Таинственные истории. Статья из Британской энциклопедии

Таинственные истории. Статья из Британской энциклопедии

ТАИНСТВЕННЫЕ ИСТОРИИ (mystery stories) разделяются на несколько типов или классов, среди которых основными являются истории с загадками, истории с привидениями и детективные истории. Третий из этих типов заслуживает того, чтобы быть выделенным в отдельное направление литературы в силу особой природы своего построения. В согласии с принятыми на себя обязательствами автор должен дать основную сюжетную завязку уже в первых главах книги. Развитие сюжета связано с преступлением (по крайней мере, кажущимся преступлением) и интерес книги лежит в определении его обстоятельств, методов и мотивов. Читатель приглашается наблюдать за следствием и померяться своей сообразительностью с автором, попытавшись разгадать тайну pari passu (наравне и одновременно (лат.)) с героем детектива. Многочисленные современные приключенческие романы драпируются под детективы и часто ошибочно считаются таковыми, например романы Джона Бьюкана (John Buchan) и Сапера (псевдоним H.C.Mcneile (1888-1937), автора популярных в 1920-30 годов триллеров, в том числе известного до сих пор Bull-Dog Drummond (1920)). Но формула детектива требует большего чем мистификация, она требует исходного fait accompli (свершившийся факт (фр.)), в разъяснении которого и заключен основной интерес книги.

Трудно предполагать, что у подобных историй были литературные предшественники до XIX века. Царь Эдип Софокла мог бы быть детективом, если бы читатель не знал сюжета заранее, но это условие не выполнялось в то время, когда создавалась трагедия. Представляется, что жанр развивался почти одновременно во Франции и США, к чему, вероятно, подтолкнули создание по-новому организованной полиции, которую вызвала к жизни промышленная революция, а также публикация Мемуаров знаменитого преступника и детектива Видока. Эмиль Габорио был, безусловно, первым литератором, внедрившим в умы европейской публики достаточно полное представление об уликах, дедукции и о детективном методе в целом. В США счастливый гений Эдгара Алана По (1809-1849) произвел на свет как собственно детектив, так и жанр новеллы (short story) вообще. По удалось, и это, вероятно, уникальное достижение, под видом литературного вымысла объяснить загадку реально совершенного преступления, что и было подтверждено последующими признаниями. Тайна Мари Роже точно описывает детали дела Мэри Сесиль Роджерс (1842), хотя место действия и было перенесено из Нью-Йорка в Париж. Нынешнее развитие жанра связано с Англией. Лишь немногие детективы, изданные с тех пор в США, имели значимый успех в Европе, и хотя в наши дни Гастон Леру возродил традиции Габорио в Тайне желтой комнаты, ему, как и самому Габорио, серьезно мешает недостаток изобретательности.

Вершинное достижение середины викторианской эпохи — Лунный камень Уилки Коллинза (1824-1889). Его многословие неприемлемо для современного читателя, но изобретательность и оригинальность этого романа безупречны. Возможно, тем не менее, что основной импульс этому литературному движению дала  история, которая вовсе не является детективом – Тайна Эдвина Друда  Диккенса. С тех пор, как автор умер, не только не завершив свою книгу, но и не дав истинного сюжетного решения, изобретательность критиков была подвергнута испытанию. Между 1870 и 1880 годами было предложено четыре варианта решения, и с тех пор возникла целая литература по этой проблеме, существенный вклад в которую внес Эндрю Ланг (см. Edwin Charles, Key to the Drood Mystery, 1908). След этого направления уже остывал, когда сэр Артур Конан Дойл придал жанру его классическую форму и оставил на нем свой неизгладимый отпечаток благодаря появлению рассказов о Шерлоке Холмсе.

Это относится к периоду 1891-1900 годов. Собака Баскервиллей представляет собой лишь блистательное возрождение того, что было достигнуто сэром Артуром в предыдущем столетии, хотя он был вынужден постоянно описывать подвиги своего героя, чтобы удовлетворить требования читателей. Принципиальное значение его вклада в детективную литературу связано с концентрацией внимания на фигуре детектива. Лекок, Дюпен и сержант Кафф никогда не завоевывали сердце публики, только Шерлок Холмс, почти сразу, стал международной  знаменитостью. Его непрерывно пародировали, и его имя стало нарицательным. Детективы последовавшие за ним – Трент, отец Браун, Ано, Пуаро и так далее –  это лишь вариации на его тему, но никому из них не удалось занять его место.

В нынешнем столетии, особенно после мировой войны, популярность детектива достигла огромных высот. Его популярность (подобно популярности кроссвордов) обусловлена, по-видимому, потребностью в некой компенсации для утомленного ума, который не удовлетворяется стимулами, связанными с проблемами обыденной жизни, и не решается вплотную заняться загадками мироздания. Болезненность современного любовного романа (sex novel) также сдвигает вкусы читающей публики назад к изобретательным рассказчикам. В целом, детективы воспринимаются в качестве отдыха как для авторов, так и для читателей, и некоторые из наиболее удачных их образцов принадлежат писателям, которые предпочли бы остаться в истории литературы благодаря более серьезным произведениям. Снизошедший до детектива А. Э. В. Мейсон добился удачных результатов в своих На вилле Роза и Дом стрелы. Честертоновский отец Браун, чьим отдаленным прообразом был отец Джон О’Коннор из Брэдфорда, как для Шерлока Холмса — доктор Белл из Эдинбурга, поставил roman policier на службу метафизике и даже теологии. Роман Загадка Редхауза А. А. Милна представляет собой плод неурочной работы, не наносящий ущерба репутации крупного юмориста. Э. К. Бентли может  остаться в памяти читателей как homo unius libri (человек (автор) одной книги  (лат.)), если не предпримет попытки повторить успех Последнего дела Трента — источника огорчения и модели для всех авторов детективов.

Среди авторов, ставших известными после войны, пальму первенства за изобретательность заслужила, по-видимому, Агата Кристи (благодаря таким ее романам, как например,  Загадочное происшествие в Стайлз и Убийство Роджера Акройда), однако некоторые ее работы портят уступки сенсационности. С другой стороны, в работах Ф. У. Крофтса и Р. Остина Фримена присутствует тенденция к чрезмерной перегруженности деталями. Творчество Дж. Д. Г. Коула может служить хорошим примером детективной литературы, которой присуща добросовестность, не переходящая в педантизм. Вообще-то беспристрастному наблюдателю кажется, что произведения авторов, создавших только одну или две книги (например, Филипп Макдональд, автор Раздражения (The Rasp)), лучше написаны, чем произведения профессионалов-ремесленников, выдающих каждый сезон по новой книге.

Рональд Нокс

(1929)

Перевод и примечания А.А.Брусова

54321
(0 votes. Average 0 of 5)