Спейд и Арчер

Резко выступающий подбородок, жестко очерченные губы, хищный вырез ноздрей, желтоватые со стальным блеском глаза, кустистые брови над крючковатым носом, блеклые каштановые волосы, высокий лоб — так выглядел Сэмюэль Спейд.

Он бросил Эффи Перин:

— Слушаю тебя, детка.

Эффи была высокой загорелой девушкой, ее желто-коричневое шерстяное платье столь плотно облегало стройное тело, что напоминало мокрый купальник. На сияющем мальчишеском лице блестели живые карие глаза. Она прикрыла за собой дверь и, прислонившись к ней, сообщила:

— Вас хочет видеть какая-то девушка. Ее зовут Вандерли.

— Клиентка?

— Вероятно. Думаю, вам в любом случае не мешало бы на нее взглянуть. Она чертовски хороша.

— Так проси ее сюда, милочка, — сказал Спейд. — Пусть войдет.

Эффи Перин распахнула дверь и, придержав ее за круглую ручку, пригласила:

— Войдите, пожалуйста, мисс Вандерли.

Едва слышно в кабинет вошла молодая женщина. Она двигалась медленно, короткими неуверенными шагами, глядя на Спейда светло-голубыми глазами.

Девушка была высока и изящна, без малейших признаков несовершенства. Скульптурная грудь, длинные ноги, узкие кисти рук. В одежде преобладали оттенки голубого цвета, подобранные в тон глазам. Из-под голубой шляпки ниспадали волнистые темно-рыжие волосы, полные губы алели ярким огнем. В робкой улыбке сверкнули белые зубы.

Спейд поднялся, склонив голову, и толстым пальнем указал на дубовое кресло рядом со столом. Ростом Спейд был не меньше шести футов. Округлая покатость плеч делала его торс почти коническим, и поэтому пиджак на нем слегка топорщился.

Мисс Вандерли тихо произнесла:

— Благодарю вас, — и присела на краешек кресла. Из-за приоткрытой двери доносились приглушенная дробь и мелодичный звон пишущей машинки: Эффи Перин развивала бурную деятельность. Где-то рядом за стеной монотонно гудел электромотор. На столе Спейда тлела самодельная сигарета. Она лежала в медной пепельнице, полной окурков таких же самодельных сигарет. Серые хлопья пепла пестрели на желтой крышке стола, зеленом пресс-папье, бумагах. Из приоткрытого окна струился свежий воздух, приправленный аммиаком, и хлопья пепла лениво кружили по столу.

Мисс Вандерли смотрела на хлопья. В ее глазах застыла тревога. Руки в темных перчатках судорожно тискали плоскую черную сумочку, лежавшую на коленях.

— Чем могу быть полезен, мисс Вандерли? Она вздрогнула и подняла глаза.

— Не могли бы вы… Я думала… я…. дело в том… Она замолчала и стала нервно кусать нижнюю губу.

Сейчас говорили только ее глаза: они умоляли.

Спейд понимающе улыбнулся и ободряюще кивнул головой, словно речь шла о небольшом пустяке.

— Расскажите все с самого начала, тогда будет ясно, чем вам можно помочь. Итак, с чего все началось?

— Это было в Нью-Йорке…

— Так, хорошо. Дальше.

— Я не знаю, где она с ним встретилась. То есть где именно в Нью-Йорке. Она на пять лет моложе меня — ей всего лишь семнадцать, и круг знакомых у нас совершенно различный. Кроме того, мы с сестрой никогда не были особенно близки… Родители сейчас в Европе… Это их убьет! Я просто обязана вернуть ее домой до их приезда… А первого числа они уже будут дома.

В глазах Спейда зажегся огонек.

— Значит, у нас есть две недели.

— Я и не знала, что она натворила, пока от нее не пришло письмо. О, поверьте, я была в отчаянии. — Ее губы задрожали. Пальцы продолжали терзать сумочку. — Я не пошла в полицию, потому что боялась осложнений, хотя должна была это сделать. Ведь мне не с кем было посоветоваться. Я просто в отчаянии. Ну что я могла сделать?

— Ничего, конечно, — подтвердил Спейд. — Но потом пришло ее письмо?..

— Я послала ей телеграмму: умоляла вернуться домой. Я отправила ее на главпочтамт, до востребования: другого адреса у меня не было. Я прождала целую неделю, но ответа не получила. А день приезда родителей неумолимо приближался. Тогда я поехала за ней в Сан-Франциско. Я написала ей, что приеду. Наверное, это не нужно было делать?

— Возможно. Но разве угадаешь, как лучше поступить. Вы нашли ее?

— Нет. Я написала ей, что остановлюсь в «Сент-Марке» и что надеюсь встретиться с ней и поговорить, даже если она не собирается возвращаться. Но она не пришла. Я ждала еще три дня, но все напрасно.

Спейд склонил голову, нахмурился, поджав губы.

— Это ужасно, — сказала мисс Вандерли, тщетно пытаясь улыбнуться. — Я не могу просто так сидеть и ждать в абсолютном неведении. Я написала ей еще одно письмо и вчера после полудня отправилась на почтамт. Я просидела там до темноты, но так и не увидела ее. А сегодня, когда я опять ждала Коринну, я увидела Флойда Терсби…

Спейд понимающе кивнул. Он уже не хмурился. На его лице было выражение острого, напряженного внимания.

— Он не сказал, где Коринна, — продолжала девушка. — Он вообще ничего не сообщил мне о ней, только заверил, что ей хорошо и что она счастлива. Но как я могу в это поверить?! Ведь он мог сказать это в любом случае, не правда ли?

— Конечно, — согласился Спейд. — Но это могла быть и правда…

— Если бы это было так! — воскликнула девушка. — Но я не могу вернуться домой, не повидав ее, даже не поговорив с ней хотя бы по телефону. А он категорически отказался отвезти меня к ней, убеждал, что она не желает меня видеть. Я ему не верю. Он только пообещал рассказать Коринне, что видел меня, и заверил, что попробует привезти ее вечером ко мне в отель, если она захочет. Но он уверял меня, что она ни за что не согласится. В любом случае он обещал, что придет сам. Он…

Она испуганно обернулась на звук открываемой двери.

Человек, открывший дверь, сделал шаг в комнату и произнес:

— О, извините меня! — Торопливо снял шляпу и поспешно вышел.

— Ничего, ничего, Майлс! — крикнул ему вслед Спейд. — Заходи. Это мой партнер, мисс Вандерли, мистер Арчер.

Майлс Арчер вновь вошел в кабинет, склонил голову и улыбнулся мисс Вандерли. Он был среднего роста, крепкого сложения, широк в плечах; толстая шея, добродушное лицо, тяжелая нижняя челюсть, в коротко остриженных волосах седина. Если Спейду было лет тридцать пять, то ему на добрый десяток больше.

— Сестра мисс Вандерли убежала из Нью-Йорка с человеком по имени Флойд Терсби, — пояснил Спейд. — Сейчас они здесь. Мисс Вандерли уже видела Терсби и должна встретиться с ним сегодня вечером. Может быть, он приведет ее сестру. Но это маловероятно. Мисс Вандерли хочет, чтобы мы помогли найти ее сестру и доставить домой. Не так ли?

— Да, — прошептала она едва слышно. Замешательство, почти исчезнувшее от подбадривающих улыбок, кивков и реплик Спейда, вновь отразилось на ее лице. Она опустила глаза и еще крепче сжала сумочку.

Спейд подмигнул партнеру.

Майлс Арчер подошел ближе и примостился на углу стола. Девушка смотрела на сумочку, а он почти в упор разглядывал ее. Потом Арчер повернулся к Спейду и в молчаливом восхищении округлил рот.

Спейд предостерегающе поднял два пальца и сказал:

— Вряд ли мы встретим какие-либо затруднения. Нам придется всего-навсего следить за этим человеком, пока он не приведет нас к сестре мисс Вандерли. Если она придет вместе с ним и вы сможете ее уговорить вернуться, тем лучше. В противном случае… мы что-нибудь придумаем.

— Конечно, — сказал Арчер низким, хриплым голосом.

Мисс Вандерли бросила быстрый взгляд на Спейда и наморщила лобик.

— Вы должны быть крайне осторожны! — Ее голос дрожал, губы слегка кривились. — Я ужасно его боюсь, боюсь, что он с ней может что-нибудь сделать. Она очень молода…

Спейд рассмеялся.

— Предоставьте это нам, — сказал он. — Мы как-нибудь с ним справимся.

— Я вам верю, — очень серьезно произнесла девушка. — Однако вам следует знать, что это очень опасный человек. Он не остановится ни перед чем. Он способен даже убить Коринну, если будет считать, что это необходимо для его спасения.

— А не может ли он жениться на вашей сестре? — спросил Арчер.

Девушка покраснела и смущенно ответила:

— У него жена и трое детей в Англии. Коринна мне сама об этом сообщила, чтобы объяснить, почему с ним убежала.

— Да, у таких типов обычно бывают жены и дети, — сказал Спейд. — А не могли бы вы его описать?

— Ему лет тридцать пять, наверное, и он такого же роста, как вы. Кожа или от природы смуглая, или это от загара. Волосы темные, брови густые. Голос громкий, слегка раздраженный. Сразу видно, что это человек необузданный, склонный к насилию.

— Какого цвета глаза?

— Серо-голубые, несколько водянистые… И… да вот еще что: подбородок раздвоенный.

— Худой или полный?

— У него довольно атлетическая внешность. Широкие плечи, красивая осанка — характерные особенности профессионального военного. Сегодня утром, когда мы столкнулись, на нем были светло-серый костюм и серая шляпа.

— А чем он зарабатывает себе на хлеб? — спросил Спейд.

— Не имею ни малейшего представления.

— Во сколько у вас назначена встреча?

— После восьми вечера.

— Хорошо, мисс Вандерли. Там будет наш человек…

— Мистер Спейд, не могли бы вы сами или мистер Арчер? — Она умоляюще взглянула на него. — Я вовсе не хочу сказать, что человек, которого вы пошлете, не справится, но, поймите, я так переживаю за Коринну. Вдруг с ней что-нибудь случится! Я… я понимаю, что это будет стоить дороже… — Она торопливо открыла сумочку и положила на стол две бумажки по сто долларов. — Этого хватит?

— Да, — сказал Арчер. — Я сам этим займусь.

Мисс Вандерли встала и порывисто протянула ему руку.

— Спасибо! Спасибо! — воскликнула она, потом протянула руку Спейду и еще раз повторила: — Спасибо!

— Не стоит благодарности, — пробормотал Спейд, — Рады быть полезными. Кстати, будет неплохо, если вы покажетесь вместе с Терсби в холле.

— Я обязательно это сделаю, — пообещала девушка.

— Только не вздумайте меня искать, — предупредил Арчер. — Я сам вас увижу.

Спейд проводил мисс Вандерли до двери. Когда он вернулся к своему столу, Арчер кивком показал на стодолларовые бумажки и, жмурясь от удовольствия, сказал:

— Они настоящие. — Он взял одну, сложил несколько раз и сунул ее в карман жилета. — А в сумочке у нее были такие же, я видел.

Спейд отправил в карман другую банкноту и уселся за стол:

— Только будь с ней поосторожней. Кстати, что ты о ней думаешь?

— Красотка! А ты говоришь: поосторожней! — Арчер неожиданно невесело рассмеялся. — Может быть, ты и первый увидел ее, Сэм, но, согласись, я первый предложил свои услуги…

Засунув руки в карманы, он самодовольно стал покачиваться на пятках.

— Ты уж ее обработаешь, это точно. — И Спейд по-волчьи оскалил в улыбке два ряда длинных, узких зубов. — С твоими-то мозгами это совсем не трудно. — Он стал сворачивать сигарету.

Оцените статью
Добавить комментарий

  1. Lydia

    Лишь в людях себя познать способен человек.

    Ответить
  2. Angel

    У одних есть мысли. У других — единомышленники…

    Ответить
  3. Francesrulky

    Для философа женщины являют собой триумф материи над духом, а мужчины — триумф духа над моралью.

    Ответить
  4. BarbaraInamp

    Человека теряешь только, когда он умирает.

    Никогда еще жизнь не была так драгоценна как сегодня… когда она так мало стоит.

    Ответить
  5. EmilyUnsed

    Поздравляю, какие слова…, блестящая мысль

    Ответить