У Вадима Михайловича Кожевникова (1909—1984) завидная писательская судьба: его книги читатель открывает с тем нетерпением, какое всегда охватывает человека в преддверии встречи с большим и зрелым талантом. И секрет этого непреходящего успеха кожевниковских произведений у многонациональной аудитории кроется в особенностях художественного дарования их создателя, в том, что он всегда стремился работать над своим жизненным материалом, над своей темой, которую он постоянно поворачивал к нам все новыми и новыми гранями.

Вадим Кожевников

Свою главную творческую задачу Вадим Кожевников видел в отражении трудового и боевого подвига советского народа. Его романы, повести, рассказы ведут принципиальную полемику против безгеройной литературы. Способность к подвигу, по моему глубокому убеждению, — это волевое, творческое качество сознания советского человека, воспитанное в нем всем строем нашей жизни, нравственной атмосферой времени, — неустанно утверждал Вадим Михайлович. — Надо уметь видеть героическое в тех реальных формах, в которых оно существует в тот или иной исторический момент. Эти слова — не торжественная декларация по случаю, не менторское назидание маститого художника молодым. За ними — вся жизнь В. Кожевникова — гражданина и писателя.

Героика революции и революционных преобразований вошла в духовный мир Вадима Михайловича Кожевникова с самых ранних лет. Родился он в глухом сибирском городке Нарыме 22 апреля 1909 года. Отец и мать — ссыльные революционеры. С детства, — рассказывал писатель, — я слышал ожесточенные споры о политике, о войне и мире, о земле и воле… И насколько удержала моя память, в разговорах всегда возникало слово Ленин. Родители В. Кожевникова хорошо знали людей ленинского окружения — С. М. Кирова, В. В. Куйбышева, И. А. Пятницкого, Инессу Арманд! Его дядя А. С. Шаповалов — один из старейших участников революционного движения в России, член петербургского Союза борьбы за освобождение рабочего класса, агент Искры — был лично знаком с В. И. Лениным. Восторженные рассказы Александра Сидоровича о Ленине навсегда запали в мою душу и, можно сказать, во многом определили не только мою жизненную дорогу, но и творческие интересы, — вспоминал В. Кожевников. Трудную радость открытия нового мира и новых людей, в рядах которых боролись родители и их товарищи по партии, вместе с другими впечатлениями детства он в середине 50-х годов подарит Тиме Сапожкову — герою романа Заре навстречу.

Печататься Вадим Кожевников начал с 1928 года, еще будучи студентом литературно-этнологического факультета МГУ. Первый сборник рассказов Ночной разговор увидел свет в 1939 году. Пристально вглядываясь в жизнь, молодой писатель ищет в литературе свой путь, который по праву может быть определен как восхождение к Человеку. На этот путь его благословили старшие товарищи по перу — А. Фадеев, М. Кольцов, И. Бабель. На этом пути его приметил М. Горький, в архиве которого хранится экземпляр рукописи кожевниковского рассказа Кипяток. Преодолевая модные литературные поветрия, влияние уже сложившихся мастеров художественного слова (прежде всего М. Кольцова и И. Бабеля), В. Кожевников упорно учится постигать тайны человеческой души, движения человеческого характера.

Со страниц его лучших произведений 30-х годов встают два мира. Один, увиденный собственными глазами, — социалистическая действительность с ее бурными, темпами, трудовым энтузиазмом, стремлением переделать все и вся: экономику, быт, семью, мораль, природу, человека, твердь земную и хлябь небесную (рассказы Гудок, Сорок труб мастера Чибирева, 1939). Другой, родом из детства, сохраненный памятью, дополняемый рассказами участников, работой над историческими документами, — революция и гражданская война (Пироги, 1931; Акварели, 1933). В повестях Степной поход и Мальчик с окраины (1940) писатель вплотную подходит к своей главной теме — теме героического поведения человека в разные исторические моменты. Истоки трудового героизма современников он видел в подвигах тех, кто совершил революцию и победил в гражданской войне. Соотнесение героики социалистического труда и героики боев за правое дело становится его основным творческим принципом и важнейшим средством проявления человеческого характера.

Великая Отечественная война стала для Вадима Кожевникова величайшей проверкой самого себя как гражданина и художника. Уже 22 июня 1941 года он уезжает на Западный фронт в качестве сотрудника газеты Красноармейская правда. С 1943 года — военный корреспондент Правды. За время войны вышло пятнадцать сборников очерков и рассказов В. Кожевникова (Рассказы о войне, 1942; Любимые товарищи, 1943 и другие), представляющих своеобразную летопись героического подвига советского народа от горького лета 1941-го года до победоносной весны 1945-го. Рассказы и очерки различаются и по фактическому материалу, и по проблематике, и по жанру, и по характеру изложения событий. Единственное, что их объединяет, — это продолжающийся поиск писателем своего варианта советского характера во всей его неповторимой самобытности, в его особой соотнесенности с историей. Кожевниковский человек на войне живет как бы на перекрестке двух времен — прошлого и настоящего.

Фронтовик, вернувшийся к мирному труду, опаленный войной, но не утративший человечности, становится после победы сначала героем очерково-документальной прозы В. Кожевникова (Драгоценные черты, 1947; Энтузиасты, 1947; Сталевар Сергей Михайлов, 1947; Скоростники, 1948; Зеленый океан, 1950), а затем совершенно закономерно переходит в рассказы, повести и романы.

Исследователи творчества Вадима Кожевникова (И. Гринберг, Е. Книпович, Б. Леонов) подметили одну любопытную закономерность: на каждой ступени более чем полувекового восхождения к человеку героического поведения художник создает одно-два произведения, в которых полнокровнее, чем в прочих, реализуется его основной творческий тезис: Типическое—героическое. Для 30-х годов — это рассказ Сорок труб мастера Чибирева и повесть Мальчик с окраины, в Великую Отечественную — Март — апрель и Мера твердости. Над рассказами и повестями 50-х годов заметно возвышается повесть Знакомьтесь — Балуев! (1959). Среди произведений следующих десятилетий выделяются повести Петр Рябинкин (1968) и Степан Буков (1969), объединенные заглавием Особое подразделение, В полдень на солнечной стороне (1973). Для первой половины 80-х годов программным стал роман Корни и крона (1982). В своих эпицентровых произведениях художник как бы подытоживает разговор о характере современника, о своеобразии его труда, о конкретных исторических формах его героизма на определенном этапе коммунистического строительства и пытается предугадать перспективы будущего развития социалистической личности. И хотя соотношение прошлого и настоящего в этих произведениях различно, оба временных плана одинаково важны для понимания идейно-художественной направленности творчества В. Кожевникова последних лет, сущности его уточняющихся и развивающихся представлений о героическом человеке. Сопоставляя прошлое и настоящее, размышляют начальник строительства газопровода Павел Гаврилович Балуев, экскаваторщик Степан Захарович Буков, директор мебельной фабрики Григорий Саввич Петухов (В полдень на солнечной стороне), потомственные рабочие Семен Фомич и Марат Васильевич Должиковы (Корни и крона) об истории и современности, о войне и мире, о духовных устоях нашей жизни, о своем труде, о коммунизме, но в первую очередь, конечно же, о Человеке.

Кончится война, — говорит Балуев, — самый огромный памятник из нержавейки надо поставить не кому-нибудь персонально, а просто советскому человеку. Человекопоклонниками должны стать… Страстная влюбленность в советского человека, его подвиг — основа нравственного мира героев В. Кожевникова. Все они — человекопоклонники. Слово гуманизм для них не сезонное. Оно наша сущность и цель историческая, — утверждает Степан Буков. Петра Рябинкина война научила не только бою, но и пониманию того, что среди рядовых нет рядовых людей. Тихий, застенчивый, даже чувствительный, Егор Нилович Горохов из романа Корни и крона в бою обретал мстительную дерзость, становясь самозабвенно отважным и бессмертным. Но вспоминая фронт, он рассказывает не об уничтоженных им фашистских танках и солдатах, а о тех советских людях, плечом к плечу с которыми воевал. Главное что? Главное, людей повидал вершинных. Великой душевной красоты и силы духа. От таких получается полная заправка на все дальнейшее прохождение жизни — и нам и тем, кто за нами.

Добавить комментарий