Будущий монарх (при рождении он, как и все наследники английского трона, получил титул принца Уэльского) родился в 1630 году. Он был сыном английского короля Карла I Стюарта и его супруги Генриетты Марии Французской, дочери короля Франции Генриха IV Бурбона и сестры Людовика XIII. Шотландская королевская династия Стюартов заняла английский престол в 1603 году, когда после кончины бездетной Елизаветы I Тюдор королем Англии Иаковом I стал шотландский король Иаков VI, отец Карла I. Таким образом, Англия и Шотландия, оставаясь номинально самостоятельными государствами, получили общего монарха.

Молодые годы Карла II были полны драматических событий. Англию раздирали религиозные и социальные конфликты. Население, испытывающее в массе ненависть и страх по отношению к католицизму, считало государственную англиканскую церковь зараженной папизмом. Все сильнее поднимали голову пуританские течения пресвитериан и индепендентов, требующих углубления церковной реформации, порицавшие распущенность нравов при дворе. Религиозные противоречия сопутствовали общественным: незнатное новое дворянство и буржуазия, разбогатевшие на предпринимательской и торговой деятельности, тяготились феодальными пережитками, сословными ограничениями; пуританская идеология служила для них средством достижения социального равенства с дворянской аристократией. Злоупотреблявший властью Карл I, опасаясь оппозиции, разогнал спустя три недели созванный в 1639 году так называемый Короткий парламент; Звездная палата — судебный орган, заседавший в зале с украшенным звездами потолком — действенно поддерживала королевский абсолютизм, вынося оппозиционерам суровые приговоры (вплоть до отрезания ушей).

Нарастание противодействия вынудило короля созвать в ноябре 1640 года парламент, получивший название Долгого. Оппозиция выдвинула к тому времени деятельных и энергичных лидеров — Джона Пима, Джона Хэмпдена, Оливера Кромвеля. Парламент упразднил Звездную палату, добился суда и казни всесильного временщика графа Страффорда, заключил мирный договор с Шотландией, с которой королевские войска вели войну с 1639 года, терпя позорное поражение. Однако компромисса достичь не удалось: в январе 1642 года Карл I отбыл из Лондона в Оксфорд, где объявил парламенту войну.

Гражданская война (точнее две войны, между которыми был небольшой перерыв, снова не приведший к соглашению) продолжалась до 1649 года, изобилуя с обеих сторон примерами как мужества и доблести, так и отвратительной жестокости. Войска парламента, вначале терпевшие поражение, постепенно брали инициативу в свои руки, нанеся королевским войскам сокрушительное поражение при Нейсби. Шотландские союзники короля позорно продали его парламенту за грошовую сумму. Карлу I удалось бежать, однако вторая гражданская война завершилась его пленением.

Лидеру революционеров, индепенденту Оливеру Кромвелю, было необходимо избавиться от короля, дабы расчистить себе дорогу к верховной власти. Однако пресвитерианское большинство парламента решительно протестовало против казни Карла I. С помощью своего приспешника полковника Прайда, Кромвель попросту вышвырнул своих противников из парламента, остатки которого презрительно именовали охвостьем. Прайдова чистка превратила суд над Карлом I, бесспорно повинным в злоупотреблении властью, в обыкновенную расправу. Это был характерный пример подмены законности революционной целесообразностью, ставший впоследствии, с легкой руки французских поборников свободы, равенства и братства, постоянным явлением, принявшим в нашем веке ужасающие размеры. Суд приговорил короля к смертной казни, состоявшейся 30 января 1649 года. Карл I принял смерть мужественно и достойно. Упомянутая в романе Одураченный Фортуной версия о том, что лондонского палача заменил неизвестный в маске, развита в романе Александра Дюма Двадцать лет спустя.

В Англии была провозглашена республика, управляемая парламентским охвостьем. Командующий армией Кромвель в сентябре 1649 года разгромил ирландских повстанцев, при этом в крепости Дрогеда были зверски перебиты гарнизон и все мирные жители. В июле 1650 года двадцатилетний Карл II заключил договор с шотландцами, также поднявшими восстание после убийства короля, и 1 января 1651 года короновался королем шотландским в городе Сконе. Разбитый Кромвелем при Данбаре и Вустере, он скитался по Шотландии, один раз чудом спасшись от преследователей в дупле огромного дуба, именуемого с тех пор Королевским, пока 15 октября 1651 года ему не удалось бежать во Францию (об этих событиях рассказывается в прекрасном романе Джорджетт Хейер Королевское спасение, к сожалению, неизвестном российскому читателю).

В то время как Кромвель железной рукой подавлял мятежи, парламентское охвостье продемонстрировало полную бездарность в управлении страной, погрузнув в склоках и коррупции. Отказавшись от предложенной ему короны и разыграв при этом целый спектакль с многочасовой речью, Кромвель в 1653 году разогнал охвостье и провозгласил себя лордом-протектором республики, наделенным диктаторскими полномочиями. Английскую революцию постигла судьба, сходная с судьбой большинства революций прошлого и будущего. Свергнув и казнив монарха за превышение власти, англичане обрели диктатора, обладающего столь необъятной властью, какая не снилась не то что злополучному Карлу I, но даже тирану Генриху VIII.

Несмотря на безудержное властолюбие и неразборчивость в средствах, Кромвель по натуре не был жестоким человеком. В его характере своеобразно сочетались истовая, доходящая временами до фанатизма религиозность с хитростью и практичностью (великолепный психологический портрет Кромвеля представлен в романе Вальтера Скотта Вудсток). Сурово подавляя инакомыслие — как роялистские мятежи, так и оппозицию слева, в лице, например, уравнителей, требовавших равных прав для всех граждан, независимо от их материального благосостояния, — он не прибегал к массовому террору, как позднее французские якобинцы или тоталитарные монстры двадцатого столетия. В его законодательной политике охранительные меры, иногда просто анекдотичные (чего стоит официальное запрещение именовать существующий режим тираническим и деспотическим!), соединялись с разумными и прогрессивными. Однако деятельность протектора прежде всего была направлена на усиление военной мощи Англии, перед которой трепетала вся Западная Европа. При этом экономика страны катилась под гору, а казна стремительно опустошалась.

В 1658 году Кромвель скончался, указав за несколько минут до смерти весьма неопределенным жестом на сына Ричарда в качестве своего преемника. Трепетавшие перед диктатором советники поспешили исполнить его волю. Пробыв на посту протектора около года, бездарный Ричард отрекся от власти, вновь перешедшей к парламентскому охвостью. Воцарившиеся в парламенте грызня и склоки побудили смелого и честолюбивого генерала Джорджа Монка вступить с живущим в Голландии Карлом II в переговоры о возвращении на престол в Бредской декларации 4 апреля 1660 года Карл гарантировал амнистию революционерам и свободу вероисповедания, а 29 мая торжественно прибыл в Лондон. Народ, некогда проклинавший его отца, испытав на себе прелести военной диктатуры, теперь приветствовал восстановление монархии. Эти события описал с присущим ему блеском повествования Дюма в Виконте де Бражелоне. В этом же романе, как и в Вудстоке и Певериле Пике Вальтера Скотта, присутствует достаточно многомерный портрет Веселого монарха, как вскоре окрестили подданные своего короля.

Конечно, не все положения Бредской декларации были соблюдены в точности. Несколько цареубийц, голосовавших за казнь Карла I, были повешены или заключены в тюрьму. Акт о единообразии 1666 года, требующий от нонконформистов признания основ англиканской церкви и присяги на верность королю, рассматривался пуританами как ущемление свободы вероисповедания. И все же справедливость требует отметить, что юношеские невзгоды — гибель горячо любимого отца, скитания на чужбине — не ожесточили сердце Карла II, не сделали из него черствого, мстительного и безжалостного человека.

Кровавый призрак революции, несомненно, тревожил короля весь период его двадцатипятилетнего царствования. Основной целью Карла II было сохранение в стране стабильности, для чего ему неоднократно приходилось идти на компромиссы с различными политическими силами, ибо ситуация в Англии далеко не всегда оставалась спокойной. Многие разумные указы Кромвеля были подтверждены королевскими эдиктами. Однако уже в следующем году после возвращения короля фанатики из пуританской секты милленариев организовали заговор с целью его свержения. Заговор этот был отнюдь не последним; недовольство в народе пробуждалось не только религиозными распрями, но и поведением королевского окружения. Царящие при дворе распущенные нравы составляли резкий контраст с насаждавшимся при Кромвеле ханжеским благочестием, в котором пуритане доходили до запрещения театров, варварского отношения к искусству, лицемерного осуждения любовных отношений, считавшихся греховными даже для состоявших в браке.

После полной лишений молодости, Карл, оказавшись на троне, безудержно ринулся в пучину удовольствий. В отличие от своего отца, он уже в молодости прославился распутным поведением.

Его супруга, португальская принцесса Екатерина Браганца, оказалась бесплодной. К чести короля, он категорически отверг советы развестись с королевой, но при этом устроил себе целый гарем из красавиц самых разных сословий — от герцогинь до актрис — даривших ему незаконное потомство. Друзья короля, Бакингем, Рочестер, Седли и другие, стремились перещеголять своего монарха, губя свои незаурядные дарования — многие из них были талантливыми поэтами и драматургами — в разврате, пьянстве и безобразных оргиях, вызывавших в народе злобу и ненависть, которую подогревали пуританские проповедники. Войны с Голландией- и Францией, эпидемия чумы, унесшая десятки тысяч, уничтоживший значительную часть Лондона пожар преподносились ими как кара небесная за грехи, в которых погряз двор.

Однако основным аргументом пуритан было все то же запугивание папистской угрозой. Королева Екатерина и брат короля, герцог Йоркский, были католиками. Престол после смерти Карла, не имевшего законных детей, должен был отойти к герцогу Йоркскому. К тому же сам Карл, будучи во Франции, тайно принял католичество, о чем хранил молчание, опасаясь революционного взрыва. Оппозиция требовала лишения герцога Йоркского прав на престол, на котором многие предпочитали видеть герцога Монмута — незаконного сына Карла II и Люси Уолтерс, придерживавшегося протестантизма. Мощную оппозиционную партию сумел создать граф Шафтсбери — могущественный вельможа, занимавший высокие посты в правительстве. К нему примкнули многие представители знати, в том числе и друг короля герцог Бакингем. Большинство из них искренне и не совсем безосновательно опасались восстановления католицизма в стране. Однако Шафтсбери и его клика не гнушались при этом самыми грязными методами.

В 1678 году бесчестный авантюрист, англиканский священник Тайтес Оутс, выступил с сенсационными заявлениями о готовящемся грандиозном заговоре папистов с целью убить короля и возвести на престол герцога Йоркского. Человек с темным прошлым (о нем говорили, что он служил священником на пиратском корабле), долгое время проведший среди иезуитов Франции и Испании, от которых якобы узнал о заговоре, Оутс послал донос королю, но тот с презрением от него отмахнулся. Тогда Оутс обратился к судье сэру Эдмонду Бери Годфри и подтвердил показания присягой. 12 октября 1678 года Годфри был убит при таинственных обстоятельствах. Преступление приписали католическим священникам, после чего страну охватила антипапистская истерия. По доносам, Оутса, Бедлоу, Дейнджерфилда, других лжесвидетелей были казнены тридцать пять человек, многие католики погибли во время погромов, устраиваемых разъяренной толпой. Карл II, прекрасно понимавший, что история о заговоре — грязная ложь, был вынужден подписывать приговоры, не смея сказать слово в защиту католиков, так как это могло бы спровоцировать гражданскую войну. Однако после оправдания в 1679 году врача королевы Джорджа Уэйкмена репрессии пошли на спад, в 1682 году Шафтсбери бежал в Голландию, где и умер, а в 1685 году Оутс угодил в тюрьму за лжесвидетельство, откуда его вызволила революция 1688 года. (Об истории с папистским заговором подробно повествуется в романе Вальтера Скотта Певерил Пик и в неизвестном у нас романе баронессы Орци Огонь в жнивье).

Обладая, несмотря на внешнее легкомыслие и распущенность, немалой проницательностью и осторожностью, Карл II сумел провести Англию сквозь многочисленные бури во время его царствования, завершившегося в 1685 году. Престол унаследовал герцог Йоркский, ставший королем Иаковом II. Поднявший мятеж герцог Монмут был разбит и казнен. Предпочтение, оказываемое новым монархом католическим единоверцам, явное стремление к возрождению абсолютизма, опора на репрессивные методы управления вызвали широкую волну недовольства. На британский трон был приглашен штатгальтер Голландии Вильгельм III Оранский, бывший мужем дочери Иакова II, Марии. Славная революция 1688—1689 годов вынудила Иакова бежать во Францию. В царствование Вильгельма III, Анны Стюарт и пришедших ей на смену представителей Ганноверской династии происходило начало медленного, но неуклонного процесса демократизации государственного и общественного устройства Англии. Стюарты предприняли несколько попыток вернуть престол, но потерпели поражение — вне зависимости от личных качеств представителей этой династии, их время безвозвратно ушло.

Историки и литераторы освещают события этого периода с разных, порой совершенно противоположных позиций (сравним, например, Двадцать лет спустя А.Дюма и Белую перчатку Т.Майн-Рида). Нетрудно заметить, что и отношение к происходящему авторов представленных в книге романов в корне различно. Например, создатель бессмертного капитана Блада, английский писатель Рафаэль Сабатини, относившийся к Стюартам неприязненно, сосредотачивает внимание на отрицательных чертах правления Карла II, то симпатии Джона Диксона Карра (во всяком случае, его героя) на стороне Веселого монарха, для противников которого он не жалеет черных красок. Разумеется, обе точки зрения едва ли можно назвать стопроцентно объективными, хотя и та, и другая имеют право на существование.

Джон Диксон Карр

Джон Диксон Карр (1906—1877), работавший также под псевдонимом Картер Диксон, преимущественно известен как выдающийся мастер детективного жанра. Шотландец по происхождению, — рассказывает он о себе, — я родился в Америке в 1906 году. Меня посылали в школу и университет в надежде, что я стану адвокатом, как мой отец. Но я хотел писать детективные истории и до сих пор этим занимаюсь. В возрасте двадцати одного года я поехал учиться в Париж, однако учеба — единственное, что не вошло там в сферу моей деятельности. Я пробовал силы в писательском ремесле и скитался, пока не женился на англичанке в 1931 оду. С тех пор я написал примерно сорок пять романов под двумя фамилиями, несколько рассказов и множество пьес для радио… С женой и двумя детьми Карр жил то неподалеку от Нью-Йорка, на Лонг-Айленде, то в Лондоне. Всего его перу принадлежит свыше шестидесяти книг.

Биография Карра дает возможность называть его как английским, так и американским писателем, однако действие большинства его произведений происходит в Англии, а по стилистике они примыкают к традициям английского классического детектива. Но в отличие от Агаты Кристи, Найо Марш, Патриции Уэнтуорт, чьи сюжеты, несмотря на замысловатость интриги, развиваются в условиях, приближенных, насколько позволяют каноны жанра, к реальности, Карр стремится к максимальной причудливости, внешнему неправдоподобию обстоятельств описываемого преступления, которые в конце книги получают вполне естественное объяснение. Мистер Карр обладает чувством ужасного, неизмеримо возвышающим его над детективными авторами среднего уровня, — отмечал Джон Бойнтон Пристли, а Агата Кристи признавалась, что загадки писателя нередко ставят ее в тупик, чего было не так легко добиться. Карра часто именуют виднейшим представителем так называемой школы запертой комнаты, потому что в его книгах убийства нередко происходят в помещениях, куда на первый взгляд никто не мог проникнуть. О колорите произведений писателя можно судить по названиям его книг: Это ходит ночью, Он, который шепчет, Проклятие бронзовой лампы и т. д.

Вместе с тем, далеко не всем произведениям Карра присуще одинаково высокое качество. Нередко его книги оказываются перегруженными фантастическими обстоятельствами, а интрига производит впечатление надуманной. Образы сыщиков, кочующие из романа в роман — инспектор французской полиции Банколен, чудаковатый естествоиспытатель и историк доктор Гидеон Фелл, офицер секретной службы сэр Генри Мерривейл (романы с его участием написаны под псевдонимом Картер Диксон) — грешат некоторой искусственностью; они едва ли в состоянии конкурировать с героями Агаты Кристи, Жоржа Сименона или Эрла Стэнли Гарднера, давно ставшими для их многочисленных поклонников живыми и близкими людьми. Но лучшие книги Карра — а к ним относится большинство переведенных на русский язык его произведений — принадлежат к выдающимся страницам детективной классики.

Характерная черта творчества Джона Диксона Карра, отличающая его от большей части мастеров детективного жанра, — любовь к истории, тонкое ощущение аромата минувших эпох. Карр известен глубоким знанием жизни и деятельности великих основоположников детективной литературы. Нашим читателям знакомы его поэтичная новелла Джентльмен из Парижа об Эдгаре По, переведенная, к сожалению, во фрагментах Жизнь сэра Артура Конан Дойла, до сих пор являющаяся лучшей биографией создателя Шерлока Холмса, а также некоторые рассказы из сборника Подвиги Шерлока Холмса, написанного в соавторстве с сыном Конан Дойла, Адрианом, и представляющего собой великолепную стилизацию рассказов о великом сыщике.

Кроме того, действие многих романов Карра происходит в далеком или не столь отдаленном прошлом. Бесноватые переносят читателя в Англию XVIII века, Огонь, гори!, Скандал в Хай-Чимниз и Ведьма малой воды повествуют о деятельности Скотлэнд-Ярда в прошлом столетии и начале нашего века, в эпизодах Убийств Красной Вдовушки оживают жуткие сцены якобинского террора во Франции, сюжет Капитана Перережь-горло развертывается в эпоху наполеоновских войн…

Дьявол в бархате (The Devil in Velvet), впервые опубликованный в 1951 году, — одно из самых крупных и знаменитых произведений писателя. Положив в основу вариант легенды о Фаусте, Карр переносит своего героя, заключившего договор с дьяволом, в Лондон 1675 года в облике его молодого однофамильца. Стремясь предотвратить убийство, о котором он узнал из старинной рукописи, профессор Фентон попадает в сеть политических и любовных интриг, участвует в дуэлях и уличных стычках, встречается с Карлом II и его коварным противником лордом Шафтсбери, попадает в Тауэр… Детективный сюжет с неожиданной развязкой, элементы фантастики и мистики сочетаются в книге с яркими и колоритными описаниями Лондона времен Реставрации, нравов и обычаев эпохи, даже стилизацией речи героев, сохранить которую в переводе, к сожалению, невозможно. Отмеченные черты в соединении с напряженным и увлекательным сюжетом делают книгу одним из интереснейших и оригинальнейших образцов историко-приключенческого жанра.

В. Тирдатов

 

Добавить комментарий