Преамбула

Роман Оливера Пётча «Заговор Людвига» погружает читателя в атмосферу таинственной Баварии и предлагает по‑новому взглянуть на одну из самых загадочных страниц европейской истории — смерть короля Людвига 

Роман Владимира Дмитриевича Успенского «Тайный советник вождя» — произведение, которое вызывает живой интерес читателей и споры среди историков и литературоведов. Оно погружает в атмосферу советской эпохи

Династия Февалей. Поль Феваль-сын — статья Геннадия Ульмана, раскрывающая подробности из жизни одного из самых популярных французских писателей XX века. Вот как я отношусь к продолжениям.

Фантомас, или Энеида наших дней — предисловие Франсиса Лакассена, специалиста по по популярной культуре и французской литературе XIX века, прозванного «человеком тысячи предисловий»1.

Дюма — отец нас всех. Гастон Леру о «Графе Монте-Кристо» — статья Геннадия Ульмана, посвященная продолжениям легендарного романа Александра Дюма Некоторые убивают из мести.Дураки… Другие нападают на плоть,мстят плоти.

«Будет ли завтра светлый день?», или Возмездие по Полю Февалю — статья Геннадия Ульмана, посвященная анализу первого романа из цикла «Черные одежды». 1. Главный герой — организация, а не одиночка

Подборка статей о творчестве американского писателя Рэймонда Чандлера. Живая проза Чандлера В истории и географии детективной литературы Рэймонд Чандлер занимает особое место. Англичанин по воспитанию

Жизнь частного сыщика — воспоминания Кэрила Уайльда О’Xара, Из предисловия к роману Питера Чейни Танец без музыки. *** Частный сыск — далеко не обычное занятие. И идут в него не совсем обычные и очень разные люди.

Леонид Дмитриевич Платов всю свою творческую жизнь работает в жанре приключенческого романа и повести. Его любимые герои — люди отваги и мужества, люди неустанного поиска. На их долю выпадают дальние и

Что такое полар? Во Франции можно с утра до вечера, а то и с вечера до утра читать запоем детективы и не подозревать о существовании иной литературы. Ежегодно выпускается свыше двадцати миллионов экземпляров

Я — не более чем рассказчик и никогда не претендовал на иную роль. Так сказал о себе английский писатель Сомерсет Моэм (1874—1965). Сказал без всякого лукавства, потому что не видел в этом ничего унизительного

Не знаю как в вашем городе, но прогуливаясь по Москве я совсем недавно регулярно спотыкался, завидев очередной рекламный плакат из бесконечной серии Задиг-анд-Вольтер. И дело здесь вовсе не в аромате