Спейд и Арчер

Резко выступающий подбородок, жестко очерченные губы, хищный вырез ноздрей, желтоватые со стальным блеском глаза, кустистые брови над крючковатым носом, блеклые каштановые волосы, высокий лоб — так выглядел Сэмюэль Спейд.

Он бросил Эффи Перин:

— Слушаю тебя, детка.

Эффи была высокой загорелой девушкой, ее желто-коричневое шерстяное платье столь плотно облегало стройное тело, что напоминало мокрый купальник. На сияющем мальчишеском лице блестели живые карие глаза. Она прикрыла за собой дверь и, прислонившись к ней, сообщила:

— Вас хочет видеть какая-то девушка. Ее зовут Вандерли.

— Клиентка?

— Вероятно. Думаю, вам в любом случае не мешало бы на нее взглянуть. Она чертовски хороша.

— Так проси ее сюда, милочка, — сказал Спейд. — Пусть войдет.

Эффи Перин распахнула дверь и, придержав ее за круглую ручку, пригласила:

— Войдите, пожалуйста, мисс Вандерли.

Едва слышно в кабинет вошла молодая женщина. Она двигалась медленно, короткими неуверенными шагами, глядя на Спейда светло-голубыми глазами.

Девушка была высока и изящна, без малейших признаков несовершенства. Скульптурная грудь, длинные ноги, узкие кисти рук. В одежде преобладали оттенки голубого цвета, подобранные в тон глазам. Из-под голубой шляпки ниспадали волнистые темно-рыжие волосы, полные губы алели ярким огнем. В робкой улыбке сверкнули белые зубы.

Спейд поднялся, склонив голову, и толстым пальнем указал на дубовое кресло рядом со столом. Ростом Спейд был не меньше шести футов. Округлая покатость плеч делала его торс почти коническим, и поэтому пиджак на нем слегка топорщился.

Мисс Вандерли тихо произнесла:

— Благодарю вас, — и присела на краешек кресла. Из-за приоткрытой двери доносились приглушенная дробь и мелодичный звон пишущей машинки: Эффи Перин развивала бурную деятельность. Где-то рядом за стеной монотонно гудел электромотор. На столе Спейда тлела самодельная сигарета. Она лежала в медной пепельнице, полной окурков таких же самодельных сигарет. Серые хлопья пепла пестрели на желтой крышке стола, зеленом пресс-папье, бумагах. Из приоткрытого окна струился свежий воздух, приправленный аммиаком, и хлопья пепла лениво кружили по столу.

Мисс Вандерли смотрела на хлопья. В ее глазах застыла тревога. Руки в темных перчатках судорожно тискали плоскую черную сумочку, лежавшую на коленях.

— Чем могу быть полезен, мисс Вандерли? Она вздрогнула и подняла глаза.

— Не могли бы вы… Я думала… я…. дело в том… Она замолчала и стала нервно кусать нижнюю губу.

Сейчас говорили только ее глаза: они умоляли.

Спейд понимающе улыбнулся и ободряюще кивнул головой, словно речь шла о небольшом пустяке.

— Расскажите все с самого начала, тогда будет ясно, чем вам можно помочь. Итак, с чего все началось?

— Это было в Нью-Йорке…

— Так, хорошо. Дальше.

— Я не знаю, где она с ним встретилась. То есть где именно в Нью-Йорке. Она на пять лет моложе меня — ей всего лишь семнадцать, и круг знакомых у нас совершенно различный. Кроме того, мы с сестрой никогда не были особенно близки… Родители сейчас в Европе… Это их убьет! Я просто обязана вернуть ее домой до их приезда… А первого числа они уже будут дома.

В глазах Спейда зажегся огонек.

— Значит, у нас есть две недели.

— Я и не знала, что она натворила, пока от нее не пришло письмо. О, поверьте, я была в отчаянии. — Ее губы задрожали. Пальцы продолжали терзать сумочку. — Я не пошла в полицию, потому что боялась осложнений, хотя должна была это сделать. Ведь мне не с кем было посоветоваться. Я просто в отчаянии. Ну что я могла сделать?

— Ничего, конечно, — подтвердил Спейд. — Но потом пришло ее письмо?..

— Я послала ей телеграмму: умоляла вернуться домой. Я отправила ее на главпочтамт, до востребования: другого адреса у меня не было. Я прождала целую неделю, но ответа не получила. А день приезда родителей неумолимо приближался. Тогда я поехала за ней в Сан-Франциско. Я написала ей, что приеду. Наверное, это не нужно было делать?

— Возможно. Но разве угадаешь, как лучше поступить. Вы нашли ее?

— Нет. Я написала ей, что остановлюсь в «Сент-Марке» и что надеюсь встретиться с ней и поговорить, даже если она не собирается возвращаться. Но она не пришла. Я ждала еще три дня, но все напрасно.

Спейд склонил голову, нахмурился, поджав губы.

— Это ужасно, — сказала мисс Вандерли, тщетно пытаясь улыбнуться. — Я не могу просто так сидеть и ждать в абсолютном неведении. Я написала ей еще одно письмо и вчера после полудня отправилась на почтамт. Я просидела там до темноты, но так и не увидела ее. А сегодня, когда я опять ждала Коринну, я увидела Флойда Терсби…

Спейд понимающе кивнул. Он уже не хмурился. На его лице было выражение острого, напряженного внимания.

— Он не сказал, где Коринна, — продолжала девушка. — Он вообще ничего не сообщил мне о ней, только заверил, что ей хорошо и что она счастлива. Но как я могу в это поверить?! Ведь он мог сказать это в любом случае, не правда ли?

— Конечно, — согласился Спейд. — Но это могла быть и правда…

— Если бы это было так! — воскликнула девушка. — Но я не могу вернуться домой, не повидав ее, даже не поговорив с ней хотя бы по телефону. А он категорически отказался отвезти меня к ней, убеждал, что она не желает меня видеть. Я ему не верю. Он только пообещал рассказать Коринне, что видел меня, и заверил, что попробует привезти ее вечером ко мне в отель, если она захочет. Но он уверял меня, что она ни за что не согласится. В любом случае он обещал, что придет сам. Он…

Она испуганно обернулась на звук открываемой двери.

Человек, открывший дверь, сделал шаг в комнату и произнес:

— О, извините меня! — Торопливо снял шляпу и поспешно вышел.

— Ничего, ничего, Майлс! — крикнул ему вслед Спейд. — Заходи. Это мой партнер, мисс Вандерли, мистер Арчер.

Майлс Арчер вновь вошел в кабинет, склонил голову и улыбнулся мисс Вандерли. Он был среднего роста, крепкого сложения, широк в плечах; толстая шея, добродушное лицо, тяжелая нижняя челюсть, в коротко остриженных волосах седина. Если Спейду было лет тридцать пять, то ему на добрый десяток больше.

— Сестра мисс Вандерли убежала из Нью-Йорка с человеком по имени Флойд Терсби, — пояснил Спейд. — Сейчас они здесь. Мисс Вандерли уже видела Терсби и должна встретиться с ним сегодня вечером. Может быть, он приведет ее сестру. Но это маловероятно. Мисс Вандерли хочет, чтобы мы помогли найти ее сестру и доставить домой. Не так ли?

— Да, — прошептала она едва слышно. Замешательство, почти исчезнувшее от подбадривающих улыбок, кивков и реплик Спейда, вновь отразилось на ее лице. Она опустила глаза и еще крепче сжала сумочку.

Спейд подмигнул партнеру.

Майлс Арчер подошел ближе и примостился на углу стола. Девушка смотрела на сумочку, а он почти в упор разглядывал ее. Потом Арчер повернулся к Спейду и в молчаливом восхищении округлил рот.

Спейд предостерегающе поднял два пальца и сказал:

— Вряд ли мы встретим какие-либо затруднения. Нам придется всего-навсего следить за этим человеком, пока он не приведет нас к сестре мисс Вандерли. Если она придет вместе с ним и вы сможете ее уговорить вернуться, тем лучше. В противном случае… мы что-нибудь придумаем.

— Конечно, — сказал Арчер низким, хриплым голосом.

Мисс Вандерли бросила быстрый взгляд на Спейда и наморщила лобик.

— Вы должны быть крайне осторожны! — Ее голос дрожал, губы слегка кривились. — Я ужасно его боюсь, боюсь, что он с ней может что-нибудь сделать. Она очень молода…

Спейд рассмеялся.

— Предоставьте это нам, — сказал он. — Мы как-нибудь с ним справимся.

— Я вам верю, — очень серьезно произнесла девушка. — Однако вам следует знать, что это очень опасный человек. Он не остановится ни перед чем. Он способен даже убить Коринну, если будет считать, что это необходимо для его спасения.

— А не может ли он жениться на вашей сестре? — спросил Арчер.

Девушка покраснела и смущенно ответила:

— У него жена и трое детей в Англии. Коринна мне сама об этом сообщила, чтобы объяснить, почему с ним убежала.

— Да, у таких типов обычно бывают жены и дети, — сказал Спейд. — А не могли бы вы его описать?

— Ему лет тридцать пять, наверное, и он такого же роста, как вы. Кожа или от природы смуглая, или это от загара. Волосы темные, брови густые. Голос громкий, слегка раздраженный. Сразу видно, что это человек необузданный, склонный к насилию.

— Какого цвета глаза?

— Серо-голубые, несколько водянистые… И… да вот еще что: подбородок раздвоенный.

— Худой или полный?

— У него довольно атлетическая внешность. Широкие плечи, красивая осанка — характерные особенности профессионального военного. Сегодня утром, когда мы столкнулись, на нем были светло-серый костюм и серая шляпа.

— А чем он зарабатывает себе на хлеб? — спросил Спейд.

— Не имею ни малейшего представления.

— Во сколько у вас назначена встреча?

— После восьми вечера.

— Хорошо, мисс Вандерли. Там будет наш человек…

— Мистер Спейд, не могли бы вы сами или мистер Арчер? — Она умоляюще взглянула на него. — Я вовсе не хочу сказать, что человек, которого вы пошлете, не справится, но, поймите, я так переживаю за Коринну. Вдруг с ней что-нибудь случится! Я… я понимаю, что это будет стоить дороже… — Она торопливо открыла сумочку и положила на стол две бумажки по сто долларов. — Этого хватит?

— Да, — сказал Арчер. — Я сам этим займусь.

Мисс Вандерли встала и порывисто протянула ему руку.

— Спасибо! Спасибо! — воскликнула она, потом протянула руку Спейду и еще раз повторила: — Спасибо!

— Не стоит благодарности, — пробормотал Спейд, — Рады быть полезными. Кстати, будет неплохо, если вы покажетесь вместе с Терсби в холле.

— Я обязательно это сделаю, — пообещала девушка.

— Только не вздумайте меня искать, — предупредил Арчер. — Я сам вас увижу.

Спейд проводил мисс Вандерли до двери. Когда он вернулся к своему столу, Арчер кивком показал на стодолларовые бумажки и, жмурясь от удовольствия, сказал:

— Они настоящие. — Он взял одну, сложил несколько раз и сунул ее в карман жилета. — А в сумочке у нее были такие же, я видел.

Спейд отправил в карман другую банкноту и уселся за стол:

— Только будь с ней поосторожней. Кстати, что ты о ней думаешь?

— Красотка! А ты говоришь: поосторожней! — Арчер неожиданно невесело рассмеялся. — Может быть, ты и первый увидел ее, Сэм, но, согласись, я первый предложил свои услуги…

Засунув руки в карманы, он самодовольно стал покачиваться на пятках.

— Ты уж ее обработаешь, это точно. — И Спейд по-волчьи оскалил в улыбке два ряда длинных, узких зубов. — С твоими-то мозгами это совсем не трудно. — Он стал сворачивать сигарету.

Оцените статью
Добавить комментарий