Знакомьтесь, Балуев

Главное поле действия повести Знакомьтесь, Балуев (1959) — современность, будни строительства газопровода. Центральный персонаж — хозяйственный руководитель, которому присуща глубина взгляда на мир. Глубина, проистекающая от осознания не просто производственной, но политической ответственности, от потребности всячески содействовать улучшению, совершенствованию жизни, приближению ее к общественному идеалу.

Павел Балуев — фигура примечательнейшая. Ни один из персонажей книг Вадима Кожевникова не вызывал в критике столько жарких споров. Но, собственно, на полемику и рассчитывал писатель: задор, некий вызов слышны уже в самом заглавии. Знакомьтесь, узнайте, оцените героя — он достойнейший человек, и он своеобычен, неординарен в поступках, манере вести себя… Полемично звучат и некоторые из авторских формул, установок, направляющих художественное исследование. Действительно, какой он… человек грядущего? Как узнать его черты, по каким признакам угадывать? А если попробовать внимательно и терпеливо вглядеться, скажем, в чету Балуевых: вдруг уже есть в них нечто такое похожее?

Собственно, здесь-то и может возникать некое противоречие — оно смущало в свое время иных критиков. Дескать, как же так: с одной стороны, писатель предлагает фигуру пригодного для будущего героя (а то и героев), с другой же — наделяет его (или их) пестрыми, не одними только высокими, чертами: Балуев ведь и чудаковат, и покрасоваться любит, и порой выглядит сухарем…

Противоречие это, однако, кажущееся, порожденное прежде всего лукавой манерой повествования. Начать с того, что балуевские странности чаще всего служат прикрытием доброты, продиктованы желанием помогать людям без навязчивости. Другое дело, что такое желание порой осуществляется несколько неуклюже, что доводы Балуева — мол, он печется не о людях как таковых, а лишь о полезных работниках, об интересах производства, — могут подчас смущать собеседника. Однако же в этом и состоит одна из живых черт характера. Далее. Вдумчиво воспринимая неоднократные высказывания насчет грядущего и людей, достойных его, нетрудно понять: речь идет вовсе не о конструировании чего-то идеального. Вчитайтесь: речь о чертах, признаках того, что имеется в реальной действительности, о внимательном, терпеливом узнавании сущего.

Будущее создается, созидается сегодня — так можно определить пафос книги. Мне кажется, — говорит автор в одном из отступлений, — если человек умеет работать для собственного удовольствия, испытывая самозабвенное наслаждение от своего труда, то можно считать, что он уже стоит одной ногой в коммунизме. Грань будущего, определенная в этих словах, — это одновременно и грань настоящего. Причем не только тех лет, когда действует, строит, мечтает Павел Гаврилович Балуев, но и лет самых нынешних. Более зрелыми, реалистичными стали наши представления о путях в будущее. Однако и прежде и теперь эти пути пролагает труд — умелый, организованный, творческий. Такой, какой и показан, какой и воспет в повести Знакомьтесь, Балуев.

Живым чувством отмечены страницы, выявляющие зависимость морального состояния человека от места, занимаемого им в коллективе, от того, насколько проникается он общественными интересами. Балуев, что очень важно, глубоко укоренен в повести, связан множеством нитей с другими ее персонажами, и мы с удовлетворением отмечаем в людях балуевское: истинность, способность к духовному росту. Это хорошо видно и в молодых героях. В труде, в товарищеском общении выпрямляется Изольда Безуглова, девушка со сложной, драматической судьбой; теплеет, делается мягче, душевнее Капа Подгорная; критичнее становится к себе самоуверенный Борис Шпаковский; напрягая волю, совершает героический поступок Виктор Зайцев.

Возможно, не всегда достаточно полно бывают объяснены психологические причины самокритичных обнажений, к которым прибегают некоторые герои. Однако бесспорно: открытый, целеустремленный, разумный стиль жизни, существующий на руководимом Балуевым участке, помогает людям быть свободными от корыстных чувств, от зависти, недоброжелательства, недоверия.

У передовых электросварщиков Марченко и Шпаковского — разные методы работы: первый стремится к максимальной выработке, для второго более важна виртуозность. Но вот однажды в шве, сваренном Шпаковским, обнаружен брак. Марченко, убежденный в преимуществе своего метода, испытывает было удовлетворение. Но как же искрения, неподдельна его радость, когда выяснилось, что Шпаковский не виноват, что трещина была в подкладном кольце. На следующий день Шпаковский сварил три шва без применения подкладных колец. Это была поистине работа виртуоза. Примечательно, как развивается дальше эта ситуация: друзья-соперники задумываются над тем, чтобы сделать успех Шпаковского общим достоянием.

Осознание высокого смысла труда, своего рабочего искусства дает не просто удовлетворение — крылатую, звонкую радость. Музейный шов. Такую вещь выставлять надо, как произведение, — говорит восхищенно знаменитый сварщик Босоногов, любуясь работой Шпаковского. И тот отвечает, волнуясь: Знаешь, я сейчас счастлив, как Пушкин, когда его Державин за стихи отметил.

Тему труда, рабочего, профессионального мастерства, начатую, как мы знаем, еще до войны, Вадим Кожевников продолжает не только в повести Знакомьтесь, Балуев, но и в цикле коротких повестей и рассказов, появлявшихся немного ранее или немного позже главной книги. Товарищ Елкин, Всю неделю дождь, На Дальнем Севере, Водолазы, Трасса — в этих произведениях описаны достойные люди, в них с разных сторон, опираясь на разный опыт, ставятся проблемы, связанные с духовностью трудовой деятельности. Но повесть Знакомьтесь, Балуев действительно главенствует в данном ряду: крупность, значительность ее содержания очевидна. На это, кстати сказать, и было обращено внимание во время появления книги: споры не помешали, скорее помогли сложиться объективной оценке. А позже и вовсе выявилось: балуевские (и авторские) заботы, размышления предвосхитили многое в дискуссиях о нравственном обеспечении работы хозяйственника, командира производства, начавшихся в литературе, критике десятилетие спустя. Руководитель — это человек, который превосходит других не только знанием, но и драгоценными душевными качествами, — не правда ли, более чем современно звучат эти балуевские слова? Или другие: Сейчас человеком трудно быть. Очень много с него, помимо должности и специальности, спрашивается по линии духовных, неписаных обязанностей.

Добавьте комментарий