vldmrvch.ru

Жизнь как криминальный роман

Преступность весь западный мир захлестнула в эти последние десять лет, — со знанием дела говорит в финале романа Наемные убийцы бывший полицейский Леннарт Колльберг. Суждение это вряд ли у кого-либо вызовет сомнение или возражение, и Леннарт Колльберг был далеко не первый, кто заметил тенденцию неуклонного роста преступности в развитых странах капиталистического Запада. О ней регулярно и подробно вот уже который год пишет пресса самого разного толка. Дотошные статистики установили, сколько и каких преступлений совершается, скажем, каждый час в США, Англии или Швеции. Но западная пресса, как известно, склонна, мягко говоря, к преувеличениям, а цифры статистики, сколь бы впечатляющими они ни были, все же остаются для многих сухой абстракцией…

А что думают по этому поводу конкретные люди?

Вспоминается любопытный жизненный факт. Однажды поздним вечером осенними московскими переулками автору этих строк довелось провожать до гостиницы известного западного писателя с супругой. Перу этого человека принадлежит немало печальных детективных историй о трагической судьбе индивида, сталкивающегося с реальностью общества, в котором единственным критерием полноценности личности является солидный банковский счет.

Издалека навстречу нам шла молоденькая девушка, и когда она поравнялась с нами, супруга писателя вдруг сказала: Как она сумела пройти одна так долго — у нас бы на нее уже обязательно напали. И это шутливое, брошенное походя замечание, как моментальная вспышка, высветило устрашающие масштабы насилия в западном обществе.

Преступная атмосфера Стокгольма

Читатель Наемных убийц сразу погружается в насыщенную преступностью атмосферу Стокгольма, но это мог быть любой крупный город на Западе: За окнами, во мраке, под холодным дождем, заправляли хулиганы, воры, грабители, пьяницы и наркоманы. Трудно не согласиться с одним из персонажей книги, которому профессиональные убийцы кажутся ничуть не опаснее стокгольмских хулиганов.

Сложная связь существует между стабильным ростом преступности в капиталистическом мире и мощной волной детективной литературы, этот рост отражающей. Огромный успех этого типа литературы в самых широких читательских массах не может сегодня объясняться лишь традиционной популярностью жанра, привлекающего острым занимательным сюжетом. Повседневная жизнь во многих странах Запада становится все более и более похожей на криминальный роман, полный кровавых убийств почти на каждой странице.

Мало того, факты насилия, почерпнутые из жизни, стали своего рода ходовым товаром на торжище массовой культуры: им отводятся первые полосы газет, телевидение уже не довольствуется показом многосерийных боевиков о жестоких гангстерах и хладнокровных и бесстрашных сыщиках, а стремится к прямому репортажу с места происшествия. Так было, например, когда американская полиция вступила в бой с террористической группировкой, членом которой была дочь газетного магната Херста Патриция.

Человек, до которого никому доселе не было дела, совершив преступление, наконец начинает ощущать внимание общества — он становится героем дня, его интервьюируют. Показывают по телевидению, иногда даже предлагают написать мемуары. Все это дает своеобразный эффект Герострата — ведь недаром многие преступники-неофиты прямо признаются в том, что лишь копировали то, что видели на экране, или то, о чем читали. Одним словом, постоянное и подробное изображение насилия средствами массовой культуры неминуемо влечет за собой возрастание числа преступлений в действительности.

Три типа детектива

Несколько упрощая, можно сказать, что море детективной литературы Запада питают три основных потока. В произведениях первого типа автор более всего озабочен созданием увлекательного и напряженного повествования — story. Сквозь хитроумные сюжетные препоны и перипетии ведет он читателя к разгадке тайны. Зигзагам сюжета подчиняется все, Лаже логика характеров — персонажам дозволяется совершать не соответствующие авторскому замыслу образа экстравагантные поступки. Признанной королевой этого типа детективов была покойная Агата Кристи.

Второй тип, получающий все большее распространение, концентрируется на тщательном и подробном описании преступлений. Детали того или иного криминального акта живописуются настолько впечатляюще, что могут служить, и нередко на самом деле служат, учебным пособием для нового поколения преступников. Авторы подобного чтива смакуют жестокие убийства, разнообразные формы насилия, исподволь подводя читателя к мысли о том, что в любом человеке скрыты неосознанная жестокость, склонность к насилию и способность совершить преступление.

На опасность широкого распространения подобной массовой, рассчитанной на самые невзыскательные читательские вкусы литературной продукции справедливо обращает внимание крупнейший современный шведский писатель Артур Лундквист: Вполне обоснованное недоверие к буржуазным духовным и культурным ценностям нередко перерастает в беспринципную анархию, в оправдание дешевой развлекательности, которая не имеет ничего общего с подлинным демократизмом в сфере искусства.

Третий тип — детектив с четко выраженной социальной направленностью. Не следует, конечно, полагать, что первые два типа асоциальные. Просто интерес их создателей направлен на иное. Нетрудно представить себе острый и захватывающий детектив, время действия которого можно определить лишь по косвенным приметам, особенно если речь идет о сельской местности, — по моделям автомашин, маркам телевизоров и радиоприемников и так далее. Ибо тайна, положенная в основу книги, может иметь узколокальный, к примеру семейный, характер. В отличие от них тот тип детектива. Который выше определяется как социальный, непосредственно касается серьезных и злободневных общественных проблем.

Г. Анджапаридзе

Из предисловия к роману П. Вале и М. Шеваль Наемные убийцы

Об авторе
Поделитесь этой записью
Оставить свой комментарий

Пожалуйста, введите ваше имя

Ваше имя необходимо

Пожалуйста, введите действующий адрес электронной почты

Электронная почта необходима

Введите свое сообщение

Детективный метод © 2016 Все права защищены

Детективный метод. История детектива в кино и литературе