Блондинка

Блондинка

Блондинка — вторая глава из детективного романа Фергюса Хьюма «Человек в рыжем парике».

Купить

В понедельник утром Даррел долго сидел за завтраком, мысленно возвращаясь к страшному зрелищу, которым окончилось его ночное приключение.

Извозчик немедленно поднял тревогу, явилась полиция, забрала тело убитого и начала следствие. Даррелу сообщили, что его в ближайшее время вызовут как свидетеля. Писатель не отказывался дать требовавшееся от него показания, но желал принять более активное участие в расследовании. Он хотел понять мотивы преступления, найти убийцу и установить, под каким предлогом жертву заманили в ловушку на Мортэлити-лейн. Одним словом, Даррел желал покинуть зрительские ряды и стать действующим лицом этой драмы, взять на себя роль сыщика и разгадать эту необычную загадку. Это был превосходный случай обогатить свой опыт, собрать материалы и впечатления для нового романа.

Пока он размышлял над всем этим, ему подали визитную карточку, на которой значилось без всяких объяснений только одно имя — Торри. Ранее он никогда этого имени не слышал, однако посетитель был настолько уверен в своей известности, что не счел нужным ничего прибавить к своей фамилии из пяти букв, хотя бы титул. Посмеявшись над этим тщеславным намеком, Даррел распорядился ввести в гостиную странного гостя и минуту спустя увидел перед собой низкорослого, коренастого, улыбающегося и словоохотливого человека. Господин Торри был очень толстым человеком, его круглая голова была гладко выбрита, щеки были залиты румянцем, зубы были ослепительно белыми, а голый череп у затылка был окаймлен коричневой бахромой. На первый взгляд он производил впечатление человека добродушного и легкомысленного, но выражение его глаз быстро заставляло изменить мнение. Глаза смотрели пристально и проницательно и меняли цвет в зависимости от эмоций и мыслей их хозяина. Человек с такими глазами, несомненно, не мог быть дурачком, а потому Даррел решил терпеливо выслушать гостя.

Незнакомец изложил цель своего визита в двух словах.

— Я пришел к вам, — заявил он, без приглашения усаживаясь на стул, — поговорить насчет этого дела на Мортэлити-лейн.

— Вы из Скотланд-Ярда?

— Да, сэр, из Скотланд-Ярда. Я инспектор Торри, и мне поручено следствие по этому делу.

— Очень рад познакомиться с вами, господин Торри, — с подчеркнутой любезностью сказал Даррел. — Я всецело в вашем распоряжении и готов предоставить все необходимые объяснения. Но у меня к вам просьба об одолжении.

— Просьба! — воскликнул Торри. — Я очень рад. Нет большего удовольствия, как оказывать удовольствие другим.

— В таком случае окажите мне удовольствие вместе с вами заняться этим делом.

Глаза Торри вспыхнули стальным блеском, а с языка сорвался короткий вопрос:

— Зачем?

— Господи! — ответил Даррел, пожав плечами. — Потому что я писатель, и для меня это редкий случай получить интересные впечатления. Я уже написал пару детективных романов, которые имели некоторый успех у публики, но меня они не удовлетворили, так как многое пришлось выдумывать из головы. У меня все было наоборот: не объяснения шли за преступлением, а преступление я приспособил к объяснениям; так сказать, построил карточный домик, который будет разрушен в последней главе. А мое правило — по возможности держаться ближе к жизни.

— Мистер Торри, — продолжил молодой человек с поднятым вверх пальцем, — это преступление из реальной жизни, которое я не могу объяснить без тщательного обдумывания. Я хотел бы воспользоваться этим случаем, чтобы проверить на реальном примере, насколько правильно описываю в моих романах методы сыска. С этой целью (признаюсь, весьма эгоистической) я и прошу у вас разрешения помочь вам в розысках.

Торри терпеливо выслушал длинную речь, склонив голову набок, словно старая птица, добродушно кивнул головой.

— Мне не нужно долго думать над ответом. Назначаю вас правой рукой, раз вы этого так хотите. Посмотрим, что из этого выйдет, — и с серьезным видом добавил, — но с одним условием.

— Каким?

— Вы будете во всем меня слушаться и ничего не станете предпринимать по собственной инициативе, не посоветовавшись со мной.

— Конечно. Я буду только рад вашим советам и руководству.

— Решено! Итак, вы мой помощник. По рукам!

Писатель и сыщик пожали друг другу руки и перешли к обсуждению занимавшего их вопроса.

— Прежде всего вы, конечно, намерены найти того, кто убил рыжеволосого мужчину? — спросил новоявленный помощник.

— Не совсем, господин Даррел. Видите ли, мне уже известно, кто его убил.

Фрэнк подскочил от неожиданности.

— Вам известно, кто его убил?

— Да, женщина с белокурыми волосами.

— Вы уверены?

— Если судить по косвенным уликам, да.

— Вы уверены? Откуда вы это узнали? Вы ее арестовали? — Даррел забросал профессионального сыщика вопросами.

Торри жестом прервал его.

— Увы, она вне пределов досягаемости. Она… мертва.

— Мертва! — отшатнулся писатель.

— Да, убита.

— Она тоже убита? Еще одно преступление?

— Верно, и совершено оно в течение часа после первого. Рыжий — есть все основания так полагать — был убит в половине первого ночи, а блондинка была заколота кинжалом между часом ночи и двумя часами утра.

— Но ведь это пока только ваши предположения, не правда ли?

— Конечно. Их должно подтвердить официальное вскрытие тел, назначенное на завтра в три часа дня.

— Где было найдено тело женщины?

— Около Темзы, на набережной. Его нашли у обелиска Клеопатры на ступеньках, ведущих к воде.

— Ага! Понимаю, — задумчиво пробормотал Даррел, — и вы решили, что убийца хотел бросить тело в воду и скрыть следы преступления?

— Да, я так думаю. Но что-то ему помешало и вынудило бежать.

— Кто нашел труп?

— Бродяга, спустившийся в шесть часов утра к реке, чтобы помыть руки. Я осматривал костюм рыжего, когда мне сообщили о новом преступлении. Узнав, что убита женщина, я немедленно отправился взглянуть на тело.

Обелиск Клеопатры, набережная Виктории
— Почему? У вас были подозрения, что это преступление связано с первым?

— У меня уже была теория!.. Честно признаюсь, это довольно шаткие предположения, но все-таки не лишенные оснований. Судите сами!

Торри вынул из внутреннего кармана пиджака кусок сильно изорванного черного кружева и бросил на стол. Даррел небрежно посмотрел на кусок ткани и вопросительно взглянул на сыщика.

— Я нашел это в левой руке рыжего, — объяснил инспектор. — Из этого я заключил, что, защищаясь от удара, он вцепился перед смертью в одежду убийцы. А так как мужчины не носят кружев, следовательно, его убила женщина. Вам понятен ход моих мыслей?

— Да, вы рассуждаете логично. Но… почему вы решили, что это та же женщина?

— Как вам сказать, — ответил Торри, почесывая свою лысину, — гениальное озарение, вероятно… В одну ночь двое убитых: мужчина и женщина. Мужчина убит ударом кинжала в сердце, женщина тоже. Его убили на Мортэлити-лейн, ее — неподалеку на набережной. Все это позволяло предположить, что оба преступления связаны.

— На вашем месте я пришел бы к такому же выводу, — согласился Даррел.

— Итак, вы отправились взглянуть на тело женщины?

— Я нашел на ее платье точно такое же кружево. Более того, спереди не хватало как раз куска, который был оторван. Стало быть, можно считать доказанным, что это она убила рыжего.

— Похоже, — пробормотал Даррел. — Но кто убил женщину?

— А! — развел руками сыщик. — Вот этой загадкой нам и придется с вами заняться. На белье женщины нет никаких меток, а в карманах ни одного письма или платка с инициалами. Платье хорошо сшито, есть основания предполагать, что она из зажиточного класса. Установить же ее личность нам пока не удалось. Я даже, право, не знаю, как за это дело взяться.

— Почему вы не хотите сначала установить личность рыжего человека?

— Да, я бы и сам с этого начал, но, видите ли… он был переодет… поэтому…

— Переодет?

— Рыжие волосы оказались париком, а борода — фальшивая. Это пожилой человек шестидесяти пяти лет. Круглое лицо, лысый череп, окаймленный седыми волосами… вроде моего, — прибавил Торри, погладив себя по голове, — только я еще не совсем поседел. Чтобы закончить с приметами, могу сообщить, что он гладко выбрит, а во рту несколько золотых коронок.

— Вы думаете, что это… как бы выразиться… джентльмен?

— Уверен. За руками и ногами он тщательно ухаживал, белье безукоризненной чистоты.

— И никаких меток на белье?

— Есть метка. Он сменил только верхнюю одежду, но оставил белье и башмаки… что доказывает, что у него не было опыта маскировки. Опытный человек, привыкший маскироваться для темных делишек, переодевается с ног до головы. А этот бедняга не ожидал, что его убьют, посчитал, что достаточно сменить верхнюю одежду.

— На рубашке вышита фамилия?

— Нет, только инициалы. Рубашка, белье, кальсоны и носки имеют метку «Дж. Г.» Белье очень хорошего качества. Это, по-видимому, очень богатый человек.

— Почему вы о нем говорите в настоящем времени? — с мрачным видом спросил Даррел.

— Он не просто человек, а наша зацепка.

— И вы надеетесь при помощи инициалов установить его личность?

— Думаю, это будет нетрудно. На рубашке есть клеймо фабриканта: «Харкот и Харкот», на Бонд-стрит. Кто он, это мы быстро выясним, вопрос в том, кто эта женщина.

— Думаю, это будет просто, — возразил Даррел. — Вы говорите, что второе преступление связано с первым. Если так, установите причину первого убийства, и это поможет нам установить причину гибели женщины-убийцы. Что касается меня, то я начал бы с инициалов.

— Пожалуй, — задумчиво согласился Торри. — Если же это ничего не даст, то у меня есть, на всякий случай, еще один след.

— Еще один след? Какой?

— Какой? — переспросил сыщик, пристально глядя на Даррела, — а вот этот! Синяя мумия.

Оцените статью
Добавить комментарий