Мэтт Хелм

В 1960-м выходит роман Гибель гражданина (Death of a Citizen) — первый роман Дональда Гамильтона о Мэтте Хелме (Matt Helm), журналисте и фотографе, сотруднике журналов о рыбалке и охоте. Во время Второй мировой войны Мэтт прошел подготовительный курс и работал на секретную организацию в качестве шпиона и наемного убийцы, под кодовым именем Эрик. В романе Гибель гражданина, Хелм вынужден вспомнить свои профессиональные навыки, чтобы нейтрализовать обезумевшего диктатора, который и бывшего нацистского преступника. Энтони Баучер охарактеризовал роман как суровый, иногда даже шокирующий, рассказанный со сдержанностью, силой и убежденностью. Роман отличается мрачной атмосферой и постоянно держит читателя в напряжении благодаря своим пугающим обертонам. В дополнение к шпионской истории Гамильтон включает в сюжет детективную головоломку. А действие романа разворачивается на фоне невероятно долгой погони через всю Канаду.

После этого случая Хелма приглашают для постоянной работы на секретную организацию. Эта нестандартная работа приводит к развалу его семьи. Впрочем Хелма это не особо заботит, поскольку он частенько проводит время с привлекательными девушками, которые помогают ему в выполнении заданий. Жизнь его проходит на колесах, на его старом пикапе, зато в самых красивых и романтичных местах США, Канады, Шотландии и Скандинавии.

Серия о Мэтте Хелме в общей сложности насчитывает 27 романов, последний из которых вышел в 2002-м году. В поздних романах Гамильтон все больше будет касаться современной проблематики, оставив историческую тему Второй Мировой и поиски нацистских преступников, свойственную для первых романов. Несмотря на внешнюю схожесть Джеймса Бонда и Мэтта Хелма, герой романов Гамильтона больше похож на частного детектива из крутых детективов Чандлера или популярного ковбоя из вестернов Серджио Леоне. Ведь столкновение между главными антагонистами больше похоже на дуэль, чем на шахматную партию. Вероятно, именно эти черты и привлекают к Мэтту Хелму такое количество поклонников. Как сказал тот же Баучер, Дональд Гамильтон ввел в шпионский роман подлинный реализм, заимствованный у основателей крутого детектива, вероятно, его истории очень близки к реальным грязным шпионским историям.

Рассказ обычно ведется от лица Хелма, в подробностях описывая перестрелки, драки, пытки, постельные сцены с ноткой невозмутимости и юмора, что скорее напоминает полицейский рапорт. Как пишет Гамильтон, работа Хелма – убивать людей, и он это делает хорошо.

Интересно, что Д. Д. Карр, автор классических детективов, называл Хелма своим любимым секретным агентом, хотя книги Гамильтона очень далеки от стиля детективов Карра.

К сожалению, Мэтт Хелм в изображении Дина Мартина в популярных экранизациях романов по сюжетам Гамильтона, в большей степени пародия на произведения Гамильтона и лишь в малой степени отражают сюжет, настроение и мысли автора.

В чем смысл урока сериала Дональда Гамильтона?

Вероятно, в том, что сериал о Мэтте Хелме выступает точной моделью современности, где интриги, обман, страсть к чужим секретам и постоянные пакости в виде диверсий, существуют на всех уровнях от геополитического до сугубо бытового. Этим же, кстати, объясняется притягательность остросюжетной литературы вообще. В ее наиболее запоминающихся образцах всегда имеются два плана: один — чисто событийный, а второй — иносказательный, который читатель чует нутром. Мэтт Хелм по долгу службы вынужден вступать в поединок с умелым и коварным врагом и, выдержав немало тяжелых испытаний, нередко оказываясь на волосок от гибели, в итоге берет верх. Но путь Хелма — это своеобразное отражение наших будничных проблем. Разумеется, в повседневности ставки не столь высоки, и заглядывать в лицо смерти приходится не часто, но тем не менее драматизма в будничной жизни хоть отбавляй.

Мужская часть читательской аудитории тем охотнее отождествляет себя с Хелмом, чем больше побед над представительницами слабого пола он одерживает. Впрочем, не такие уж они и слабые, эти представительницы. Они не только обольстительны, но и весьма опасны, потому как даже Хелму до конца не ясно, на какую фирму они работают. Да если даже и ясно, это не решает всех вопросов — их поступки подчас отличаются полной непредсказуемостью. Тем не менее лихого потомка викингов (рост Хелма шесть футов четыре дюйма) это не очень-то и пугает. Он давно и прочно усвоил девиз: То, что происходит в постели, не имеет никакого отношения к тому, что творится за ее пределами. Хелм умеет ценить женское обаяние (что дает ему лишние очки в глазах читательниц), но в критический момент он способен напрочь отбросить все сантименты. По его словам, тот, кто идет на поводу у эмоций, живет недолго, особенно в качестве секретного агента.

В криминальной прозе первой половины XX века высоко котировался гениальный любитель (как правило, сыщик). Затем настала эра профессионалов, а уж вряд ли кто из читателей — или персонажей книг Гамильтона — хоть на мгновение усомнится в том, что Хелм — профессионал высочайшей пробы. Он метко стреляет, лихо орудует ножом, прекрасно водит машину, знает как свои пять пальцев крупнейшие города Европы, свободно ориентируется и в асфальтовых джунглях, и на дикой природе. Чего не умеет, то — в состоянии быстро освоить: научился же он управлять самолетом во время полета в романе Злоумышленники (название из одного слова — фирменный знак сериала, который, впрочем, далеко не всегда выдержан в русских изданиях). Когда нравственные ценности и моральные кодексы ветшают, превращаются в наборы пустых слов или наркотик для слабых и доверчивых, профессионализм остается последним оплотом личности в нашем безумном, безумном, безумном мире.

К своим противникам Мэтт Хелм испытывает двоякое чувство. Он, как и положено герою триллера, сражается с ними до победного конца, но уважает тех, кто столь же профессионально выполняет свой долг, как и он сам. Главный объект неприязни Хелма — не столько агенты Пекина, Москвы или международного преступного синдиката, но дилетанты, лицемеры, слабаки. Его выводят из себя те чистоплюи, что, удобно расположившись за письменным столом, могут отдавать самые крутые приказы и распоряжения, но не в состоянии разобраться один на один с обидчиками. Хелм презирает тех, кто верит догмам, свято соблюдают параграфы инструкций, но теряется в простейших ситуациях, где нужно проявить минимум самостоятельности и оригинальности. Пораженные то слепым идеализмом, то безудержным себялюбием, они весьма опасны для нормальных людей — особенно для тех, кому волей обстоятельств пришлось оказаться у них в подчинении. Святой долг Хелма и состоит в том, чтобы защищать нормальных людей от дилетантов, а также от интриганов, злоумышленников, предателей и ликвидаторов всех мастей, если использовать в перечне заглавия его романов. Причем защищать нетрадиционными методами именно потому, что усилиями дилетантов вкупе с бюрократами традиционные методы утратили свою действенность. Начальники, большие и малые, приходят и уходят, у США меняются союзники и противники, но интересы честных граждан Америки остаются.

Шпион из крутого детектива

Упоминая о Мэтте Хелме, историки остросюжетной прозы порой именуют его американским Джеймсом Бондом. В этом, наверное, есть своя доля справедливости, хотя Мэтт Хелм начал функционировать еще до того, как президент США Кеннеди публично признался в своей любви к британскому агенту 007 и США — не без помощи кино — охватила бондомания. К тому же в американской литературе имелись и собственные Джеймсы Бонды. Так, в 40—50-е годы успешно действовал агент ЦРУ Сэм Даррел, изобретенный Эдвардом Эронсом, впоследствии передавшим свою шпионскую лиру У. Б. Эронсу, продолжившему сериал. С другой стороны, если уж проводить параллели, то совпадений между персонажам Флеминга и Гамильтона окажется куда больше, чем различий. Пожалуй, Мэтта Хелма следует скорее рассматривать в русле традиций крутого американского детектива, отцами-основателями которого были Дэшил Хеммет и Реймонд Чандлер (недаром кто-то из критиков назвал Гамильтона Хемметом шпионского романа). Хеммет и Чандлер предложили образ бесстрастного и неутомимого частного сыщика, практически один на один сражавшегося с миром корысти, обмана и коррупции. В отличие от мозговитых эксцентриков детективной классики такой герой существует в условиях, когда одной-единственной ошибки может хватить, чтобы расстаться с шансами на успех в разгадке тайны, — а может, и с жизнью вообще, когда самое главное — не вычислить, кто виноват, но добраться до преступника и добиться, чтобы он больше не смог никому причинить вреда.

Мэтт Хелм, однако, не частный сыщик. Он представляет некую американскую правительственную организацию, деятельность которой не терпит огласки, и по сравнению с которой грозное ЦРУ выглядит чем-то вроде воскресной школы. Формально контора, где работает Мэтт Хелм, вносит свой весомый вклад в холодную войну, так или иначе остужая температуру в горячих точках планеты. Но — важное дополнение — в отличие от бондовских романов, книги Гамильтона нее просто деидеологизированы и лишены антисоветского начала. Они вообще не о том. Изображая противоборство лихих мастеров спецзаданий, автор вовсе не пытается утвердить превосходство одной политической системы над другой. Его интересует иное: как личность отстаивает свое человеческое и профессиональное достоинство в мире обмана, двойной и тройной игры, где тому, кто не в состоянии сражаться на пределе возможного, выжить нельзя. Кстати сказать, наиболее близкая аналогия книгам Гамильтона — романы британца Питера О’Доннела, сочинившего сагу о похождениях суперженщины Модести Блез, которая когда-то возглавляла международную преступную организацию Сеть, потом завязала, но жизнь без опасности ей в тягость, и потому она и ее верный друг и соратник Вилли Гарвин охотно откликаются на предложения шефа британской спецслужбы сэра Джеральда Тарранта помочь — и совершают невозможное, ломая хитрые планы международных мошенников.

Сам Гамильтон в одном из своих нечастых комментариев по поводу Мэтта Хелма выразился так: 1) Он хороший парень, 2) Он убивает людей. Убивать людей, как известно, смертный грех, и потому персонаж, надеющийся заручиться читательскими симпатиями, должен иметь очень веские основания для подобного поведения. Из первого же романа сериала Гибель гражданина мы узнаем, что Хелм получил крещение кровью в годы второй мировой, когда выполнял секретные задания по ликвидации нацистских бонз. Затем он вернулся в США, поселился в Санта-Фе, зажил жизнью своего создателя — сочинял романы и работал фотографом. Как и положено добропорядочному гражданину, любил жену и ребенка. Но в один прекрасный день с ним встречается Тина, с которой он вместе громил нацистов. Она сообщает, что теперь работает на русских и получила задание ликвидировать одного американского ученого, которого знает Хелм…

В ходе развития сюжета боевое прошлое Хелма становится известно его жене, которая, будучи не в силах оправиться от потрясения, что живет с профессиональным убийцей, уходит от него. Потеряв семью, Хелм возвращается к своему шефу Маку, который опять берет его под свое крыло и начинает использовать в прежнем качестве.

Успех литературно-криминальных сериалов нередко определяется не блеском отдельных сюжетов, но точностью и убедительностью элементов, способных показаться второстепенными. Освоившись в особом мире — будь то апартаменты Ниро Вульфа, 87-й полицейский участок Эда Макбейна или пентхауз Модести Блез с видом на Гайд-парк, читатели с интересом ждут новых приключений полюбившихся героев. Классический детектив Стаута напоминал, что рациональный подход к действительности — могучее оружие, позволяющее раскрывать самые разные тайны, в том числе и весьма неприятные. Полицейские романы Макбейна показывают: закон и порядок — не пустые слова, когда их защищают честные профессионалы.

 

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Яндекс.Метрика