцендорфер. Он, руководствуясь шестым чувством, в частном порядке начинает бессмысленное, с точки зрения полиции, расследование по установлению личности убитого. Понимаете, Маран все равно виновен, — убеждает адвоката комиссар Гроль. — Для нас не имеет значения, кого он убил. И поглядывал кто-нибудь или не подглядывал… Само собой разумеется мы пойдем по этому следу. Но боюсь, что мы только повредим вашему клиенту, если не закроем дело в части, касающейся его. Следствие может затянуться на несколько месяцев.

На судьбу многих персонажей романа значительное влияние оказало их увлечение автомобилями. Это может показаться причудой автора, но если вспомнить его пристрастие к отражению реальной жизни (события относятся к началу шестидесятых годов и происходят в ГДР), то окажется, что любая формальность под рукой мастера становится играющей.

Штайнберг проявил себя в этом романе и как мастер ложных следов, замаскированных деталей. Причем детали эти двоякого рода: об одних читателю становится известно одновременно со следователями, и можно порадоваться за их проницательность, а другие скрыты — заметив их раньше финального объяснения, можно порадоваться за себя. Не изменяет писатель и своей манере давать подробные характеристики героям, прорисовывать их взаимоотношения, не имеющие прямой связи с сюжетом, и прочите второстепенные мелочи типа пейзажных описаний, являющихся символически значимым фоном для событий и настроения героев.

Иногда эта обстоятельность выглядит тяжеловесной, но тщательно продуманные интриги и неожиданные финалы вполне компенсируют читательские затруднения.

Избранная библиография

Маска танца (Der Maskentanz, 1948)
Черные листья (Schwarze Blätter, 1953)
День влюбленных в ночь (Der Tag ist in die Nacht verliebt, 1955)
Когда часы остановились (Als die Uhren stehenblieben, 1957)
Вступление в гладиаторы (Einzug der Gladiatoren, 1958)
Изменения в будущем (Wechsel auf die Zukunft, 1958)
Процесс Ютта Мюнха (Der Prozeß um Jutta Münch, 1960)
После конца света (Hinter dem Weltende , 1961)
Вода из сухих родников (Wasser aus trockenen Brunnen, 1962)
Без лишнего шума (Ohne Pauken und Trompeten, 1965)
Шляпа комиссара (Der Hut des Kommissars, 1966)
Кстати, убийство (Und nebenbei ein Mord, 1968)
Протокол Бессмертие (Protokoll der Unsterblichkeit, 1969)
Белый конь с голубыми глазами (Der Schimmel mit den blauen Augen, 1969)
Икебана, или цветок для иностранца (Ikebana oder Blumen für den Fremden, 1971)
Человек по имени Нутрот (Ein Mann namens Nottrodt, 1972)
Глаза слепых (Die Augen der Blinden, 1972)
Замена лошади (Pferdewechsel, 1974)
Между гробом и Араратом (Zwischen Sarg und Ararat, 1978)
Последнее дело комиссара (Der letzte Fall des Kommissars, 1982)
Обрывок (Bruchstück, 1983)
Поиски монстра (Fahndung nach dem Untier, 1983)
Разбойничий вертеп (Die Mördergrube, 1986)
Два выстрела в новолуние (Zwei Schüsse unterm Neumond, 1988)

54321
(0 votes. Average 0 of 5)

Добавить комментарий