Преамбула
Когда у меня родился второй сын и уже истекал срок, положенный по закону для регистрации его имени, мы с женой совсем было решили назвать его Бенджамином, потому что перед самым его рождением жена смутно
Сколько в зеркало ни всматривайся, все равно не увидишь себя таким, каким был полвека назад! И все-таки… Все-таки прошлое можно приблизить, увидеть, и не только увидеть, а даже почувствовать себя молодым.
Среди двадцати романов, опубликованных Сомерсетом Моэмом между 1897 и 1948 годами, и читатели, и критики — в этом смысле разногласий не наблюдается — лучшими признают четыре: Бремя страстей человеческих
Свои самые известные романы Гарри Паттерсон опубликовал под псевдонимом Джек Хиггинс, но не менее плодотворным, оказалось творчество писателя и тогда, когда он писал под своим настоящим именем, — наиболее
Уже будучи автором многих книг, Джек Хиггинс отважился на весьма смелый поступок: он кардинально изменил свой литературный стиль, чем снискал себе поистине всемирную славу, а его романы были переведены
Имя пламенного коммуниста-интернационалиста Рихарда Зорге, отдавшего свою жизнь в борьбе с фашизмом, стало для советских людей символом мужества, героизма, самоотверженности. Зорге посвящено немало книг
Уильям Сомерсет Моэм прожил долгую жизнь, почти 92 года (1874—1965), а литературная деятельность его продолжалась шестьдесят пять лет, 1897 и 1962 — годы первой и последней публикаций — таковы конечные
У Вадима Михайловича Кожевникова (1909—1984) завидная писательская судьба: его книги читатель открывает с тем нетерпением, какое всегда охватывает человека в преддверии встречи с большим и зрелым талантом.
Юлиан Семенович Семенов родился в 1931 году в Москве. В 1953 году окончил Институт востоковедения, приобретя специальности историка и востоковеда. Некоторое время занимался исследовательской и преподавательской
Любовь к родине — об этом, по словам Купера, написан Шпион. Книга напоминала американцам, какая земля и какая история их объединяет. Соединенным Штатам Америки в то время еще не исполнилось и пятидесяти лет.
Я пишу послесловие к роману, но не могу обойтись без личных ощущений, связанных с тем временем. Прости меня, моя Москва, — Не день один, Не год один, Я больше, чем к тебе, Тогда Спешил в неведомый Берлин
В своей книге Моя тайная война (My Silent War) Ким Филби не рассказывает об этой стороне своей биографии. Настоящее издание книги сохраняет основную канву повествования1, опубликованного несколько лет