Прорваться в литературу Грэм Грин смог только с третьей попытки (еще несколько вещей остались незавершенными) — ею стал роман Человек внутри, выпущенный в 1929 году издательством Хайнеманн. Название это, отражающее двойственность личности, навеяно строкой Томаса Брауна: Другой человек внутри меня, и он недоволен мной. Каков человек внутри и к каким последствиям приводит конфликт с собственной совестью, Грин пытается разобраться в своем романе на примере молодого контрабандиста Эндрюса, выдавшего властям сотоварищей и кончающего в итоге самоубийством. Спасаясь от мести, он находит убежище в доме любимой девушки, которая было помогает ему обрести веру в себя. Под влиянием чистой и преданной Элизабет постепенно меняется психология Эндрюса, но продолжается борьба внутри его, не менее мучительная, чем борьба с внешней опасностью. В этой книге отчетливо проступили уже некоторые черты, типичные для всего дальнейшего творчества писателя, — в том числе возникает мотив преследования, который, повторяясь, позволит ему создать в различных модификациях критические ситуации, помогающие раскрыть сложность человеческих характеров.

Грэм Грин

Для произведения никому еще не известного автора Человек внутри разошелся превосходным тиражом — свыше восьми тысяч экземпляров. Такой внушительный старт окрылил и автора и издателей. Поэтому, когда Грин задумал целиком посвятить себя писательству и уйти из редакции, директор-распорядитель Хайнеманна предложил ему контракт. Условия контракта были таковы: скромное, но пристойное содержание в 650 фунтов ежегодно в течение трех лет в обмен на три романа. Веря в свои силы, Грин не раздумывал ни минуты и в канун нового, 1930 года покинул Таймс. Следующие четырнадцать месяцев он провел в Лондоне, а затем в целях экономии снял коттедж в деревне, переехал туда с женой и с упоением продолжал работу, которая казалась ему наслаждением, сулила богатство и славу. Однако, как заметит в финале Части жизни умудренный опытом писатель, успех — это всего лишь отсроченный провал. Два следующих романа успеха не имели (автор не включил их впоследствии в свое собрание сочинений).

Но упорство в конце концов вознаграждается, и последний представленный Грином по контракту роман, писавшийся им с энергией отчаяния, — Стамбульский экспресс (1932) — спас его от финансовой катастрофы. Право на экранизацию этого романа приобрела американская компания XX век — Фокс. Однако с выходом книги произошла неприятная заминка. Когда уже были готовы сигнальные экземпляры, пригрозил подать иск за клевету Джон Бойнтон Пристли, усмотревший черты сходства с собой в одном из персонажей Экспресса. Издательству и автору пришлось срочно пойти на переделку текста и замену двадцати страниц, вызвавших гнев известного прозаика.

Следующий роман Грина, вышедший в 1934 году, назывался Это поле боя. Сюжет его был подсказан сном. Творческим снам (если воспользоваться выражением Пушкина), роли бессознательного Грин придает немалое значение, будучи уверен, что они помогают в творчестве, а иногда и управляют им (дневник своих снов он начал вести еще в школьные годы). Только из глубин подсознания — связанного многими нитями с действительностью — могут выйти, по его убеждению, главные герои произведения. А реальные личности годятся лишь в прототипы для второстепенных персонажей, которым можно, например, придать черты чьей-то эксцентричности.

Оглядываясь на прожитую жизнь, Грэм Грин обнаружил, что провел с вымышленными персонажами почти столько же времени, сколько с реальными мужчинами и женщинами. В поисках героя — так называется книга его путевых заметок о поездке в Бельгийское Конго, предпринятой в 1959 году в процессе работы над романом Ценой потери. Знакомясь с нею, мы получаем возможность ощутить, как автор постепенно начинает вживаться в образ своего героя, которого думал вначале обозначить просто инициалом (по тут же заговорили бы о влиянии Кафки), а потом дал ему имя Керри.

То был один из нечастых случаев, когда Грин специально ездил в какую-либо заранее намеченную страну для сбора материала (так же он поступил только в период написания романа Меня создала Англия, где ему понадобились шведские реалии). Обычно получалось иначе: жизнь приводила писателя в какие-нибудь горячие точки планеты, а потом уже в его воображении прорастал роман.

Как это происходит, Грин поведал в книге Знакомство с генералом (1984). Путешествуя по Панаме в машине вдвоем с Чучу (профессором математики и поэтом, который стал телохранителем и доверенным лицом Омара Торрихоса), он почувствовал, что полученные впечатления трансформируются постепенно в сцены романа: Начать так: молодая журналистка из левого французского еженедельника берет интервью у генерала. Она бежит от горечи и боли неудачного замужества, покидает Париж в надежде избавить себя от страданий. В конце концов она возвращается, выбирая свою боль, а не счастье. Чучу должен был стать прототипом одного из главных героев, а часто повторявшиеся им слова: На обратном пути — названием романа. Грустная ироничность названия заключается в том, что, согласно замыслу, этому персонажу не суждена была дорога назад: он погибал от взрыва подложенной в машину бомбы за несколько минут до того, как надеялся обрести счастье в объятиях придуманной автором француженки. По дороге, — продолжает Грин, — я рассказал Чучу о задуманном романе, и очень может быть, что поэтому он и не пошел у меня дальше первой главы. Рассказать — это почти то же самое, что написать, своего рода суррогат письменного сочинения… Книга так и не написана, и погиб не Чучу, а генерал. Замысел этого романа остался нереализованным. Но костяки других сюжетов, возникшие подобным образом в фантазии писателя, обросли плотью.

Добавить комментарий