vldmrvch.ru

Запрещено запрещать

Своими мыслями о герое Мариса я поделился с Антонисом Самаракисом, автором знаменитого Промаха, переведенного более чем на три десятка языков и выдержавшего за рубежом свыше восьмидесяти изданий. Впервые мы встретились десять лет назад, когда готовился русский перевод этой вещи1. И вот новая встреча в Афинах с этим удивительно интеллигентным и невероятно энергичным человеком. Знаете, всеми любимый Бекас все-таки плод фантазии Мариса, его мечта, хотя я не исключаю, что у этого популярного героя был или есть прототип, — говорит Самаракис, попыхивая трубкой. — Следователь в Промахе — совершенно иной человек. Не забывайте: он сотрудник тайной полиции, и уже в этом его первое принципиальное отличие от Бекаса. В жизни мне не раз приходилось сталкиваться с сотрудниками всевозможных полицейских служб. Увиденное и пережитое не могло, конечно, не повлиять на облик и характер моего героя.

Да, жизненный путь Самаракиса был нелегким. Родился писатель в 1919 году в Афинах, в семье мелкого служащего. С детских лет ему пришлось много работать — семья с трудом сводила концы с концами. В гимназии Антонис вступает в прогрессивную нелегальную организацию молодежи. Окончив школу, находит работу в Министерстве труда, но в знак протеста бросает ее вскоре после прихода к власти в 1936 году фашистского правительства Метаксаса.

Когда началась война, Самаракис был студентом юридического факультета Афинского университета. Он становится подпольщиком, членом одной из сопротивленческих организаций. Оккупанты выследили его, схватили и приговорили к смертной казни. К счастью, юноше удалось бежать. До освобождения Греции от фашистских захватчиков в 1944 году Самаракис оставался в подполье.

После войны, окончив университет, Самаракис устраивается на работу в Международную организацию труда. В качестве эксперта ООН по проблемам трудовой занятости он много ездит по странам Европы, Африки, Северной и Южной Америки. Но не экзотика дальних стран, а борьба маленького человека за личное достоинство в мире социального бесправия становится центральной темой первого сборника рассказов Требуется надежда, увидевшего свет в 1954 году. Этой тематике писатель верен и в последующих книгах: роман Сигнал опасности (1959), Промах (1965), сборниках рассказов Я отказываюсь (1961), Паспорт (1973) и других.

В 1967, когда к власти в Греции пришла хунта черных полковников, Антонис Самаракис был лишен греческого гражданства. И вместе с тем ему было запрещено покидать пределы страны во избежание нанесения вреда великим национальным интересам Эллады греков-христиан. Неоднократно в период черного семилетия писатель подвергался унизительным допросам и издевательствам в асфалии — греческой охранке. Запретив все его книги и изъяв их из обращения, полицейские чиновники требовали от писателя собственноручных, письменных, в двух экземплярах объяснений: почему он в своих произведениях открыто выступает против войны, включая ядерную? Но хунте не удалось сломить писателя. Он продолжает писать и даже помещает в антидиктаторском сборнике Новые тексты — 2 (1971) рассказ Паспорт, что было в те годы актом большого гражданского мужества.

Я убежден, что проблемы войны и мира, борьба человека за свободу волнуют людей, живущих в любом уголке земного шара, — говорит Самаракис. — Мир вокруг нас взрывоопасен. Однако есть надежда, что человеческая цивилизация не погибнет, что мир будет спасен. Я мечтаю о более человечном мире. О мире, где можно было бы дышать свободно, раскованно, полной грудью. Я мечтаю о том, чтобы стали реальностью слова, выведенные детской рукой на стене Афинского университета: Запрещено запрещать. Мои надежды основываются на какой-то мистической внутренней силе человека, заставляющей его при любых обстоятельствах сопротивляться злу и насилию.

Спрашиваю писателя, не объясняется ли огромная популярность его произведений детективным колоритом. Допускаю, что это так, — на секунду задумавшись, говорит Самаракис. — Впрочем, когда я пишу роман или рассказ, я не задаюсь целью придать им остросюжетную форму. Это приходит само, от жизни. Ведь и книги Достоевского, Фолкнера, Кафки и даже древнегреческих трагиков несут в себе детективных элемент. Меня, например, всегда занимала проблема взаимоотношений между личностью и властью…

У Промаха интересная судьба. Роман, написанный еще в 1965 году, с легкой руки некоторых критиков был бездумно причислен к детективному чтиву и как-то затерялся в потоке произведений массовой культуры. Лишь в 1974 году, после падения диктатуры, книга вдруг зазвучала злободневно и стала необычайно популярной. Так, в Греции роман уже выдержал тридцать пять изданий. Тираж только двух последних достиг астрономической для Греции цифры — 180 тысяч экземпляров. Вдруг оказалось, что весьма условный, как утверждала критика, детективный сюжет имеет вполне конкретные приметы реальной действительности, а писатель обладает даром предвидения. Ведь за два года до путча «черных полковников» он предсказал новое наступление фашизма. Этим обстоятельством, видимо, объясняется и тот факт, что в первые годы диктатуры за пределами страны именно Промах Самаракиса чаще всего представлял литературу борющейся Греции. Роман был переведен на многие языки и стал заметным явлением литературной жизни целого ряда стран. Написанная в Греции и для Греции, книга была воспринята как притча, разоблачавшая фашистское насилие как таковое.

И действительно, хотя по форме Промах — самый настоящий детектив, сущность его глубже, чем просто интрига, разрешающаяся раскрытием тайны. Вводя читателя в атмосферу психологического противоборства между сотрудниками тайной полиции и подозреваемым подпольщиком, писатель ставит целью разоблачить антигуманную сущность общества, где стерты, обесценены все этические нормы. Внутренний мир человека подлежит разложению и унификации, а сам человек рассматривается как потенциальный враг режима. Судьба его зависит от нелепой  случайности. Не имея права на собственные мысли, человек становится вещью, стандартным блоком механической социальной структуры.

Этим романом, — говорит Самаракис, — я хотел выразить свое отношение к фашизму, к тому произволу, с которым сопряжен тоталитарный режим. В моем понимании фашизм — опасность номер один. Она угрожает не только каждому человек в отдельности, но и всему человеческому роду. От нее в равной мере страдают и палач, и жертва. Такая авторская установка предопределяет не только социально-критическую направленность романа, но и психологическую достоверность характеров.

Парень из кафе Спорт — персонаж весьма типичный для прозы Самаракиса и вместе с тем это один из вариантов легкоранимого, незащищенного и растерянного героя, который тиражировался западной литературой в 50-60-е годы. В частности, греческая литература не могла не констатировать состояния апатии и усталости отошедших от борьбы и захваченных обывательской стихией бывших бойцов Сопротивления, она выражала душевный надлом вчерашних партизан, столкнувшихся после выхода из тюрем и концлагерей с самодовольством буржуа, хищным практицизмом мелкого хозяйчика и равнодушием толпы. Справедливости ради отметим, что в греческом детективе эта тенденция закрепилась. До сих пор на страницах многих детективных романов встречаются измученные бесконечными жизненными испытаниями, отчаявшиеся герои из левых. (Взять хотя бы вышедшую в 1988 году повесть Круг смерти известного мастера детектива Филиппаса Филиппу).

Герой Самаракиса не относится к числу людей, активно противостоящих существующему порядку. В ряды подпольщиков его приводит лишь внутренний протест против попранной справедливости. Это скорее эмоциональный взрыв, чем результат серьезной убежденности и готовности пожертвовать всем в борьбе с фашизмом. Отсюда — страх и неуверенность в себе. Герой лихорадочно ищет выхода из тупика, презирая себя за трусость и малодушие, но не может избавиться от них. Причем, по мысли автора, причины страха коренятся не в человеческой природе, а в бесчеловечном обществе. Все возрастающая неуверенность в завтрашнем дне, климат холодной войны и атомного психоза, разобщенность людей в западном мире — все это усугубляет одиночество и неприкаянность человека, выбивает у него почву из-под ног.

Человеческое в человеке сильнее всякой идеологической обработки. Об этом убедительно свидетельствует эволюция следователя. В начале романа это типичный служака, основная жизненная цель которого — продвинуться по службе. Во всех своих действиях он исходит из внушенной шефом полиции изуверской логики: Чтобы быть врагом режима, вовсе не обязательно выступать против него. Достаточно не поддерживать режим, не заниматься созидательной деятельностью на его благо. Однако ему нельзя отказать в уме и изобретательности. Следователь ведет с парнем из кафе Спорт поединок, представая перед читателем то сыщиком, то оперативником, то психологом…

Играя по заданию шефа роль человека, следователь и не подозревает, на какой опасной грани он балансирует: тут недолго и оступиться, возродить в себе, казалось бы, давно подавленные чувства добра, человеческой солидарности, взаимовыручки.

В свое время греческая критика писала о недолговечности поступка следователя, о надуманности развязки, предложенной писателем. Думаю, это не так. Ведь литература уже не раз предлагала подобные конфликты. Достаточно вспомнить развенчанного партизанского вожака Пабло из романа Хемингуэя По ком звонит колокол или охранника, спасающего Кэт, из Семнадцати мгновений весны Юлиана Семенова. Дело здесь, очевидно, не в надуманности развязки, а в недостаточной психологической мотивировке поведения следователя, что, впрочем, в значительной степени предопределено канонами детективно-приключенческого жанра, требующего от писателя прежде всего безукоризненно выстроенной интриги, сюжета, наполненного острыми ситуациями, сложными перипетиями и эффектными сценами. Лишь принимая во внимание правила игры, можно понять, что анонимность персонажей, слабая индивидуализация характеров и пространственно-временная неопределенность происходящего — это не издержки, а опять-таки условность, удачно раскрывающая замысел автора. Писатель как бы подчеркивает, что подобные события могут произойти в любом буржуазном государстве, где властвует диктаторский режим, где вовсю трудится охранка и где вопреки ее стараниям продолжает действовать подполье.

Самаракис не просто использует, а сознательно утрирует — иногда даже пародирует — некоторые элементы стандартного детективного сюжета, что позволяет ему, поднявшись над традиционной формой, создать политический детектив социально-разоблачительного содержания. Но детектив остается детективом, автор постоянно держит читателя в напряжении; этому подчинены и суховатая манера изложения, в которой диалоги перемежаются внутренними монологами, и краткий авторский комментарий, внезапно сменяющийся длинными периодами напряженной работы мысли… Роль повествователя передается то следователю, то парню из кафе Спорт, то автору. Быстро и неожиданно меняются планы, одни и те же сцены и роли то и дело проигрываются заново. Такая подача материала заставляет читателя не только напряженно думать над логикой интриги и характеров, но и давать моральную оценку происходящему. Кстати, кинематографическая стилистика книги было быстро замечена: роман стали охотно экранизировать. Полнометражные и короткометражные фильмы по сюжету Промаха были сняты в Италии, Франции, Швейцарии, Венгрии, Болгарии, Польше, Японии, Иране и других странах.

Промах — прекрасный роман, — сказал в одном из своих интервью Жорж Сименон. — Он будоражит глубиной идеи и захватывает поистине дьявольским мастерством детективной техники. Мнение Сименона целиком разделила и другой общепризнанный мастер детектива — Агата Кристи: Это просто чудо! Читая Промах, я получила истинное удовольствие. В романе заложен огромной силы психологический заряд. Поздравляю Самаракиса! Немногим теперь удается в детективном жанре продемонстрировать подлинную оригинальность и силу фантазии.

Успеху книги за рубежом способствовал, прежде всего, конечно, ее глубокий гуманистический смысл. Многим оказался близок и понятен протест писателя против стандартизации личности, многих привлекла чуткость писателя к чужой боли, его мужественная вера в человека.

  1. Роман вышел в издательстве Радуга в 1983 году.
Об авторе
Поделитесь этой записью
Оставить свой комментарий

Пожалуйста, введите ваше имя

Ваше имя необходимо

Пожалуйста, введите действующий адрес электронной почты

Электронная почта необходима

Введите свое сообщение

Детективный метод © 2016 Все права защищены

Детективный метод. История детектива в кино и литературе