vldmrvch.ru

Шерлок Холмс

В 1888 году молодой врач Артур Конан Дойл уведомил английскую публику, что в Лондоне живет некий мистер Шерлок Холмс, большой специалист по расследованию таинственных преступлений и убийств. Это уведомление было сделано в виде романа Этюд с багровых тонах. Мистер Холмс разработал собственную теорию криминалистики, в основе которой, по его словам, лежит дедукция, успешно, как оказалось в итоге этого романа, применяет ее на практике. Еще одна персона должна быть упомянута в самом начале — человек, который взял на себя нелегкую, но приятную обязанность рассказывать о всех приключениях немногословного сыщика, — отставной врач Джон Уотсон. Популярность этой парочки с лондонской Бейкер-стрит вскоре обрела невероятные размеры. Чем же был обусловлен этот успех?

Дойл признавался впоследствии, что существенное влияние на него оказали предшественники — По, Коллинз, Габорио. Действительно, почти ничего новогопо сравнению с ними Дойл не внес в суть детективной литературы; даже схема его первого романа копирует схему Лекока (одна часть — расследование убийства, вторая — далеко отстоящая по времени приключенческая предыстория, и заключение, подводящее итоги всему повествованию).

Однако в читательском сознании многих поколений именно с Артуром Конан Дойлом связано представление об истинном создателе детективной литературы. Причина этому — Шерлок Холмс, литературный герой, существование которого автор поддерживал в течение четырех десятилетий (несмотря на двукратную его кончину на протяжении этого времени). Шерлок Холмс, если воспользоваться термином из кинематографии, — классический образец сделанной суперзвезды — со своим устойчивым имиджем, многие черты которого чрезвычайно доступны, понятны и потому любимы миллионами поклонников. Стало общим местом говорить об исключительно цепком уме, наблюдательности, решительности, своеобразном благородстве Холмса. И он сам, и доктор Уотсон неоднократно подчеркивают, что главная задача — не заработать деньги, но получить от процесса расследования, итог которого — восстановление справедливости. Он был настолько бескорыстен — или настолько независим, — что нередко отказывал в своей помощи богатым и знатным людям, если не находил ничего увлекательного для себя в расследовании их тайн. В то же время он целые недели ревностно занимается делом какого-нибудь бедняка. Иными словами, это — романтический герой, соединяющий в одном лице следователя, адвоката и прокурора. Такой герой обречен на популярность. Однако нередки и претензии к нему, может, чуть завышенные, но и не лишенные резона. Томас Элиот, английский писатель, например, утверждал, что Шерлок Холмс насколько обогащен способностями и успехами, что они превращают его в почти статичную фигуру. Он больше описывается, чем появляется в действии. Можно добавить к этому, что и фон, на котором совершает свои подвиги Холмс, весьма благоприятно оттеняет его таланты; в одном из поздних рассказов он и сам иронизирует по этому поводу, но в первых сериях исключительная тупость полиции и наивная экзальтированность Уотсона позволяет Холмсу без особых усилий почивать на лаврах.

Как бы ни было, читающий мир вот уже сто лет жалует сыщика-консультанта горячей любовью. В разных странах существуют клубы холмсианцев, созданы два музея, ему поставлен памятник… Подобно героям мифов, Холмс утратил исключительное право на собственную биографию: она дописывалась, обогащалась последующими поколениями — безымянными авторами анекдотов о нем, зарубежными борзописцами начала века, выдававшими свои опусы за новые переводы приключений Холмса, писателями, попытавшимися продолжить линию героя в литературе (Д. Лескроут — Сын Холмса, Дж. Д. Карр и Адриан К. Дойл — Подвиги Шерлока Холмса). Примечательно, что последнее название прямо перекликается с названием известной серии Подвиги Геракла…

На деятельность Холмса обратили внимание и его коллеги-профессионалы. Его расследование с декларированным заявлениями о собственных научных трудах по анализу пыли и отпечатков пальцев, сортов табачного пепла, типов грунта и т.п. не прошли незамеченными мимо полицейских ведомств. Дело в том, что первый учебник по криминалистике (Г. Гросс. Уголовное расследование) был издан только спустя несколько лет после первых повестей о Холмсе, и в нем, по свидетельству биографов Дойла, было заметно влияние методов любителя с Бейкер-стрит. Известны и другие факты: в Египте конца века сборник рассказов о Холмсе распространился в качестве пособия для местных полицейских; даже в сороковые годы нашего столетия один французский криминалист писал: Я убежден, что полицейский следователь или эксперт не напрасно потратит время, читая рассказы Дойла… Мы восприняли идеи, которые нашли у Гросса и Конан Дойла.

Но все это было позже, а поначалу Конан Дойл не очень-то верил в серьезность фигуры своего сыщика. Параллельно с Этюдом… он опубликовал весьма занимательную повесть — детектив с мистическим уклоном Тайна Клумбера, где таинственные и опасные события, разворачиваются в старинном замке на берегу моря, оказываются связанными с действиями представителей индийских религиозных сект; в 1890 году, например, был опубликован и пытающийся быть мистическим рассказ Хирург с Гастеровских болот, где к раскрытию тайны герой приходит в результате простого развития событий.

Не стал поворотным пунктом в этом смысле и второй роман о Шерлоке Холмсе Знак четырех, сохраняющий во многом промежуточное положение между чистым расследованием и не менее чистым бытовым романом. Холмс дал лишь возможность автору в 1891 году оставить врачебную деятельность и целиком посвятить себя литературе, когда после публикации Скандала в Богемии издатель Стрэнд мэгэзин заказал Дойлу серию рассказов о сыщике.

Выгодное и лестное предложение не смутило Дойла. Все эти годы он настойчиво пытается овладеть жанром исторического романа в духе Стивенсона. Но читающая публика рассудила по-своему. Ни Белый отряд, ни Изгнанники не смогли конкурировать с приключениями Шерлока Холмса, тем более что в первых рассказах ярко проявилась изобретательность писателя в создании криминальных ситуаций которые расследует его герой, порой рискуя жизнью. Он, конечно, играет на публику, но публика — в лице наивного доктора Уотсона — с удовольствием принимает правила игры, в нужном месте подавая нужные реплики, разражаясь аплодисментами и вознаграждая себя очередным блестящим анализом логического лабиринта из уст довольного собой Холмса.

От Дойла, пожалуй, идет и традиция английского детектива не доверять расследование официальным лицам. Но только у него полиция предпочитает отойти в сторонку и почтительно наблюдать, как великий Холмс по неуловимым приметам ухватывает нить следствия, тем более что тот не гонится за официальным признанием из Скотленд-Ярда. К Холмсу обращаются не только тогда, когда полиция не в состоянии понять что-либо из происшедшего; чаще его клиенты рассчитывают на конфиденциальность расследования дела, которое может бросить тень на репутацию нуждающегося в помощи.

Холмс принес писателю славу и деньги, но не дал удовлетворения. Несмотря на все уговоры, цикл Записки о Шерлоке Холмсе закончился гибелью героя. Вопль разочарования многотысячных поклонников был начисто проигнорирован писателем, не оставляющим надежды утвердиться как автор историко-приключенческих произведений — как, например, серии о подвигах наполеоновского офицера бригадира Жерара. На рубеже веков Дойл в качестве врача принял участие в англо-бурской войне и громко заявил о себе в публицистике на эту тему. В книге Война он опроверг все обвинения в жестокости, выдвинутые против англичан, за что был удостоен дворянства и стал сэром.

Но в 1902 году безутешные любители Холмса получили неожиданный подарок — роман Собака Баскервилей. Дойл вспомнил еще одно приключение сыщика. Если рассудок и жизнь дороги вам, держитесь подальше от торфяных болот — такой анонимной запиской злоумышленник пытается подкрепить некую легенду о гигантской собаке-призраке, обитающей близ старинного родового замка Баскервилей. Все повествование выдержано в духе готического романтизма, но Холмс, человек реалистической эпохи, далек от сказочек. Динамичное повествование несется на всех парах к трагическому финалу, и сыщику остается, постаравшись не утратить здравого смысла, наблюдать за всеми возможными подозрительными приметами, чтобы в критический момент вступить в игру, участников и правила которой он четко не знает…

Мистер Холмс победил собаку Баскервилей, но сэр Артур разбудил зверя. Собака Баскервилей — это замечательный Холмс, но я не могу быть вполне счастливой, пока не узнаю, что он жив и снова у себя в старом доме, — это еще одно из наиболее спокойных писем, хлынувших автору. Издательства наперебой поднимали ставки. Из Соединенных Штатов пришло предложение платить по 5 тысяч долларов за каждый рассказ, если он вернет к жизни Шерлока Холмса, как-нибудь объяснив историю с водопадом.

Им овладел какой-то цинизм, — приводит Дж. Д. Карр слова Адриана Конан Дойла об отце в этот период. В 1905 году опубликована серия Возвращение Шерлока Холмса. Автор обеспокоен одним: Сюжеты меня убивают. Подойдут ли они Холмсу?

Распространено мнение, что поздний Холмс слабее первых серий. Оно не лишено оснований, но и не абсолютно. И в начале есть менее динамичные или логически натянутые рассказы, и в Возвращении можно найти блестящие детективные сюжеты. Другое дело в девяностых годах Холмс действовал как современник читателей, и это придавало дополнительную остроту и свежесть восприятию; Холмс из произведений 1900-20-х годов преимущественно остался в тех же 1890-х; недаром несколько раз рефреном проходит фраза перебирая старые записи — словно автор дает понять, что самые увлекательные события были рассказаны ранее. Как бы то ни было, сам автор выделял дюжину своих лучших рассказов, среди которых — четыре из Приключений… (Скандал в Богении, Союз рыжих, Пять апельсиновых зернышек, Пестрая лента), три — из Записок… (Обряд дома Месгрейвов, Рейгетские сквайры, Последнее дело Холмса), четыре — из Возвращения… (Пустой дом, Плящущие человечки, Случай в интернате, Второе пятно) и один — из Его прощального поклона (Дьявольская нога).

К противостоянию Холмса и профессора Мориарти Дойл вернулся в романе Долина страха. По времени действия это предыстория Последнего дела Холмса, хотя сюжетно с рассказом роман не связан. Традиционное развитие действия в первой части (убийство в замке, сомнительные улики, таинственная метка на руке жертвы) приводит к неожиданной развязке, которую можно объяснить тем, что на арену детективной литературы в это время вышли американские сыщики. В литературной реальности они — знаменитый англичанин и лихие янки — не могли не встретиться. И вторая часть романа — это созданный в духе американского уже крутого детектива сюжет о борьбе заокеанской полиции с тамошними вожаками организованной преступности, членами масонской ложи. Именно в это дело оказался вовлечен Холмс, наживая себе смертельного врага в лице главы международной мафии — профессора Мориарти. Не дваваясь в спор о правомерности дойловской трактовки масонства и принципов деятельности мафии, следует отметить, что перед читателем все же не документальное свидетельство, а фантазия художника, использовавшего популярные сюжеты современной жизни в своих целях.

Попытки привлечь читателя популярными темами видны во многих поздних рассказах о Шерлоке Холмсе. Это и отзвуки англо-бурской войны (Побелевший воин — кстати, единственный рассказ, в котором Холмс выступает в качестве рассказчика), и вошедший в расцвет мистицизм (Вампир в Суссексе), и проблема омоложения человека (Человек на четвереньках).

Нельзя не отметить и явную перекличку с крутым детективом, например, в рассказе Конец Чарльза Огастеса Мильвертона, где Холмс и Уотсон откровенно нарушают закон и даже прикрывают убийцу, ибо по мнению Холмса, есть преступления, на которые не распространяется закон. Личная месть иногда бывает справедливой. Впрочем, это уникальный в своем роде случай из их практики.

В поздних рассказах нередки ситуации, когда Холмсу и Уотсону достаточно, условно говоря, оказаться в нужном месте в нужное время, чтобы великий сыщик благодяря своему авторитету просто получил необходимые сведения от лиц, по разным причинам предпочитавшим скрывать их ранее от полиции и окружающих (Дама под вуалью, Происшествие на вилле «Три конька») Это, конечно, заметно ослабляет интригу.

Любопытно отметить другое: от литературных упражнений в логике расследования преступлений Дойл в 1900-1910 годах перешел к практическому применению своих способностей: известно два случая, когда он включался в борьбу за оправдание невинно осужденных британским судом людей и оба раза сумел доказать свою правоту.

В 1914 году разразилась Первая Мировая война, и писатель вновь обратился к публицистике; к 1920 году из-под его пера вышло шесть томов истории боевых действий британской армии; в войне он потерял многих своих родственников, в том числе и сына. Биографы склонны связывать с этими событиями активно проявившуюся страсть Дойла к спиритизму. Не могу делать ничего иного. К этому меня ведет вся моя жизнь, — писал он. — Это величайшая в мире ценность. Многочисленные лекции по спиритизму, статьи, двухтомная История спиритизма — тоже своего рода детективный сюжет в биографии писателя.

Все страницы жизни и творчества сэра Артура Конан Дойла имеют свою ценность. Но нельзя не признать, что мировую известность принес ему только Шерлок Холмс. Четыре романа и 56 рассказов холмсиады содержат в себе зерна множества более позних детективных произведений писателей разных стран: образы Холмса и Уотсона послужили толчком к созданию многих запоминающихся персонажей. Лихие сыщики, днем и ночью преследующие бандитов, и серьезные аналитики, просчитывающие в кабинетах хитроумные ходы преступников, могли бы, пожалуй, сказать Все мы вышли из квартиры на Бейкер-стрит.

Об авторе
Поделитесь этой записью
Оставить свой комментарий

Пожалуйста, введите ваше имя

Ваше имя необходимо

Пожалуйста, введите действующий адрес электронной почты

Электронная почта необходима

Введите свое сообщение

Детективный метод © 2016 Все права защищены

Детективный метод. История детектива в кино и литературе