vldmrvch.ru

Менялы

Роман Менялы (The Moneychangers, 1975), как и все предыдущие романы Артура Хейли вряд ли кто-либо рискнет причислить к вершинам литературы Соединенных Штатов. Вместе с Джеймсом Элбертом Миченером, Марио Пьюзо, Флетчером Ннбелом и многими другими автор романов Аэропорт и Отель занимает место не выше среднего яруса американской прозы, располагающегося между откровенным чтивом и подлинно художественной литературой. При этом, как писала в мае прошлого года газета Нью-Йорк таймс, критиковать книги Хейли бессмысленно: это ничего не изменит в их издательской судьбе… Проблема литературного качества не имеет никакого отношения к их будущему; так или иначе, читательский успех им гарантирован.

Прогноз американского рецензента не замедлил оправдаться: на протяжении многих месяцев Менялы оставались в списке бестселлеров, успешно борясь за первенство в нем с историческим романом Джеймса Миченера Столетие (Centennial, 1974) и Обещанием радости (The Promise of Joy, 1975) Аллена Друри. Но было бы неверно объяснять успех Менял только непритязательностью обывательского вкуса, довольствующегося увлекательной интригой, обилием любопытной информации и равнодушного к безликости и трафаретности человеческих характеров в книгах Хейли. К слову сказать, пружины сюжета закручены в Менялах не столь туго, как, например, в Отеле, а сам предмет изображения — банковское дело — внешне несравненно менее колоритен, нежели романтический мир современной авиации. И все же схематизм композиции и условность персонажей Менял в известной мере искупается сиюминутной злободневностью, прямой соотнесенностью романа с обстановкой, сложившейся в США в середине 70-х годов, в поствьетнамскую и постуотергейтскую пору.

The Moneychangers

Как всегда у Хейли, интрига в Менялах развивается в нескольких направлениях. Криминальная линия связана прежде всего с фигурой Майлса Истена, который вначале попадается на крупной краже в Первом американском коммерческом банке, где он занимает довольно видный пост, но затем, по-видимому перевоспитавшись, проникает по поручению секретных служб в святая святых банды фальшивомонетчиков и едва не платится за это жизнью. На страже интересов банка выстраивается разноплеменная — в буквальном смысле слова — коалиция: это, помимо Истена, пуэрториканка Хуанита Нуньес, профессиональная память которой (она работает кассиршей) помогает направить расследование по верному пути, и, принадлежит главная заслуга в распутывании клубка посягательств на банковский капитал.

Крупные банки, к числу которых, как следует из содержания Менял, принадлежит и Первый коммерческий банк, по-прежнему составляют опору американского монополистического капитализма. Знакомясь с романом Артура Хейли, следует учитывать, что в широких демократических кругах Америк и, начиная с великой депрессии 30-х годов, бытует стойкая неприязнь к большим деньгам, их обладателям и институтам, эти большие деньги сосредоточивающим. Вот почему для автора Менял, и в мыслях не склонного покушаться на такие незыблемые опоры общественного строя США, как гигантские коммерческие банки, главным оказывается не хитроумное сплетение детективных историй, выписанных стандартно и маловыразительно, а носящее вполне серьезный характер обсуждение того вклада, какой могло бы (как убежден и пытается убедить своих читателей романист) внести в решение актуальных социально-экономических проблем страны банкирское сословие.

С дебатами по поводу роли американских банков в борьбе с углубляющимся экономическим кризисом, со спорами, ведущимися на заседаниях совета директоров и продолжающимися в уютных гостиных, а то и на любовном ложе, связаны — как это ни неожиданно для произведения в известном смысле легкого жанра — наиболее увлекательные страницы романа Хейли. После смерти основателя Первого коммерческого банка дирекция оказалась на распутье. Первый вице-президент Роско Хейуард — бизнесмен, что называется, старой школы. Прибыль — наша цель номер один, джентльмены, — провозглашает он свою экономическую программу.— Мы должны стоять в стороне от социально-политических проблем и заботиться о прочности финансовых позиций наших клиентов. Следуя этому принципу, Роско (так запросто называют его в банке) выступает за колоссальные ссуды монополиям, противясь расходам на социальные нужды — на строительство дешевых квартир для бедняков или на создание новых отраслей производства, в которых могли бы найти работу толпы безработных.

Иной тип банкира, которому безраздельно принадлежат симпатии романиста, являет собой соперник Роско в борьбе за высшую должность в банке Алекс Вандерворт. Алекс — выходец из голландской фермерской семьи более чем скромного достатка — один из тех, кого в Америке называют self-made men: его жизненная карьера задумана Хейли как воплощение типичного пути к успеху человека, сознающего свою принадлежность к массе рядовых граждан. Беда нашего времени в том, что банкиры стали слишком далеки от насущных нужд этих людей, — заявляет Алекс в момент знакомства с ним читателя. Этому тезису созвучно и все дальнейшее поведение голубого героя, сочетающего, по уверениям автора, оборотистость незаурядного дельца с возвышенными популистскими и чуть ли не социалистическими идеалами.

То, что мы сейчас наблюдаем в Америке и в чем участвуем, является социальной революцией, — теоретизирует просвещенный банкир в романе Хейли. — Массы недовольны существующим положением вещей и жаждут перемен; поэтому финансисты со своей стороны должны осознать меру собственной социальной ответственности. До поры до времени гневные тирады Алекса, осуждающего нарушение банком антитрестовских законов и забвение интересов маленького человека, остаются гласом вопиющего в пустыне. Его коллеги уже готовы подвергнуть своего заблудшего собрата остракизму, но тут вмешивается рука провидения (то бишь всесильного автора), и конфликт двух мировоззрений, двух экономических принципов разрешается в пользу Вандерворта и его стратегической линии. Курс Роско Хейуарда приводит Первый коммерческий банк, а вместе с ним и бесчисленных мелких вкладчиков на грань катастрофы. Сам незадачливый банкир сводит счеты с жизнью в классической манере американских банкротов, выбрасываясь с последнего этажа небоскреба. Перспективы же покинутой им финансовой империи по-прежнему туманны…

Отстаивая образ действий, связанный с фигурой Алекса Вандерворта, автор Менял, как и множество буржуазных идеологов, пытается, по существу, опровергнуть одно из краеугольных положений марксистской теории капитализма XX века — неизбежность сращивания промышленного капитала с банковским и возникновение могущественного конгломерата, концентрирующего реальную власть в государстве. Идеологическая окраска книги Артура Хейли вполне недвусмысленна; столь же очевидна искусственность и иллюзорность предлагаемых ее автором в беллетристическом облачении социально-экономических ответов на тревожные для американцев проблемы времени.

При всем том в романе Хейли слышны и гневные разоблачительные интонации, рожденные недовольством и смятением тех, кто в последние годы становился свидетелем шумных политических скандалов и на собственном опыте испытал жестокую реальность экономического спада. Люди больше не верят тому, что им говорят — они свыклись с мыслью о повсеместно окружающем их обмане… Все в нашей стране попирает личность и служит целям безликих организаций — большого бизнеса, больших профсоюзов, гигантских банков, федерального правительства… — такого рода высказывания в соотнесении с многочисленными фактами образуют постоянный эмоциональный фон романа Менялы, который, невзирая на все его недостатки, нельзя сбросить со счетов, говоря об отражении художественной литературе актуальных проблем сегодняшней Америки.

А. Мулярчик 

Об авторе
Поделитесь этой записью
Оставить свой комментарий

Пожалуйста, введите ваше имя

Ваше имя необходимо

Пожалуйста, введите действующий адрес электронной почты

Электронная почта необходима

Введите свое сообщение

Детективный метод © 2016 Все права защищены

Детективный метод. История детектива в кино и литературе