vldmrvch.ru

Веселое введение в детский детектив

Кто не знает, что самый трудный возраст — подростковый. И трудно от этого возраста всем: и родителям, и учителям, и, что самое главное, — самим подросткам. Психологи объясняют эти трудности разными причинами, но не в последнюю очередь и той, что именно в 12-15 лет вчерашний ребенок вдруг начинает осознавать бремя ответственности за каждый свой шаг, каждый поступок. Жизнь, в которой еще вчера тебя были готовы подстраховать родители, начинает вдруг писаться всерьез, сразу набело, время спасительных черновиков и промокашек исчерпывает себя. Начинаться вхождение во взрослый мир, а процесс притирания редко бывает безболезненным. И чем больше острых углов у взрослого мира, чем больше топорщится ежиком самостоятельности подросток, не желающий расставаться с миром детских иллюзий и фантазий, тем труднее проходит процесс их взаимного узнавания, их привыкания друг к другу.

В этот сложный период тинейджеру, во что бы то ни стало стремящемуся доказать свою самоценность, особенно нужен наставник. Умудренный опытом экскурсовод, сталкер во взрослую страну, готовый предостеречь от беды и смягчить горечь неизбежных разочарований. Не всегда справляются с этой ролью родители и учителя, привыкшие оценивать мир отметкой в классном журнале. Иной раз могут дать ложный ориентир и друзья: ведь путь во взрослость нередко похож на проход через болото — с кочки на кочку. Оступился — увязнешь…

И тут незаменимую помощь может оказать книга. Ненавязчивый советчик, никогда не попрекающий (вот говорил же я тебе!), она становится опытным поводырем через болотистую местность взрослой страны, осторожно открывающим перед подростком ее тайны.

Безусловно, книги, подобно людям, бывают хорошими и разными: добрыми и злыми, умными и пустыми, занудными и веселыми. Во фламандской Бельгии, где испокон веков свободолюбивый и задиристый дух Тиля Уленшпигеля соседствовал с заунывно-католической муштрой отроков и отроковиц, едва ли не до середины нынешнего столетия подростков вводили в разум полным наставлений чтивом с нестерпимым привкусом назидательности: что такое хорошо и что такое плохо. С прошлого века практиковалось раздельное, под стать обучению, чтение: для мальчиков и для девочек. Для пущего благочестия вступающих во взрослость чад рекомендовалось кормить бесконечной серией дидактических рассказов Школьные идиллии. Лишь в начале XX века, когда произошел мощный подъем фламандской взрослой литературы, за несколько десятилетий преодолевшей патриархально-провинциальную сонливость и разом вписавшейся в литературу европейскую. Маститые писатели и критики забили тревогу по поводу полного отсутствия живой детской литературы. Ощутившие себя европейцами литераторы схватились за голову, Предвидя и отсутствие смены: Наше подрастающее поколение получает в качестве пищи духовной исключительно приторную дидактическую жвачку, способную вскормить лишь старых дев да тупоумных бюргеров. В страну хлынул поток переводной литературы наилучшего образца: сказки Андерсена, романы Жюля Верна и Карла Мая, Р.-Л. Стивенсона и Гектора Мало…

Однако подлинный расцвет национальной детской литературы заставил себя ждать вплоть до 50-х годов XX века. Если до второй мировой войны фламандских детей и подростков воспитывали в основном на переводных сказках. Исторических и приключенческих романах и девичьих повестях, то после войны, преподавшей взрослой Бельгии весьма жесткие уроки, детская и, в особенности, подростковая литература заметно серьезнеет и взрослеет, осмысливая суровый опыт оккупации страны. С этого времени в юношескую литературу входят взрослые темы предательства, нравственного выбора и трудного познания истины в эпоху размытых идеалов. Писатели Сирил Ферлейен, Кор Риа Лейман, Рене Стреленс начинают говорить с подростками о проблемах, которые волнуют все общество. И наконец, в семидесятые годы фламандская литература для детей и юношества обретает то качество, ту истинную, наработанную в творческих поисках предыдущих поколений самобытность, которая позволяет ныне говорить о ней как о ярком явлении европейской культуры. Молодые писатели Мирей Коттенье, Гастон фан Камп, Жюльен фан Ремонтере и Карел Ферлейен без всяких скидок на недостаточную взрослость вступают с подростками в диалог, начав писать для них проблемные книги — о том, что составляет содержание современной жизни: загрязнение окружающей среды, мания потребительства, коррупция, родительские разводы, сексуальные проблемы — иными словами, ими затрагивается весь тот круг проблем, которые в той или иной мере наравне со взрослыми затрагивают и подростков: одних — в виде информационного шума, других — в качестве личного опыта.

И здесь для фламандских писателей излюбленным жанром, с помощью которого им легче всего вести с подростком разговор, становится детектив. Тот самый детектив, вокруг которого столько копий сломано серьезной критикой, вот уже второе столетие не могущей решить: является ли детектив настоящей, полноценной литературой или же его место среди литературы ненастоящей, называемой то массовой, то развлекательной, а то и вовсе бульварной. Фламандских же писателей жанр детектива привлек, видимо, тем, что именно ему присущи те функции, которые как нельзя лучше отвечают задачам, поставленным перед своим произведением писателем, вступающим в беседу с подростком. Во-первых, это функция нравственная, ибо в детективе, как ни в каком другом жанре, зло обязательно должно быть наказуемо. Во-вторых, функция познавательная, ибо все характеры и типы прорисовываются в детективе в социальном плане, на фоне окружающей среды, в интерьере реальной узнаваемой жизни. Ведь если вспомнить, лучшие книги Агаты Кристи могут посоперничать с энциклопедией провинциальной Англии, ее предрассудков, образа жизни и обычаев. И наконец, не менее важная функция детектива — развлекательная или занимательная, что для проблемной детской книги играет весьма существенную роль. И нравственная, и познавательная функция скорее всего не работают на переходный возраст, когда подросток склонен любой совет воспринимать как нравоучение, а рассказ о социальных проблемах выслушает с тем же вниманием, что и объяснения докучливого учителя. В шерлокхолмсовской же обертке занимательности подросток не заметно для себя войдет в круг проблем, о которых с ним хочет поговорить писатель, и без всякого раздражения сделает нравственный вывод, к которому его исподволь подведет книга.

***

Боже мой, ну почему у нас так скучно учат в школе? Ну почему так нудны родительские нотации? — в сердцах восклицала знаменитая голландская сказочница Анни Шмидт. Своими книгами фламандские писатели Карел Ферлейен, Рогер X. Схуманс и Лидия Фербейк стараются загладить эти погрешности взрослого мира, по возможности облегчив вступление в него своему читателю — подростку.

Е. В. Любарова

Из предисловия к сборнику Враг без лица:
Фламандский детский детектив

Об авторе
Поделитесь этой записью
1 комментарий к этой записиОтправить свой
  1. Your answer was just what I needed. It made my day!

Оставить свой комментарий

Пожалуйста, введите ваше имя

Ваше имя необходимо

Пожалуйста, введите действующий адрес электронной почты

Электронная почта необходима

Введите свое сообщение

Детективный метод © 2016 Все права защищены

Детективный метод. История детектива в кино и литературе