Дидье Дененкс — французский писатель, автор известных детективных романов на исторические темы.

Биография

Дидье Дененкс (Didier Daeninckx) родился 27 апреля 1949 года в Сен-Дени. Уже в 17 лет стал устроился помощником к местному художнику, лидеру местного культурного бомонда.

В период безработицы написал свою первую книгу — Смерть в первом раунде (Mort au premier tour, 1982), и если первый роман принес автору деньги, то второй — Память на убийство (Meurtres pour memoire, 1984) принесла ему славу. После этого Дененкс регулярно начал публиковать детективные романы. И если поначалу он публиковал по роману в год, сейчас из под его пера выходит до трех-четырех произведений в год.

Среди самых известных — Память на убийство, Смерть не забывает никто (La mort n’oublie personne, 1988), История и претензии (Histoire et Faux-Semblants, 2007), Людоед (Cannibale, 1998).

Активно участвует в политической жизни и различных политических формах протеста. Был замешан в целом ряде скандалов, в том числе с Владимиром Жириновским.

О творчестве

Убивают тех, кто помнит

За один 1984 год французский писатель Дидье Дененкс (Didier Daeninckx) был удостоен трех литературных премий: большой премии детективной литературы, премии черного романа, премии Поля Вайяна Кутюрье — и сразу выдвинулся в первый ряд авторов детективных романов. Успех ему принес прежде всего роман Убивают тех, кто помнит (Meurtres pour memoire, 1984; русский перевод – Выстрелы из прошлого), посвященный одному из самых мрачных и тщательно скрываемых от общественного мнения эпизодов современной французской истории — расстрелу в Париже 17 октября 1961 года мирной демонстрации алжирцев. В этом романе наиболее отчетливо проявилась творческая манера писателя, поставившего своей задачей с помощью детектива выявлять такие злокачественные опухоли описываемого им общества, как колониализм, расизм, милитаризм, неофашизм, безработица, наркомания, гангстеризм и так далее.

Замысел родился у Дененкса тогда, когда он решил определить свою позицию по отношению к колониальной войне в Алжире. Он обнаружил, что столкнулся с трудной задачей, потому что в официальной истории этот период тщательно замалчивается. И тогда, по словам Дененкса, он попытался восстановить то, что предстало как результат преднамеренно организованных провалов в памяти общества. Датой-символом этих черных дыр оказалось 17 октября 1961 года.

Демонстрации предшествовало введение французским правительством комендантского часа для проживавших в Париже алжирцев, которым запрещалось появляться на улицах города после двадцати часов. В ответ на эти меры 17 октября в двадцать часов была организована мирная демонстрация алжирцев, в которой приняли участие около тридцати тысяч человек, в том числе женщин и детей. Никто из участников демонстрации не был вооружен, однако полиция и жандармерия учинили над ними зверскую расправу — она продолжалась и ночью, и в течении последующих дней. Убивали и на улицах, и в полицейских комиссариатах. Сотни живых и мертвых были брошены в Сену. Издатель и писатель Масперо, например, сам видел, как приканчивали раненых, пытавшихся укрыться в аптеке. Таких свидетельств было много, и бельгийские кинодокументалисты по горячим следам сделали фильм, в котором были засняты интервью с очевидцами. Однако впоследствии и этот фильм, и многие другие документы таинственно исчезли, и, несмотря на то, что убитых было несколько сотен человек, в прессе появилось сообщение лишь о трех жертвах: двух алжирцах и одном европейце.

Все это могло бы стать материалом для исторического исследования, но Дененкс не историк, научному подходу он предпочел средства художественного отображения. Созданный им тип детектива резко выделяется среди массы выходящих во Франции развлекательных поларов: тесно сплетая реальность и вымысел, его автор ставит перед собой задачу исследовать общество и обличать несправедливость общественной системы. Высшим авторитетом для Дененкса является известный американский автор остросоциальных детективов Дешил Хэмметт. В отличие от тех пoлapoв, где разгадка тайны преступления выходит как исправление дефекта, замена негодной детали общества, в романе Убивают тех, кто помнит полицейский комиссар Каден, ведущий расследованием пытается улаживать дела, а, напротив, усугубляет возникающие противоречия.

Метод Дененкса состоит в том, чтобы постоянно сталкивать вымысел и действительность. Прежде чем начать писать, он составляет досье из документов, материалов прессы, фотографий мест, где развертывается действие. Поэтому в его книгах всегда есть конкретные ориентиры. С предельной точностью, например, описано в книге то место на бульваре Пуассоньер, перед кинотеатром Рекс, где в начале романа наблюдал демонстрацию за несколько минут до своей смерти Роже Тиро (прообразом этого персонажа послужил тот самый европеец, о котором упомянула пресса, — тридцати-двухлетний Ги Шевалье, оказавшийся в этом месте совершенно случайно). Убитый в упор из пистолета Роже Тиро, так же как и его прототип, не имел ни малейшего отношения к демонстрации. По дороге домой учитель истории и латыни Роже Тиро время от времени захаживал в кино на научно-фантастические фильмы, чтобы на два часа отвлечься от серой вереницы будней. За несколько минут до начала демонстрации он вышел из кинотеатра Рекс, и ему оставалось сделать всего несколько шагов, чтобы войти в свой дом. Однако человек в форме полицейского подошел к нему сзади и выстрелом в упор раздробил ему череп. Из реплик, которыми Гиро обменялся с несколькими прохожими, выразившими свою неприязнь к арабам, читателю дано понять, что он придерживался демократических убеждений и что, скорее всего, он — противник расизма. Умение создавать яркие портреты, даже ли речь идет о персонажах эпизодических, — одна из основных особенностей метода Дененкса. Правда, Роже Тиро, — персонаж не совсем эпизодический, поскольку автор не раз возвращается к нему впоследствии. Однако и рабочие-алжирцы Сайд Милаш и Лунес Тугурд, которые появляются в первой главе книги всего на несколько мгновений, запоминаются надолго. А главное, автор искусно вводит читателя в суть социальных проблем, с которыми сталкиваются проживающие во Франции арабы, и убедительно показывает психическое состояние иммигрантов.

Хотя рассказ о расправе над демонстрантами и центральный, в романе он занимает сравнительно мало места. Внимание читателя переключается на собственно детективную интригу, которая, однако, не уводит от обозначенной в начале книги проблематики, а углубляет ее.

Действие основной части романа развивается уже в наши дни. Двадцать лет спустя после описанных событий Бернар Тиро, родившийся через несколько месяцев после смерти своего отца Роже Тиро, отправляется с невестой в отпуск в Марокко, но по дороге останавливается на несколько дней в Тулузе, где ему нужно собрать некоторые дополнительные сведения для своей научной работы. В Тулузе он, как и его отец, становится жертвой убийцы, выпускающего в него пистолетную обойму.

Расследование убийства Бернара ведет полицейский комиссар Каден, который обнаруживает связь между убийством сына и убийством отца. Одним из звеньев расследования, позволивших Кадену напасть на след убийцы, Дененкс делает тот самый реально существовавший и бесследно исчезнувший фильм бельгийских документалистов, который, по мнению писателя, еще поможет установить, как именно взвивались события 17 октября 1961 года. Однако в романе кинематографисты делают свой фильм не по следам событий, а непосредственно в момент их, случайно оказавшись на бульваре Пуассоньер.

Используя личные связи, Каден получает доступ к хранящейся в архиве пленке, запечатлевшей и убийство Роже Тиро, и лицо его убийцы, некоего Пьера Казеса, находившегося на государственной службе. В его задачи входило устранение руководителей алжирского Фронта Национального Освобождения, а также некоторых членов ОАС. Мало того. Кадену удается напасть на след Андре Вейю, подлинного виновника смерти Роже Тиро. В свое время это он приказал Казесу убить Роже Тиро, а двадцать лет спустя собственноручно убил его сына Бернара.

Роже Тиро не принадлежал ни к Фронту национального освобождения, ни ОАС, но, исследуя историю родного края, он совершенно случайно, на основе анализа статистических данных, относящихся к периоду оккупации, пришел к выводу, что Андре Вейю, который занимался тогда отправкой евреев в гитлеровские концлагеря, был не просто чиновником-коллаборационистом, а проявил особое рвение, и цифры отправки по его региону намного превысили данные по другим регионам. У Вейю, занявшего к моменту событий, описываемых в романе, высокий пост министерстве внутренних дел. Было достаточно оснований, чтобы опасаться результатов расследований, начатых Роже Тиро и продолженных его сыном.

У Андре Вейю есть реальный прототип. Это Морис Папон — префект парижской полиции в 1961 году. Дененкс, по его словам, обычно стремится не столько к узнаваемости прототипов, сколько к кристаллизации художественных образов. Однако в данном случае сходство намеренно подчеркнуто, чтобы показать признаки и логику определенного узнаваемого типа человеческого поведения: тот, кто во время оккупации занимался доносами или депортацией евреев, логично оказывается тем, кто убивает арабов двадцать лет спустя.

Тот, кто забывает прошлое, рискует пережить его вновь. И Дененкс исследует прошлое, чтобы люди лучше понимали настоящее. Усилия писателя вполне актуальны сейчас, когда во Франции вновь подняла голову реакция, когда на демонстрациях неофашисты кричат: Арабов в Сену!, Арабов в печь!. События 17 октября 1961 года явились следствием заговора правых экстремистов с целью помешать де Голлю найти мирное решение алжирской проблемы. Сейчас тоже есть реальная опасность консолидации правых сил. И книга Убивают тех, кто помнит была написана не только для того, чтобы задать вопрос, что сталось с теми, кто организовывал убийства в прошлом, но и для того, чтобы понять, какие убийства они готовят сейчас.

Ведь политические акции подготавливаются разнузданной социальной демагогией. Невеста Бернара Тиро, тоже историк, рассказывает Кадену о том, как это происходит. Социальные слои, наиболее пострадавшие от кризиса, в реакционной прессе пытаются отождествить с группами населения, опасного для остального общества. Жертвы превращают в пугала, и трюк срабатывает – обыватель начинает бояться, встречая на улице парня со слишком курчавыми волосами. В результате страх заранее позволяет оправдывать любые меры, предпринимаемые против этих людей. Так, полицейская расправа, описанная в начале книги, из исторического факта превращается в факт, повторение которого не кажется абсолютно невозможным  и в наши дни.

Незаконченный великан

В романе французского писателя Дидье Дененкса Незаконченный великан (Le geant inacheve, 1984) расследование преступления ведет тот же инспектор Каден, известный читателям по роману Убивают тех, кто помнит, только действие в нем соотнесено с более ранним этапом его карьеры. Болезнь общества меняет поведение людей, их взаимоотношения и нравы.

Роль комментатора социальных процессов здесь выполняет хозяин небольшого бара, бывший священник, расставшийся с сутаной после того, как в 1960 году, оказался свидетелем зверской расправы французских солдат с населением одной алжирской деревни. Он объясняет обратившемуся к нему за справкой Кадену, что присутствие молодежи в барах сомнительной репутации объясняется не страстью к развлечениям, а стремлением забыть хоть на миг безысходность положения. Кризис как бы извиняет все это массовое скольжение вниз, — констатирует собеседник Кадена, — целое поколение молодых людей обречено на безработицу и проституцию. Отсюда и рост преступности. При этом у них нет ни сил, ни желания взбунтоваться — настолько они уже раздавлены самой ситуацией. Нарисованная в этом рассказе картина — ключ к расследуемому в романе преступлению.

Ален, брат погибшей Лоранс Капель, был один из этих безработных парней для которых оказались закрытыми все пути. Стремясь вылечить Алена от наркомании, на что потребовались колоссальные деньги, девушка пошла на преступление. Работая экономкой в больнице, она участвовала в хищении крупных сумм. После того как в результате рецидива болезни Ален все-таки умирает, у преступников — они представляют собой элиту местного буржуазного общества — возникают опасения, что утратившая стимул для сотрудничества Лоране рано или поздно их выдаст. Они убивают ее.

Точно рассчитанный момент убийства непосредственно предшествует появлению в квартире Лоране ее давнего знакомого, который под воздействии нервного потрясения берет вину на себя. Инспектор Каден, у которого возникаю подозрения в верности официальной версии, начинает свое расследование, причем ведет его на свой страх и риск.

Дело в том, что в прекращении этого расследования кровно заинтересованы очень влиятельные лица. Наличие во французском обществе людей, которые благодаря своему богатству пользуются правом вседозволенности, — второй ключ к разгадке тайны преступления, и к пониманию замысла писателя. После приключений, стоивших жизни некоторым преступникам и чуть было не оказавших роковыми для него самого, Каден торжествует. Однако его победа относительна поскольку заинтересованное лицо, как выясняется, — один из крупнейших капиталистов во Франции. Его покровительством и сообщничеством и пользовались убийцы. Теперь он сумел привести в действие бюрократический механизм, и инспектора переводят в другой город.

Название книги символично. Незаконченный великан — это гигантская карнавальная кукла, которую Лоранс изготовила вместе со своим другом Сэми для художественной самодеятельности. Преодолевая сопротивление и инертность других участников труппы, которые предпочитали ограничиваться развлекательной программой, она и Сэми попытались внести в художественную деятельность драматического кружка элементы прогрессивного политического сознания. Пуля убийцы, сразившая девушку, задела и куклу, незаконченность которой стала символом несбывшихся надежд.

В классическом детективе все возвращается к прежнему, временно нарушенному порядку. Дененкс же, напротив, как бы говорит, что отдельное преступление можно раскрыть, но победа добра над злом невозможна, пока система функционирования общества сама способствует зарождению и возрождению преступлений.

Последний из последних

В романе Дидье Дененкса Последний из последних (Le der des ders1, 1984) преобладают черты политического детектива. Он переносит читателя из современности во времена, которые наступили во Франции сразу после окончания первой мировой войны. Официальная буржуазная историография, говорит Дененкс, обычно не задерживается на этом периоде, перескакивая от 1918 года сразу к экономической эйфории 1925 года, преднамеренно забывая о людях без конечностей, о туловищах на колесиках, о призраках, населявших деревни и города, повинных в том, что своим видом они портили идиллическую картину победы. Одновременно историки забывают и о том, что период 1918—1920 годов был периодом социальных потрясений. Вот эти-то забытые реалии и стали фоном, на которое развертывается действие романа.

Последний из последних — произведение, проникнутое антивоенным пафосом. В одном из интервью писатель говорил, что в своей книге он стремился разоблачить сущность первой мировой войны, погубившей миллионы людей, заставив их защищать чуждые им идеологию и интересы.

Были у Дененкса и личные причины обратиться к этому периоду. Его дед в 1917 году отказался воевать и дезертировал, а в 1919 был отправлен на каторгу. При этом, как оказалось, буржуазное государство тщательно скрывает тайну своих преступлений — досье Фердинана Дененкса будет рассекречено лишь в 2020 году. Поэтому книга Последний из последних — это также протест против того, что у писателя украли часть его семейной истории, часть его личной памяти.

В названии романа обыгрывается штамп буржуазной пропаганды, которая по окончании первой мировой войны называла ее самой последней. В центре романа — фигура Рене Греффена, бывшего солдата, который в январе 1920 года оказывается последним из последних в длинном списке безымянных и забытых жертв войны. Персонаж, естественно, вымышленный, но он становится представителем, символом многих других, вполне реальных людей, превратившихся в призраки. Я этих забытых забыть не пожелал, — заявляет писатель.

…Рене Греффен, ставший после долгих мытарств частным детективом, неожиданно получает заказ от крупного предпринимателя, владельца виноградников и коньячных заводов, полковника Фантена де Ларсодьера. Поручение состоит в том, чтобы оградить полковника от шантажа, якобы связанного с недостойным поведением его жены. Поведение и точно распутное, но суть, как оказалось, отнюдь не в нем. Предметом шантажа было военное преступление самого Фантена де Ларсодьера, из-за трусости которого погибли сотни солдат. В определенный момент полковник, испугавшись проницательности детектива, попытался отстранить его от расследования, но тот продолжил поиски самостоятельно и в итоге воссоздал картину многочисленных преступлений полковника, его жены и сообщников из деловых кругов и разных эшелонов власти.

Оставаясь верным своему призванию политического писателя, Дененкс и в этом романе стремится не только проследить за логикой конкретных частных преступлений, но и показать их взаимосвязь с гораздо более страшными глобальными преступлениями капитализма — в данном конкретном случае с развязыванием Первой мировой войны. При этом писатель и здесь снова подчеркивает, что многие совершаемые власть имущими преступления остаются безнаказанными. Символичен конец романа — Греффен гибнет, а полковник Фантен де Ларсодьер открывает памятник жертвам войны – тем самым солдатам, которые погибли по его вине.

В книге рассказывается еще об одном выявленном Греффеном преступлении полковника Фантена. По приказанию правительства он организовал массовое уничтожение воевавших во Франции русских солдат. В свое время царь воспользовался своим союзом с Францией, чтобы сослать туда в солдаты двадцать тысяч наиболее активных в политическом отношении московских рабочих. А 1 мая 1917 года русские полки отказались воевать, организовали Советы и потребовали репатриации. Французская артиллерия обстреляла непокорных. Несколько десятков человек было убито, а зачинщиков казнили. Многие были отправлены на каторгу в Северную Африку, а в 1919 году большинство из них было переправлено в Крым и выдано на расправу белым генералам. Этот реальный эпизод был тоже забыт историками, подобно 17 октября 1961 года, и писатель сделал его фактом своей художественной реальности, причем сделал это очень тонко, органично вписав в увлекательную детективную интригу.

Выбирая историческую тематику в качестве сюжетов своих романов, Дидье Дененкс противопоставляет свой труд труду историка. По его словам, историки порой раскладывают прошлое по полочкам, как если бы оно совершенно не было связано с нашей современностью; Дененкс же ставит перед собой задачу доказать, что вчерашняя история имеет непосредственное отношение к современной политической жизни.

Полиция-метро

Роман Дидье Дененкса Полиция-метро (Métropolice, 1985) был задуман автором как археологическое социальное исследование Парижа, посредством детективной истории. Полиция, обслуживающая метро, привлекла его внимание в первую очередь потому, что пятьдесят шесть процентов ее состава в 1983 году проголосовали за крайне правые профсоюзы. Июнь 1983 года, когда развертывается действие романа, выбран Дененксом не случайно. Именно тогда полиция, после гибели на улице Трюден двух полицейских, устроила грандиозную демонстрацию, которая предвещала поворот Франции к правому политическому режиму.

В этой книге детективная интрига выражена несколько слабее, чем в предыдущих романах писателя. Он несколько нарушает каноны жанра, в котором работает, делая преступником психически ненормального человека. Только что выписанный из психиатрической больницы Жак Курталь совершает серию убийств в метро бросая своих жертв под колеса поезда. Как выясняется впоследствии, когда-то давно его собственная психика непоправимо пострадала в результате инцидента в метро. Курталь реагировал на определенный физиономический тип людей, среди которых и выбирал очередную жертву. Полиции удалось сделать портрет-робот убийцы который бродит по бесконечным лабиринтам разветвленного парижского метро.

Параллельно автор ведет рассказ о полиции. Во главе полиции, действующей в метро, стоит Мишель Фогель, женщина. Она получила это назначение недавнее к большому неудовольствию ее подчиненного, инспектора Алена Делиньи, рассчитывавшего, что выбор начальства падет на него. Между этими двумя людьми постоянный конфликт, причем не только служебного, но и идеологического характера.

В детективном жанре, считает Дененкс, лучше, чем в каком-либо ином, прочитывается выбор писателя. Детективная проза имеет дело, как правило, со взрывным идеологическим материалом, и позиция автора определяется тем, стоит он на стороне закона или против. Но при этом и сам закон не абсолютен. Соответственно и полицейский, заставляющий подчиняться закону, проводит не что иное как идеологическую работу. Портрет Мишель Фогель нарисован автором с симпатией — комиссар полиции придерживается демократических убеждений и предпочла бы направлять силы полиции на эффективную борьбу против настоящей преступности, а не на бесконечные проверки документов у иммигрантов. Позиция ее честолюбивого соперника Делиньи выражена менее определенно, но о ней можно составить представление по тому, как он пытается защитить от Мишель Фогель двух полицейских, избивших рабочего-португальца. Именно эти два полицейских — настоящие идейные противники Мишель Фогель. Робер Портак и Эрве Шальон изображен в романе как наиболее типичные представители той неумной, слепой, полной расистских предубеждений и ненависти массы, в которой зреют всходы обыкновенного фашизма. В конце романа Портак вместо того, чтобы арестовать, расстреливает в упор безоружного Жака Курталя.

В традиционных поларах полицейский всегда прав. Дидье Дененкс  же противопоставляет свой сознательно идеологизированный черный роман внешне деидеологизированному буржуазному полару. В его книгах полицейский либо частный агент нередко разрывается между законом и сложной, несводимой к схемам реальностью. Дененкс пишет такие детективы, которые высвечивают внутренние антагонизмы в нынешнем французском обществе и представляют собой попытку проанализировать это общество во всей совокупности его противоречий.

В. Никитин

  1. Во французском языке это устойчивое выражение, которое означает войну, которая положит конец всем войнам, самую последнюю войну, конец всем войнам.

Добавить комментарий