vldmrvch.ru

Современный американский детектив

Рекс Стаут — один из самых старых и самых популярных представителей детективного жанра в современной Америке — родился в 1886 году. Он служил во флоте, затем переменил множество профессий, писать начал в 1912 году. Но слава пришла к Стауту позже, в 1934 году, после того как на страницах его романов появился сыщик Ниро Вульф. С того времени Рекс Стаут написал 44 романа, и, по данным на 1969 год, лишь в мягких обложках было продано двенадцать миллионов книг о приключениях Ниро Вульфа.

Кто же такой этот Ниро Вульф, принесший славу его создателю?

В детективном романе преступление дано как загадка, и появляется сыщик — разгадчик тайны. Существуют определенные правила, опираясь на которые автор лепит образ сыщика. Ведь произведение детективного жанра — это, с одной стороны, литература, а с другой — игра. Игра же невозможна без правил.

Речь идет, разумеется, не о пустой забаве, не о бездумной игре — лишь бы убить время, — а об игре полезной, развивающей наблюдательность, сообразительность, воспитывающей в участнике игры умение аналитически мыслить и разбираться в стратегии. Теория игр опирается на теорию вероятности и в последние десятилетия превратилась в самостоятельную отрасль математики, ей посвящено немало работ серьезных ученых, как за рубежом, так и у нас в стране.

Теория игр различает антагонистические, динамические, кооперативные игры. В числе необходимых параметров игры учитывается инвентарь игры и его иерархия: в шахматах — фигуры и пешки, в шашках — простые и дамки. Способы функционирования этих единиц: различные ходы, взятия и взятки, превращения (пешки — в фигуру, простой — в дамку); ситуации и позиции в различных стадиях игры и соответственно конечный результат — цель.

Некоторые ситуации игр прямо соотносятся с детективными положениями: ложные следы, ловушки, иерархия единиц, поступки персонажей — своего рода ходы. Образ же сыщика является основной фигурой нападения. Все это напоминает разновидность антагонистической игры, которая может быть и парной и кооперативной.

В большинстве зарубежных детективных произведений действует частный сыщик, чудак и холостяк. Дюпен у Эдгара По — человек со странностями. Чудаковат и одинок Шерлок Холмс. Это правило, введенное в игру классиками жанра, соблюдается посей день. В многочисленных романах Агаты Кристи сменяют друг друга бельгиец Пуаро и англичанка мисс Марпл. Пуаро, разумеется, холостяк, и роль доктора Ватсона играет при нем добрый и туповатый капитан Хастингс. Тупость Хастингса необходима: его задача тормозить действие, толкая читателя на ложные следы. Мисс Марпл на первый взгляд ничем не отличается от английских старых дев, жительниц маленьких городков зеленой Англии. Но это лишь па первый взгляд. В ходе действия выясняется удивительный здравый смысл и нечеловеческая наблюдательность старой девы. Сыщик писательницы Дороти Сейерс — аристократ лорд Питер Уимси. Аристократ, холостяк и чудак действует в роли сыщика на страницах еще одного популярного автора английских детективов Марджори Аллингэм.

Герой романов Рекса СтаутаНиро Вульф, — пожалуй, ближе стоит к своим английским собратьям, чем кто-либо из американских сыщиков. Вульф и чудак и холостяк. В его нью-йоркском доме, кроме хозяина, живут верный помощник Вульфа Арчи Гудвин и повар Фриц. Двигаться Вульф не любит: его с кресла и домкратом не поднимешь. Кресла же делают ему по специальному заказу, не в каждое поместится этот расплывшийся гений. Выгнать Вульфа из дому может лишь событие особое, но с профессией детектива не связанное: выставка орхидей или обед в клубе гурманов.

Ибо Вульф — страстный любитель орхидей: в теплице на крыше его дома этих экзотических цветов растет больше тысячи… Вульф — гурман. Автор не ленится перечислять блюда, подающиеся к столу знаменитого сыщика: мясо, тушенное в красном вине, креветки в соусе из красного перца, авокадо с орехами. Чрезвычайно все это изысканно… Повар Фриц в своем деле академик, да и сам Вульф вполне сведущ в кулинарии. Вот мы присутствуем при споре Вульфа с поваром на тему о том, сколько ягод можжевельника следует класть в телячьи отбивные. Надо же, можжевельник в телятину! Еда в доме Вульфа — священнодействие, разговоры о делах за едой строго запрещены.

Хозяин дома живет по строгому расписанию: завтракает у себя в комнате (ах, не пьет ли он там, закрывшись, птичье молоко?), затем два часа холит орхидеи в теплице. В определенные часы пьет пиво и читает. Не какие-нибудь там романы, а непременно что-то научное — у Ниро Вульфа широкие интересы. Иногда Ниро Вульф замирает в своем кресле, закрыв глаза, вытягивая и втягивая губы. Это он работает. Он размышляет.

В романах Дороти Сейерс о деньгах говорится невнятно, Создается впечатление, что лорд Питер Уимси с клиентов денег не берет, а действует из одного только человеколюбия. Пуаро у Агаты Кристи тоже стыдливо обходит денежные вопросы. Подразумевается, что ему заплатят, но вот сколько именно — не ясно, да и об авансе ничего не сказано. Пуаро в поисках преступника ездит по стране и живет в гостиницах на свой счет и вообще производит впечатление человека состоятельного, особо в деньгах не нуждающегося.

Не то в американских романах. Здесь клиент попроще начинает свою беседу с сыщиком с того, что кладет на стол увесистый бумажник (дескать, есть чем платить!), а клиент поинтеллигентнее вынимает чековую книжку. Героев романов Рекса Стаута, Раймонда Чандлера, Эрла Стенли Гарднера, Росса Макдональда такое поведение клиентов не удивляет ничуть. Эти сыщики в денежных вопросах дурака валить не любят. Ниро Вульф, в частности, нисколько не скрывает, что работает для денег.

Повествование о Вульфе ведется устами Арчи Гудвина. Он, конечно, сродни и доктору Ватсону, и капитану Хастингсу. Однако ни Холмс, ни Пуаро не доверили бы своим преданным, но туповатым друзьям вместо себя осматривать место преступления, подбирая с пола разные там интересные ниточки и волоски. Гудвину такое доверить можно: он ремесло сыщика знает до тонкости. Он глаза, уши и ноги Вульфа. И секретарь: стенографирует, на машинке печатает. И телохранитель: кого надо — с лестницы сбросит, кому надо — в зубы даст. О Ниро Вульфе Гудвин повествует тоном снисходительно-ироническим, но это любя. Гудвину и в голову не придет попрекнуть шефа даже мысленно: дескать, я бегаю, а он дома торчит, жиреет, однако слава — ему, деньги — ему. Нет. Гудвии как бы говорит читателю: вы не смотрите, что шеф все дома сидит и только шевелит губами. Его работа и есть самая трудная: это работа мысли.

Автор романа Последний взгляд Росс Макдональд (настоящее имя — Кеннет Миллар) родился в Сан-Франциско в 1915 году. Окончил Мичиганский университет, преподавал в школе, затем в высшем учебном заведении. Больше двадцати лет Макдональд живет в Санта-Барбара и пишет романы тайн, герой которых — сыщик Лу Арчер. Росс Макдональд — один из самых популярных авторов детективного жанра в США. Одно время он был президентом Общества детективных писателей Америки.

Лу Арчер, так же как и Ниро Вульф, имеет разрешение на частную практику, но помощников не имеет. Он, таким образом, делает двойную работу — и бегает сам, и думает сам. Так же как и Гудвин, Лу Арчер силен и ловок: может выбить револьвер из руки противника, и ударить, и руки скрутить. Нельзя себе вообразить Дюпена, или Шерлока Холмса, или того же Пуаро (не говоря о Ниро Вульфе!) ухаживающими за дамами. Лу Арчер на это способен. Перед нами сыщик уже иного, современного американского плана. Таков же герой романов Эрла Стенли Гарднера Перри Мэйсон: и дерется, и машиной управляет, и к женским чарам чувствителен. Но к тому же способен к аналитическому мышлению — загадки разгадывает сам.

В романах Рекса Стаута образ сыщика как бы расколот надвое: Ниро Вульф, чудак и мыслитель, верен классической традиции жанра, а Арчи Гудвин тяготеет к современным сыщикам — подвижным, ловким, мужественным… Мужественные сыщики все, однако, холостяки. Любовных связей они не чураются, но жениться — нет, не женятся. Из сыщиков женат лишь сименоновскнй Мегрэ, но заметьте — бездетен. Это, конечно, потому, что в условном мире детективного романа сыщик должен стоять вне быта.

Лу Арчер был женат когда-то, видимо до своего появления на страницах романов Росса Макдональда. Жена покинула Арчера, не выдержав его постоянных отлучек. В самом деле, это какой-то странствующий рыцарь, которому коня заменил автомобиль. Арчер постоянно куда-то мчится, иной раз всю ночь напролет проводит за рулем. Лишь изредка наведывается он в свои дом, где надо сразу же распахивать все окна: нежилым пахнет в обиталище вечного странника…

Душной ночью в Каролине. Джон Болл

А что представляет собой сыщик романа Душной ночью в Каролине Джона Болла? Но сначала два слова об авторе… Джон Болл родился в семье ученого. Закончив колледж в Висконсине, работал в отделе науки журнала Форчун, писал музыкальные рецензии, писал рассказы, а одно время работал диктором на вашингтонской радиостанции. Роман Душной ночью в Каролине был признан лучшим детективным романом 1965 года.

Герой романа Вирджил Тиббс не частный сыщик. Подобно Мегрэ, он служит в полиции. Вирджил Тиббс — негр.

В тех местах, где он живет, черная кожа не является препятствием ни для поступления в высшее учебное заведение, ни для зачисления в штат полиции. Молодой негр работает в уголовном розыске города Пасадена, Калифорния, хорошо себя зарекомендовал, уважаем начальством. Но случай забросил Тиббса в городишко Уэллс, на юге Америки.

На улице города обнаружен труп. Начальник местной полиции Билл Гиллспи понятия не имеет о том, как приступить к розыску убийцы. Как и каждый, кто плохо знает свое ремесло и занимает не свое место, Гиллспи живет с вечным опасением, что его непригодность к работе заметят окружающие. Поэтому он подозрителен, завистлив, груб, окриками старается поддерживать начальственный авторитет. Такому Гиллспи легче арестовать и погубить невиновно, чем сознаться в своей беспомощности.

Местный интеллигент Эндикотт предлагает Тиббса во временные помощники полиции. Конечно, не будь Эндикотт к тому же и местным богачом, и членом совета управляющих города, на его предложение и внимания никто бы не обратил. Но слово Эндикотта имеет вес, его предложение поддержано другими членами совета. Эти другие цинично говорят Гиллспи: соглашайся, и, если негр убийцу обнаружит, заслуга будет твоя, а в случае неудачи все свалим на негра.

Вирджила Тиббса помещают в гостиницу для цветных, умывается он в туалетной комнате, где нет ни мыла, ни полотенца, утоляет жажду из картонных стаканчиков, которые выносят ему на улицу, — вход в кафе и рестораны цветным запрещен. Только Эндикотт и члены его семьи здороваются с Тнббсом за руку, никто другой негру руки не подает. Допрашиваемые грубят сыщику, на вопросы его отвечать не желают. Местные жители возмущены тем, что в рядах их полиции действует человек с черной кожей, и угрожают Тиббсу расправой. Гиллспи обращается со своим помощником как со слугой и называет его попросту Вирджил. Как тебя называли в Калифорнии? — осведомляется Гиллспи. Меня называли мистер Тиббс, — отвечает негр.

Местный автомеханик Джесс, тоже негр, обеспокоен судьбой соотечественника — уж Джесс — то знает, чего можно ждать от населения этого расистского городишки! Как ты думаешь себя защитить? — спрашивает Джесс. Поимкой убийцы, — отвечает Тиббс.

Ответы молодого негра, ошарашивающие собеседника (а заодно и читателя!) пли чувством собственного достоинства, или здравым смыслом, или наблюдательностью, — своего рода литературный прием романа, недаром этими ответами кончается то под-главка, то целая глава. Чернокожий Тиббс на голову выше обитателей южного городка! Не будь рядом Тиббса, сколько дров наломал бы напыщенный дурак Гиллспи!

Думается, что невзрачная наружность ряда знаменитых сыщиков (костлявость Холмса, яйцевидная голова Пуаро, чрезмерная толщина Ниро Вульфа), а также их чудачества объясняются стремлением авторов несколько приземлить образ. В самом деле, и умен, и наблюдателен, и все-то знает, и всегда-то прав, да если плюс к этому и собой хорош — тут уж нечто чрезмерно возносящее героя над грешными людьми. Чудачествами и не очень приглядной внешностью образ приближается к рядовому человеку, как бы утепляется. Что касается Тиббса, тут дело обстоит иначе. Он наблюдателен, склонен к аналитическому мышлению и знает свое ремесло, как все его знаменитые собратья. Но он молод, строен, красив. Чудачеств никаких. И слабостей за Тиббсом не водится — это вам не Мегрэ, который то тут схватит стаканчик, то там. И не Лу Арчер, в минуты волнений прибегающий к крепким напиткам. Тиббс, кажется, и не курит. Ни в каком снижении образ не нуждается. Тиббс — негр, этим и необычен.

Если сыщик — основная фигура нападения, то преступник — главная фигура защиты: ведь в детективной игре действие идет в обратном порядке. Противник сыщика должен быть хитер, увертлив, изобретателен, иначе игра будет лишена остроты. Свое черное дело преступник должен сделать так, чтобы оставить следы ложные, не туда ведущие. А главное, обеспечить себе алиби. Поначалу в это фальшивое алиби все верят, и оно сразу запутывает дело. Сообразительный преступник устраивает все таким образом, чтобы время смерти жертвы было определено неправильно. На этом-то — ошибочном определении времени смерти — часто строится защита.

Остальные персонажи романа (за исключением тех немногих, кто помогает сыщику) ставятся автором в такое положение, что заподозрить в убийстве можно каждого. Таким образом, большинство второстепенных фигур детективной игры являются фигурами защиты, уводящими нападение по ложным следам. Убил один, другие невиновны, но, между прочим, чуть не у каждого из этих других есть какая-то тайна, тщательно охраняемая. Этот что-то скрывает, этот чего-то боится, не он ли убил? — думает то об одном, то о другом персонаже читатель, который участвует в игре на стороне нападения. Кстати, популярный автор американских детективов Эллери Куин, стремясь сделать участие читателя еще более активным, перед последней главой дает перечень всех наблюдений сыщика, всех улик. Читателя, следовательно, приглашают попытаться самому сделать выводы и самому решить задачу.

Последняя глава детективного произведения почти всегда посвящена монологу сыщика, его слушатели — остальные персонажи. Ниточка за ниточкой распутывает сыщик узел, и вот все встало на место, преступник обнаружен, он перед вамп, вяжите его! Читатель едва успел опомниться, как вдруг неожиданный поворот в рассказе сыщика — и этот, которого чуть не связали, полностью обелен, а убийцей-то, убийцей оказалась старушка, которая весь роман только тем и занималась, что вязала шарф и писала письма друзьям. Подобные сюрпризы уже в предпоследнем абзаце любит и умеет преподносить читателю Агата Кристи.

Но игра игрой, а ведь читатель должен поверить, что старушка, вязавшая шарф, могла убить, имела для этого причины, а главное, была способна провести операцию так ловко, что даже знаменитый сыщик со всей своей проницательностью пребывал какое-то время в заблуждении. Хитроумная злодейка, маскировавшаяся под безобидную старушку, должна быть описана автором с психологической убедительностью. Убедительны должны быть и остальные персонажи с их внешностью, манерой говорить… И обстановку, в которой происходит действие, надо уметь описать, и рассказать о том, какая тогда была погода. Все это — требования литературы.

Отношение к сюжету как к началу доминирующему — таков основной признак детективного жанра. Занимательный сюжет встречается, конечно, и в других литературных жанрах, но бывает и так, что автор отказывается от сюжетной занимательности. В рассказах Льва Толстого Смерть Ивана Ильича, Крейцерова соната, Хаджи Мурат нам с первых строи известно, что Иван Ильич умер, что Позднышев убил жену, что Хаджи Мурат погиб. Художнику нужно было, чтобы читатель по-новому осмыслил, иначе увидел какие-то вещи, изменив привычные о них представления. Ожидание законченности, развязки, характерное для сюжетной конструкции, заставляющее читателя лихорадочно переворачивать страницы, видимо, мешало бы задаче, поставленной писателем. И вот сюжету отведена служебная роль, интерес к этой стороне произведения снят. Что же касается детективных произведений, они отказаться от сюжета не могут.

Слепое следование за фабулой сюжета не делает, сюжет надо построить. Одни авторы детективных произведений делают упор на психологию действующих лиц (к ним, видимо, можно отнести Сименона), другие — на безупречное логическое построение и соответственно четкое решение задачи, к ним я бы отнесла классиков жанра, таких, как Эдгар По и Конан Дойль, а из более поздних американских авторов Эллери Куин и в некоторых романах — Рекса Стаута.

Третьи подчиняют все моменту игры, стремлению любой ценой запутать читателя, принося иной раз в жертву и логику, и психологическую убедительность. Этим часто грешит такой несомненно одаренный автор, как Агата Кристи. Некоторые ее произведения вызывают у читателя разочарование, чувство, что его обманули, вроде бы обокрали. В самом деле: следил, напрягался, соображал, а убийцей-то оказался кто-то уж совершенно невозможный, к тому же сумасшедший. Прибегать к безумию преступника — прием, скажем прямо, небогатый. Однако написать, не истощаясь, десятки романов не так, видимо, просто…

Романы, опубликованные в данном сборнике, отвечают правилам построения сюжета детективного произведения: завязка — появление клиента (или появление трупа), развязка — рассказ сыщика, середина — борьба сыщика с преступником.

Последний взгляд. Росс Макдональд

В современном американском детективе сюжет более динамичен, чем в английском детективе. Встреча с клиентом, краткий разговор о гонораре, и вот ужо сыщик куда-то мчится и с первых шагов натыкается на гангстеров, и начинаются погони, выстрелы, опасности… Вскоре обнаруживается, что это гангстеры боковые, к главному делу имеющие лишь косвенное отношение, и сыщик мчится дальше, продолжая поиски главных, но и боковых из виду не упускает… Если Рекс Стаут со своим не любящим двигаться аналитиком Вульфом и быстроногим Арчи Гудвином занимает как бы промежуточное положение между детективами английским и американским, то Росс Макдональд (вместе с Раймондом Чандлером и Эрлом Стенли Гарднером) является ярким представителем именно современной американской детективной новеллы.

Литература всегда так или иначе отражает действительность, и динамичность американских детективов — это, конечно, следствие современной американской жизни.

Клиент, появляющийся на первой странице романа Последний взгляд, просит Лу Арчера разыскать флорентийскую шкатулку, похищенную из сейфа супругов Чалмерсов. Простенькое, казалось бы, дело разрастается до огромных размеров и сопровождается убийствами. Обилие огнестрельного оружия на страницах романов Макдональда, Чандлера, Гарднера и других мастеров детективного жанра современной Америки не может не поражать. Впечатление такое, что револьвером вооружен каждый персонаж романа, включая и дам. Дама, выхватывающая пистолет из кармана домашнего халатика и готовая тут же стрелять в посетителя, — явление, видимо, не слишком редкое… Войдя в невинно выглядящий загородный домик и сразу наткнувшись там на труп, сыщик не удивляется нисколько… В романе Последний взгляд идет борьба куда более серьезная, чем простая борьба сыщика с нарушителями закона. На одной стороне тут хищники, лишенные всяких моральных устоев, готовые ради денег и ради прихоти убить и ограбить ближайших родственников, а на другой — горстка честных и беззащитных людей, на сторону которых становится сыщик Лу Арчер. Между прочем, не вмешайся Лу Арчер во все эти темные дела, преступники, хорошо защищенные властью денег, ушли бы от возмездия… Их давние, за кулисами романа совершенные преступления могли остаться безнаказанными, ибо богатые могут себе многое позволить…

Растущее проникновение Федерального бюро расследования в частную жизнь граждан США отражено в романе Звонок в дверь. Ни высокое положение в обществе, ни богатство — ничто не может защитить от ФБР. Клиент, появившийся на первой странице романа,— богатая вдова Рэчел Бранер. Она дерзнула бросить вызов ФБР, и вот за этой женщиной и ее близкими установлена слежка, телефоны подслушиваются, и уже шагу нельзя ступить без незримого и гнетущего присутствия агентов ФБР. Рэчел Бранер обращается к Ниро Вульфу п сразу вынимает чековую книжку: любые деньги за то, чтобы избавить ее от внимания ФБР. Ниро Вульф за дело берется, и идет борьба. На одной стороне человеческая независимость, самоуважение, чувство собственного достоинства, а на другой — все на своем пути давящая, наглая от безнаказанности сила государства в государстве. Мощь ФБР и незащищенность от него частных лиц — вот что отражено литературной стороной романа. Условия детективной игры таковы, что победить непременно должен сыщик. И вот Ниро Вульфу в его безнадежной, казалось бы, борьбе помогает убийство, которого, между прочим, могло бы и не быть. Но не будь убийства, Ниро Вульфу, несмотря на всю его хитроумную изобретательность, вряд ли удалось бы поставить могучее ФБР в трудное положение и диктовать ему условия…

Еще одна горячая точка американской действительности, а именно нерешенная расовая проблема на юге США, отражена в романе Душной ночью в Каролине. В городке Уэллсе штата Каролина расистами являются поголовно все, за исключением, быть может, нескольких интеллигентов, таких, как Эндикотт, — впрочем, он не уроженец Юга. И лица, находящиеся на низкой ступени развития, едва знающие грамоту, и лица, постоянно нарушающие закон, — все они, тем не менее, считают себя куда выше умного, образованною, честного и скромного Вирджила Тиббса. Добродушный и по-своему вполне порядочный полицейский Сэм Вуд, как и все, находится в плену расистских предрассудков: ему неприятно, когда негр садится рядом, раздражает, когда негр называет его по имени без мистера. Когда Тиббсу удалось найти убийцу, чего местная полиция не была в состоянии сделать, высшая адресованная негру похвала, на которую способен Сэм Вуд, такова; надо было бы Тиббсу родиться белым! Провожая Тиббса на вокзал, всем ему обязанный Гиллспи руки негру на прощание не подает… И в этом романе соблюдено правило игры — сыщик победил. Но вот справедливость все же не торжествует! Ясно, что общение с Тиббсом ровно ничего не изменит во взглядах обитателей Уэллса. Те, кто близко познакомились с Тиббсом и сумели оценить его, будут считать его просто счастливым исключением среди негров, и ничего больше…

Литература невозможна без авторского отношения к описываемому. Мастеров жанра, таких, как Конан Дойль, Сименон, Агата Кристи, Дороти Сейерс, Рекс Стаут, Росс Макдональд, и других объединяет ненависть к преступлению и к лицу, преступление совершившему. Ниро Вульф, как ни любит комфорт, совести своей не продаст, на компромиссы с виновными не пойдет, защищать согласен лишь правое дело. Рискуя всем, вступает Ниро Вульф в борьбу против ФБР в роли Давида, сражающегося с Голиафом. Сила на стороне Голиафа, но правда-то на стороне маленького Давида. И симпатии всех честных людей на его стороне… Лу Арчер, этот странствующий рыцарь, неизменно симпатизирует тому, кто слаб, обманут, угнетен. И Лу Арчер не колеблется идти против сильных мира сего и, хотя существует на свой заработок частного сыщика, готов бедному помочь и безвозмездно.

Таковы же оба сыщика Агаты Кристи, хотя этот автор иной раз позволяет своему преступнику уж слишком разнуздаться. Уже четверо действующих лиц убиты, пятый ранен (или полузадушен), и лишь на этом, полузадушенном, удается Пуаро (или мисс Марпл) схватить преступника за руку. С каждым убийством число подозреваемых растет — то один, то другой персонаж из романа выбывают, — растет и читательское напряжение, ради чего, собственно, в условном мире детективного романа и допущено столько убийств. Некоторые авторы, следовательно, чрезмерно увлекаются игровым моментом.

Джон Болл к ним не принадлежит. Его роман Душной ночью в Каролине построен строго и ограничен одним убийством. В этом романе сыщик сражается не только против преступника, но главным образом против расовых предрассудков. Первая борьба кончается победой Тиббса, вторая ничем не кончается. Торжество сыщика не полное, и кажется, что в день его отъезда из Уэллса молодой негр так же одинок и гоним, как в день приезда. Вирджил Тиббс — фигура трагическая, этим и отличается от всех своих собратьев по профессии. Не поэтому ли роман Душной ночью в Каролине был экранизирован и назван лучшим детективным романом 1965 года?

В лучших образцах детективного жанра присутствует нравственная позиция автора. Она выражается в том, что жажда справедливости, живущая в каждом из нас, неизменно бывает удовлетворена. Ход детективного романа (или новеллы) — кратчайшее расстояние между двумя точками: преступлением и наказанием. В произведении этого жанра преступление всегда раскрывается, виновные несут наказание, а невиновные если страдают, то недолго и за свои страдания вознаграждаются. И все это происходит на глазах у читателя. Между прочим, фигуры, по ходу игры исчезающие с поля, иначе говоря персонажи убиваемые, — это, как правило, те лица, которые не вызывают читательской симпатии. Это пли лицо, едва успевшее появиться на страницах романа, или лицо, чем-то неприятное. Исключения бывают, но они лишь подтверждают правило.

Итак, литература и игра. Литература явно человечного свойства и игра, требующая внимания, развивающая сообразительность и склонность к анализу, но, как каждая игра, дающая мозгу нужное ему переключение, а значит, отдых. Не потому ли детективный жанр столь популярен?

 Наталия Ильина

Об авторе
Поделитесь этой записью
1 комментарий к этой записиОтправить свой
  1. I’ll try to put this to good use immediately.

Оставить свой комментарий

Пожалуйста, введите ваше имя

Ваше имя необходимо

Пожалуйста, введите действующий адрес электронной почты

Электронная почта необходима

Введите свое сообщение

Детективный метод © 2016 Все права защищены

Детективный метод. История детектива в кино и литературе