Полиция ставит ловушки

Иллюстрация к пятой главе романа Образцовая загадка

Полиция ставит ловушки — пятая глава из детективного романа Остина Дж. Смолла Образцовая загадка.

Заказать

Свидание Делейна с лордом Гэрли было отнюдь не из приятных. Делейн держался холодно, требовал объяснений.

Старик старался вести себя возможно мягче и все не решался сказать молодому человеку, что не должен забывать о том, что находится под своеобразным домашним арестом, точнее надзором его, лорда Гэрли.

И, когда старику наконец пришлось в этом признаться, лицо молодого человека стало совсем враждебным.

– Понимаю, – сказал он. – Очень мило с вашей стороны.

Этим, впрочем, дело и ограничилось. Того взрыва гнева, которого опасался старый лорд, не случилось.

– Мне очень неприятно, что приходится прибегать к таким мерам. Я хотел было отправить Леонору в наш городской дом, чтобы избавить вас от неловкости, но Кеннеди…

– Пожалуйста, не беспокойтесь. Я отлично понимаю свое положение.

Голос Делейна был холоден как металл.

– Я постараюсь быть вам полезным. Но совсем не тем способом, о котором вы думаете.

На этом разговор и прекратился. Делейн молча вышел из комнаты, а старик так же молча смотрел на его удалявшуюся спину.

***

Кеннеди потратил весь день на бесплодные розыски. Вооруженный всякими измерительными приборами, он сравнивал замок с планом в надежде отыскать где-либо потайной ход, какое-нибудь укромное убежище. Все оказалось напрасным.

Напрасными были и труды Станфорта. Ему удалось найти немало следов на намокшей земле в парке, но все это были следы Джона Аргля. Самого же Джона и след простыл.

К девяти часам вечера оба сыщика встретились с лордом Гэрли в библиотеке, чтобы обсудить, какие меры нужно предпринять ночью.

– Я расставлю наших людей так, – сказал Кеннеди, – чтобы фактически каждая комната была под охраной. Некоторые окна я оставлю открытыми. Людям будет дан пароль, и время от времени они будут перекликаться. Снаружи тоже должна быть поставлена охрана. Тут я рассчитываю на вас, сэр. Сколько людей вы можете выставить?

– Посчитаю. Если взять садовников, скотников и людей, состоящих при охоте, наберется человек шестнадцать.

– Отлично! Я расставлю их снаружи, на определенном расстоянии, и сделаю так, чтобы каждый видел, по крайней мере, двух соседей. Они должны будут неустанно смотреть на окна замка. В половине одиннадцатого огни должны быть повсеместно погашены и замок должен погрузиться в полный мрак. Предупредите об этом прислугу. Как только в какой-либо комнате появится свет, наружная стража должна будет поднять тревогу. Ко всем выключателям, – продолжал сыщик, – я прилепил немного воска. Тот, кто тронет хотя бы один из них, неизбежно оставит отпечаток пальцев. Через все окна перетянуты тонкие шелковые нити. Таким образом мы установим, не было ли где-либо попыток проникнуть в замок, которых нам не удалось заметить. И еще. Мистер Делейн должен оставаться всю ночь в своей комнате под непосредственным надзором одного из моих людей.

– Это, – смущенно сказал лорд Гэрли, – не совсем удобно.

– Ничего подобного, сэр. Это делается в его собственных интересах: если что-либо случится сегодня ночью, будет ясно, что он тут ни при чем.

– Не согласитесь ли вы сами уведомить его о своем решении?

– С удовольствием. С этим молодым человеком так же легко иметь дело, как с малым ребенком. Где он сейчас находится?

– В своей комнате. Он не выходил из нее после того, как прибыл сюда из полицейского участка. Насколько я понимаю, он не собирается покидать ее до тех пор, пока дело не будет раскрыто.

– Вот как!

Замечание лорда явно заинтересовало Кеннеди.

– Но как скучно ему должно быть сидеть целый день в своей комнате. Чем он занимается?

– Чтением. Он сходит с ума от разных химических формул и, кажется, думает, будто что-то понимает в этой науке.

– Так он занимается химией?

Человек из Скотленд-Ярда немедленно сопоставил этот факт с фактом перемены окраски платья мертвой девушки…

– А вы не думаете, что он в самом деле разбирается в этой области?

– Не могу сказать, но все друзья Томми говорят о его химических опытах не иначе как с улыбкой.

– Как бы ни было, но мне нужно с ним переговорить. Где его комната?

– Он выбрал для себя не ту, в которой жил обычно. Теперь он располагается на самом верхнем этаже, непосредственно под крышей. Он сказал, что не хочет нас смущать. Очень деликатный молодой человек. Гаррис проводит вас.

Кеннеди вслед за лакеем поднялся на четвертый этаж по широкой, устланной коврами лестнице. По пути Гаррис зажигал и вновь гасил электричество. Все жилые помещения замка находились ниже, и на четвертом этаже царила полная тишина.

Тут лакей повел Кеннеди по длинному коридору, в конце которого опять была лестница.

– Эта лестница ведет на последний этаж, сэр. Комнаты, находящиеся там, годами стояли заброшенными. Комнату для мистера Делейна пришлось сегодня специально убрать и натопить.

– Спасибо, Гаррис, я поднимусь один.

Лакей повернулся и стал спускаться, а Кеннеди вынул свой фонарик и, освещая себе дорогу, поднялся еще выше.

Как и все в замке Гэрли, этот пустовавший этаж был обставлен с особой роскошью. Комнаты были с высокими потолками и вместительные. Единственное, что отличало их от других комнат, было то, что в них был виден как бы архитектурный остов здания: балки и стропила крыши. Местами проходили широкие трубы водопровода, трубы для газа и электрические провода. Издали доносился звук, который первоначально заставил Кеннеди насторожиться. Но, пройдя несколько шагов, он понял, в чем дело – это был шум воды, лившейся в гигантский бак, откуда она попадала во все помещения замка.

По правую и левую сторону длинного коридора открывались комнаты – по десять с каждой стороны. В обоих концах коридора винтовые лестницы вели на плоскую крышу.

Через щель одной из дверей в коридор падал свет. Это была комната, выбранная Томми.

Кеннеди негромко постучал.

– Войдите!

Делейн сидел в кресле, держа на коленях увесистый том и положив ноги на верхнюю часть электрического радиатора. Он был одет в старое пальто и очень поношенные фланелевые брюки. В углу стояла кровать с ночным столиком. Кроме этих предметов, еще одного кресла и стола, заваленного книгами, в комнате ничего не было.

– А, это вы? – произнес молодой человек, откладывая книгу.

– Да, это я, сэр. У меня есть для вас кое-какие новости.

– А у меня для вас…

Делейн поднял руку и словно профессор помахал пальцем.

– Знаете ли вы, что, по моему мнению, можно делать основу для шелковой ткани из картофельного крахмала переработанного особым образом?

Кеннеди удивленно посмотрел на своего собеседника.

– Я хотел поговорить с вами о том, что предстоит сегодня ночью. Я очень просил бы вас оказать мне возможное содействие и, в частности, точно исполнить все мои распоряжения. Если все пойдет согласно моим расчетам, то дело будет раскрыто уже сегодня.

– А знаете ли, – не слушая сыщика, продолжал Томми, – что этого крахмала нужно так мало, что полутора фунтов хватило бы для того, чтобы одеть в шелк весь хор из «Варьете».

Кеннеди положил отложенную Делейном книгу на стопку других, лежавших на столе, и серьезно сказал:

– Хватит говорить о пустяках. Давайте потолкуем о деле.

– Боже мой! – с деланым возмущением воскликнул Томми, – я рассказываю вам о самом замечательном открытии двадцатого века, а вы называете его пустяками. Но, скажите, проверяете ли вы мою корреспонденцию?

– Нет. Пока еще нет.

– Хорошо. Но если бы вы уже начали это делать, то прочли бы письмо, которое я сегодня утром получил от Галлорана. Знаете ли вы, кто такой Галлоран?

– Нет.

Кеннеди казался оскорбленным Буддой.

– Очень крупная фирма по своей части. Она дает самый лестный отзыв об одной моей идейке. Кстати, не купите ли вы у меня автомобиль? Уверяю вас, он очень пригодился бы вам как сыщику.

– Нет.

– Подумайте: почти новый, я отдал бы его за треть цены.

– Нет.

Голос сыщика прозвучал совсем сердито. Томми вздохнул.

– Уступаю за пятьсот фунтов. Вы могли бы мне дать в качестве задатка двести пятьдесят…

В четвертый раз Кеннеди решительно произнес:

– Нет.

Томми сделал рукой беспомощный жест.

– И все потому, что вы слишком заняты этим глупым делом. Слишком им заняты, уверяю вас.

– Слушайте, перестаньте нести вздор. Лучше сядьте и выслушайте меня. Вам придется прекратить работу. Один из моих людей останется с вами на всю ночь.

– Надеюсь, он не храпит? Галлоран пишет, что, если бы я в самом скором времени развил эту свою идею….

– К черту Галлорана.

– Что вы, что вы? Я, напротив, призываю к нему Божье благословение. Я собираюсь завтра же с ним повидаться.

– Это вам не удастся.

– А я в этом совершенно уверен. Ну, а насчет автомобиля – я готов уступить его вам за четыреста пятьдесят фунтов.

Кеннеди кипел от бешенства.

– Да когда же вы, наконец, перестанете валять дурака? Поймите: у меня нет времени говорить об автомобилях, Галлоране, искусственном шелке и тому подобных глупостях. Я еще раз уведомляю вас, что поставлю на всю ночь своего человека к вам в комнату и что вам запрещено под каким бы то ни было видом покидать ее до утра. И я желаю, чтобы вы дали мне честное слово, что погасите свет в половине одиннадцатого и не будете зажигать его до завтрашнего дня.

Делейн решительно покачал головой.

– И не подумаю давать вам такого идиотского обещания. Мне нужно усиленно работать, и я лягу спать не ранее трех.

– Все равно я прикажу своему человеку погасить у вас свет в половине одиннадцатого.

– А я прикажу ему вновь зажечь его в тридцать одну минуту одиннадцатого.

– Он и не подумает исполнять ваших приказаний.

– В таком случае он получит здоровый удар в челюсть, а свет я зажгу сам.

– Вот как!

В голосе Кеннеди прозвучала нешуточная угроза. Одновременно он выхватил свой кольт, ловко вскочил на стол и разнес лампочку в тысячу кусочков.

– Можете теперь зажигать свет, если вам вздумается.

Зажегши свой фонарик, сыщик направился к двери.

Вопреки ожиданиям, Томми самым вежливым образом пожелал ему спокойной ночи и запер за ним дверь. Вдогонку молодой человек крикнул:

– Если не хотите покупать мой автомобиль, то найдите покупателя. Даю вам пять процентов комиссии.

Спускаясь по лестнице, Кеннеди задыхался от гнева. Этот мальчишка вел себя с ним неподобающим образом, хотя он, Кеннеди, не желал ему ничего, кроме добра. Но он еще потолкует с ним о странных явлениях, сопровождавших смерть Бетти Гальстон; кое-какие обстоятельства остаются все-таки странными.

Станфорт сразу понял, что разговор пошел не так, как того хотел Кеннеди.

– Слушайте! Этот молодой человек упрям как осел. Мне пришлось разбить лампочку в его комнате, так как он не соглашался погасить ее. Вопреки моим распоряжениям, он намерен покинуть дом. Приставьте к нему кого-нибудь из особо надежных людей и поручите наружное наблюдение за этой частью дома одному из вернейших слуг лорда Гэрли.

– Будет исполнено. Лорд Гэрли как раз обдумывает, как бы обеспечить чаем и сандвичами тех, кто будет ночью на страже. Кроме того, предоставляется возможность, если они того пожелают, получить бренди или виски.

– Отлично. А где ваши люди?

– Только что прибыли и ждут внизу.

– Пойдемте к ним.

Прибывшие производили самое наилучшее впечатление. Начальник Скотленд-Ярда выбрал самых способных и выносливых из своих людей, так как понимал, что все случившееся в замке Гэрли было событием из ряда вон.

Кеннеди посвятил их во все подробности дела, начиная с первых пропаж в замке предметов красного цвета.

– Наша задача, – закончил он, – положить конец всем этим историям  сегодня же, ночью. Контрольные пункты будут устроены на каждом этаже, на площадке лестницы. Туда должны стекаться все сообщения. К полуночи приедет сам начальник. Он, Станфорт или я будем все время дежурить в передней.

Кеннеди мастерски расставил людей. С центрального наблюдательного пункта были видны все контрольные пункты, устроенные на площадках. Наоборот, с каждой площадки можно было, перегнувшись через балюстраду, переговорить с тем, кто в данный момент находился на центральном пункте.

Лорд Гэрли одобрил распоряжения инспектора.

Кеннеди сам развел людей по этажам. Когда он поднимался на чердак, с ним оставался самый расторопный сыщик.

Они вошли в комнату без стука. Томми, повернувшись спиной к входной двери, читал в кресле. На стопке книг была прилеплена, без подсвечника, свеча, которая немилосердно капала на верхний том. При появлении полицейских Томми не соблаговолил даже обернуться.

– Продали автомобиль? – спросил он через плечо.

Кеннеди не обратил на его замечание никакого внимания.

– Останетесь в этой комнате на всю ночь. Не спускайте глаз с этого господина. – При слове «господин» сыщик пальцем показал на Томми. – И не позволяйте ему выходить из комнаты. Ровно в половине одиннадцатого погасите его свечу. Если он попытается ее вновь зажечь, выкиньте ее из окна, а спички бросьте в ведро. Если он будет сопротивляться, кликните меня. Я немедленно приду и наведу порядок. Заприте дверь изнутри и спрячьте ключи в карман.

– Буду очень удивлен, если все ваши распоряжения к чему-либо приведут, – произнес Томми, не отрываясь от книги.

Кеннеди обратился к ним с кратким наставлением:

– Как только заметите, что во владениях лорда есть кто-то посторонний, ложитесь на землю и молчите. Дайте ему подойти к окну. Как только он войдет в замок, собирайтесь все под окном, которым он воспользуется. В тот же миг дайте мне знак. Аналогично немедленно уведомьте меня, если где-либо зажжется свет. Только соблюдайте тишину, а остальное предоставьте мне.

Кеннеди вышел наружу и стал расставлять слуг лорда Гэрли по постам. С Ла-Манша дул мягкий ветер. Небо было облачно, и луна то показывалась, то вновь скрывалась.

Кеннеди расположил людей по окружности, которая полностью охватывала замок, на расстоянии приблизительно ста шагов от стен. Все сторожевые посты были помещены за кустами, беседками или иными прикрытиями.

Закончив приготовления, сыщик направился в дом. Здесь царило напряженное молчание. Понемногу стали гаснуть огни. Кеннеди понимал, что их внезапное исчезновение обратило бы на себя внимание преступника, и отдал приказ гасить их через неравные промежутки времени. В двадцать минут одиннадцатого свет остался только в нижней передней и в некоторых жилых комнатах второго этажа, а ровно в половине одиннадцатого в доме стало совсем темно. Станфорт, вооруженный маленьким электрическим фонариком, ходил по комнатам и приклеивал к выключателям маленькие восковые шарики. Кое-где еще слышались заглушенные голоса или робкие шаги по ковру.

Станфорт прилепил около пятидесяти шариков и направился в одну из комнат третьего этажа. Комната эта служила запасной спальней на случай большого съезда гостей и была одной из тех, в которых по плану Кеннеди должно было остаться открытым окно (около него стоял столик, на котором среди прочих безделушек находилась красная лакированная коробочка).

Станфорт подошел к окну и выглянул наружу, чтобы убедиться, что там не происходит ничего особенного, и затем вернулся к двери, около которой был выключатель.

И вдруг повернул голову: ему показалось, что он слышал какой-то шорох со стороны окна. Вокруг царила полная тишина. Только снизу донеслись шаги одного из стражников, да порыв ветра всколыхнул верхушку одного из близстоящих деревьев.

Внезапно из окна показалась рука, одетая в длинную черную перчатку, схватила красную коробочку и исчезла.

Станфорт замер от изумления. Было совершенно непонятно не только появление руки, но и сама рука была какая-то странная. Перчатки не позволяли разглядеть, чем именно под ними, но Станфорт был готов биться о заклад то, что он видел, это были не человеческие пальцы.

Станфорт тотчас же бросился к окну и посмотрел вниз. На стене не было решительно ничего, а с земли вновь донесся шум шагов одного из стражников.

Одним прыжком Станфорт устремился к выключателю, чтобы установить, не осталось ли в комнате каких-либо следов от пребывания непонятного существа. Но, на беду, Кеннеди не сообразил, что прикрепление восковых шариков к выключателям легко могло нарушить их действие. И в самом деле свет не загорелся.

Еще ранее Станфорт громко крикнул, и теперь в комнату со всех сторон бежали люди.

– Это был голос Станфорта! – кричал снаружи Кеннеди. – Где вы, Станфорт, и что случилось?

– Сюда, сюда, – громко крикнул в ответ Станфорт. – Спичек! Скорей! Этот проклятый выключатель не работает.

Одновременно он подбежал к окну и стал звать стражников. Первому откликнувшемуся он приказал подойти вплотную к замку и приступить к тщательному осмотру площади под окном.

– Но что случилось, сэр?

– Разве вы не видели? Разве вы не видели, как кто-то карабкался по стене?

– Нет, сэр. Не видел, и, кажется, другие тоже не видели.

Кеннеди вручил Станфорту свой мощный электрический фонарик. Тот осветил им стену — на ней никого не было, да и сама она была отвесной, что подняться по ней было вовсе немыслимо.

И тем не менее он видел эту странную руку в черной перчатке! А красной коробочки больше не было на месте!

Кеннеди спросил:

– В чем, наконец, дело, Станфорт?

– Сейчас расскажу. А пока прикажите всем спуститься и начать поиски в саду. Оно не могло уйти далеко, это странное существо. Оно забралось в окно и украло со стола красную коробочку.

– Не может быть!

– Сам понимаю, что не может быть. Но тем не менее я его видел, а коробочки больше нет на месте.

Комната понемногу наполнилась людьми.

– Наружу! – приказал Кеннеди. – Надо обыскать парк от края до края. Разделитесь по двое, зажгите фонари и ступайте от замка к окружающей сад стене.

Через пять минут начались самые тщательные поиски. Здесь и там сверкали фонарики и были видны наклоненные к земле фигуры, которые стали постепенно удаляться от замка.

– Ну, Станфорт, что же случилось?

Станфорт казался совсем растерянным.

– Сам не понимаю… я стоял у выключателя, к которому только что прилепил восковой шарик. Внезапно я услышал шорох, обернулся, увидел странную руку в черной перчатке, которая держала красную коробочку. Когда я подбежал к окну и взглянул вниз, то уже ничего не увидел. Правда, было довольно темно…

– Но рука была, наверное?

– Да, и притом очень странная. Вполне возможно, что рука была не человеческая, а обезьянья.

– И она вытянулась из окна?

– Да.

– Но это же невозможно. Никакое живое существо не могло спуститься по стене за тридцать секунд без помощи лестницы.

– Что делать, Кеннеди, я рассказываю только то, что видел. Рука была здесь. Я видел ее так же ясно, как сейчас вижу вас. И к тому же она утащила коробочку.

– Но если так, то у этого существа была только одна свободная рука, чтобы карабкаться по стене.

– Совершенно верно. Я и не пытаюсь объяснить. У меня нет никаких объяснений.

Кеннеди снова взялся за фонарик, стал водить им над карнизом. На нем были ясно видны отпечатки двух рук.

– Не то, – проворчал Станфорт. – Это мои руки. Я тронул карниз, когда, наклонившись, звал наружных стражников.

В течение нескольких минут Кеннеди тщательно обыскивал комнату, но не нашел решительно ничего, что могло бы бросить хоть малейший свет на произошедшее.

– Станфорт, это волнует меня сверх всякой меры. Я буду очень рад, если приедет сам начальник. Но слушайте…

Снаружи как будто послышались тяжелые шаги.

– Стойте! – заревел через окно Кеннеди, одновременно выстрелив в пространство.

Издалека донесся крик.

– Скорее вниз! Я, кажется, попал в него…

Вдруг до сыщиков долетел новый крик.

– Боже мой! – вскрикнул Кеннеди, узнавший голос. – Это Джон Аргль.

Сыщики бросились вниз по лестнице. Передняя была еще во мраке — Станфорт с разбегу налетел на ломберный стол, опрокинул его и грохнулся оземь. Он упал лицом вниз и сильно ушибся. Кеннеди не стал терять времени, подбежал к выключателю, который, к счастью, здесь действовал, и зажег свет. На столе было около полудюжины фонарей, и он схватил один из них.

– Сюда! – крикнул сыщик, выбегая на парадное крыльцо.

Через несколько секунд к нему присоединился Станфорт.

– Крики доносились слева, – крикнул Кеннеди.

– Значит, со стороны Лонг Копписа, – бросил на ходу Станфорт, который успел довольно хорошо изучить местность. – Это прямо от замка по направлению к отверстию в изгороди.

Сыщики бросились бежать со всех ног, хотя понимали, что надежды настигнуть кого бы то ни было почти не было: до отверстия было около четверти мили…

Кеннеди скоро стал задыхаться, а Станфорт, который был натренирован, продолжал быстро мчаться вперед.

Вскоре сыщик оказался среди группы деревьев и кустарников. Пришлось остановиться, так как не было никакой уверенности в том, что кричавший не продолжал оставаться где-то поблизости.

Вдруг Станфорт остановился и поднял руку в знак молчания. Явственно доносился недвусмысленный звук: у кого-то поблизости стучали зубы.

Сыщики бросились вперед. Перед ними лежал Джон Аргль. Казалось, он без сознания, но когда они подошли вплотную, то увидели, что у него дрожали веки и стучали челюсти, будто в лихорадке.

Опустившись на колени, Кеннеди приблизил фонарь к огромной бородатой голове.

– Боже мой, Станфорт! Взгляните!

Вся голова гиганта была в крови. Много крови было и в бороде. Но не это привлекло внимание Кеннеди. Через все лицо, справа налево, шло несколько красных полос. Они были совершенно параллельны и, начинаясь у правого уха, кончались у левого.

Сыщики стали внимательно рассматривать странные следы.

– Непонятно, – пробормотал Кеннеди.

Он расстегнул воротник лежавшего и постарался положить его как можно удобнее, подперев голову валявшимся рядом обрубком дерева. Дыхание раненого стало спокойнее, и напряжение, которое чувствовалось во всех мышцах, уходило.

– Он через минуту придет в себя, – сказал Станфорт. – Но хотелось бы знать, кто привел в такой вид его физиономию. Это, должно быть, был настоящий великан, раз ему удалось справиться с Бородатым Биллем.

Аргль шевельнулся и открыл глаза. Он в недоумении посмотрел на обоих сыщиков и, видимо, старался понять, что с ним произошло. Наконец, память к нему вернулась, и глаза его внезапно загорелись.

– А, это вы? – простонал он. – Вы поймали его?

– Кого? – спросил Кеннеди.

– Да человека, за которым я гнался.

– Мы пока никого не поймали. Но он не мог уйти далеко. Он должен быть еще в парке, и патрули, конечно, изловят его.

Аргль сурово посмотрел на сыщика.

– Если вы еще не схватили его, то больше не поймаете. Он ушел. Может быть, навсегда…

– Но кто он, наконец? – спросил Станфорт.

Джон Аргль сурово взглянул на сыщика.

– Тот, кто убил Бетти. Помните, я должен сам расправиться с ним. Этого права я никому не уступлю!..

– Не будьте глупцом, – вмешался Кеннеди, – и скажите нам, кто он.

– Вы никогда его не найдете. Оставьте всякую надежду, Кеннеди. Я, впрочем, этому рад. Вот все, что могу сказать…

– Аргль, вы навлекаете на себя неприятности. Вы становитесь укрывателем преступника.

– Этот человек убил мою невесту, и я собственноручно прикончу его.

Кеннеди щелкнул языком от досады.

– Но откуда у вас эти раны на лице?

– Ударился об это проклятое дерево, – сказал Аргль, указывая на большой орех.

Кеннеди взглянул. Это было старое дерево, от которого отходило несколько ветвей на уровне человеческой головы. Объяснение Аргля было правдоподобно.

– Но как вы попали сюда?

– Это вас не касается, – проворчал раненый. – Я был в парке, и хватит об этом. Видел то, чего не видели ваши люди. Видел, как это животное появилось из-за дома. И я пустился вслед за ним. Но около бассейна оно заметило погоню, стало кружить и вдруг, повернув, побежало по направлению к Лонг Коппис. Там, как вы знаете, есть отверстие в изгороди, и я понял, что оно хочет выйти наружу. В этот миг какой-то дурак выстрелил в меня из замка. Я вскрикнул, но продолжал бежать. А когда очутился всего в десяти шагах от него, со всего размаха ударился об это дерево.

Сыщик наклонился к Джону Арглю и сказал:

– Эти царапины отнюдь не от веток дерева…

– Я этого и не говорил…

– Эти царапины сделаны, скорее всего, когтями обезьяны…

– Не могу на этот счет ничего сказать.

К этому времени к сыщикам присоединились несколько человек из наружной охраны.

– Поднимите его и отнесите в замок, – сказал Кеннеди, указывая на Аргля. – А вы, Станфорт, возьмите несколько человек и отправьтесь к отверстию в изгороди. Может быть, вам еще удастся перехватить преступника.

Но Станфорту не суждено было исполнить распоряжение Кеннеди. Он случайно оглянулся на замок и вскрикнул от изумления.

– Черт возьми, он опять там!

Действительно, на втором этаже замка в трех комнатах горел свет. Одновремено он зажегся и в четвертой, и в пятой.

– Бегите, – крикнул Кеннеди. – Теперь мы схватим его.

Станфорт на этот раз не стал ждать Кеннеди, который уже совсем выдохся от бега. В передней он увидел Гарриса.

– Поднимались ли вы на второй этаж, пока мы отсутствовали?

– Нет, сэр. Я оставался здесь.

– Но кто же тогда забавляется наверху с освещением?

– Там не может быть никого, сэр. Я все время находился здесь, и мимо меня никто не проходил.

Станфорт не стал больше задерживаться и бегом поднялся на второй этаж. Освещенные комнаты были в дальнем конце замка, в той его части, которая до настоящего момента еще не привлекала внимания преступника. Сыщик вбежал в первую же комнату. Теперь в ней не было очень светло, а дверь была полуоткрыта. Он стал прислушиваться – тишина…

Открыв дверь, Станфорт стал осматриваться. Никаких признаков присутствия кого бы то ни было в комнате не замечалось. На восковых шариках не было никаких отпечатков, и нити, перетянутые через окно, были в неприкосновенности.

Станфорт вышел на площадку лестницы и задумался. И вдруг до его опытного уха донесся какой-то шум. Он исходил из комнаты, находившейся в противоположном конце коридора.

Сыщик на цыпочках кинулся туда. Он был почти уверен, что слышанный им звук произошел от прыжка какого-то легкого существа с подоконника. Его уверенность еще усилилась, когда через щелку стало видно, что в комнате загорелось электричество.

Станфорту оставалось сделать еще три шага, как снизу раздался испуганный голос.

Это был голос Гарриса. Его оказалось достаточно, чтобы свет, замеченный Станфортом, погас. Раздался новый звук, подобный первому.

– Черт! – Станфорт уже без всяких предосторожностей бросился к двери. Первым взглядом он посмотрел на окно, и готов был поклясться, что в этот миг еще колыхались тяжелые портьеры, а в разрезе между ними в течение какой-нибудь сотой части секунды он видел своими глазами нечто, напоминающее спину крохотного человекоподобного существа, одетого в сюртук.

Станфорт бросился к окну. Выглянув наружу, он вновь увидел только гладкую отвесную стену.

– Черт возьми! Неужели все это мне только чудится? Или я начинаю сходить с ума?

– Видели ли вы что-либо? – опомнившись, крикнул он вниз Гаррисону.

– Нет, сэр, – последовал ответ.

– Никто не проходил мимо вас?

– Никто, сэр.

– О, черт!

Собравшись с духом, он приступил к осмотру комнаты. На этот раз он оказался не столь безрезультатным, как раньше. Кое-где в пыли отпечатались следы небольших сапожков, по размерам напоминавшие детские. Восковой шарик на выключателе оказался испорченным, но никаких отпечатков пальцев на нем не было. Станфорт тотчас же вспомнил о виденной им в первый раз перчатке. Порванной оказалась и нить в окне.

Сыщик перешел в другие комнаты, в которых зажигался было свет. Там повторялась та же картина. Восковые шарики были, несомненно, тронуты, но отпечатков пальцев тоже не было.

В это время к Станфорту присоединился Кеннеди с лордом Гэрли.

– Есть какие-либо успехи?

– Успел скрыться!

– Скорей, в комнату Делейна!

Станфорт изумился новой мысли, промелькнувшей в голове его непосредственного начальника, и стал быстро подниматься.

В комнате Делейна было темно. Станфорт зажег фонарик и тотчас же убедился, что в помещении никого нет.

– Делейна нет!

– Но что случилось? – спросил Кеннеди. – Поднимаясь, я видел, что в доме еще раз загорался свет.

Станфорт в двух словах рассказал о том, что видел собственными глазами. Лорд Гэрли, который подоспел к середине рассказа, закрыл лицо руками.

– Кеннеди! Надеюсь, вы позволите теперь зажечь свет, – спросил Станфорт. – Женщины сходят с ума и бьются в истерике. Они все собрались в большой комнате для прислуги. Никто из них не может спать.

Кеннеди кивнул головой и сказал:

– Сегодня мы проиграли…

И повернувшись к Станфорту, он добавил:

– Скажите Гаррису, чтобы он повсюду зажег свет. И пусть охрана снаружи снова вернется на свои посты. Аналогичным образом пусть действует внутренняя стража. А сами держите язык за зубами. И так, довольно всяких страхов, а если женщины узнают, что вы видели нечто подобное привидению…

Лорд Гэрли с благодарностью взглянул на сыщика.

– Спасибо, Кеннеди. Однако меня чрезвычайно тревожит история с Делейном. Не могу поверить, что он нарушил данное им слово.

– Он и не давал его, – проворчал Кеннеди. – Он только сказал, что поедет в Манчестер и еще куда-то. Он так и сделал. Безумный молодой человек! Он ведь только усиливает подозрения против самого себя. Но за ним смотрел Кэри. Отличный служака. Как он мог его выпустить?

Он вернулся в пустую комнату. Лорд Гэрли держал в руках фонарь, который достаточно освещал ее.

– Я уничтожил эту лампу, – сказал Кеннеди. – Делейн довел меня до этого. Он вел себя как ребенок…

Гэрли улыбнулся.

– Это очень похоже на мистера Томми, – сказал он. – И очень похоже на вас…

Ход событий был ясен. Окна комнаты были открыты настежь. Выглянув из них, Кеннеди тотчас убедился, что тренированный спортсмен мог, имеющий навыки, мог выскользнуть из нее. Под окном начинался широкий карниз с тяжелыми монументальными орнаментами. По карнизу легко было дойти до водосточной трубы, которой касались ветви старой ивы.

На столе лежала записка. Она оказалась адресованной Кеннеди.

В ней было написано: «Решил не продавать автомобиля. Прошу отменить все сделанные вами предложения».

 

– Какой он, однако, ветреный молодой человек, – краснея от злости, пробормотал про себя Кеннеди, разрывая записку на множество клочков. Тем временем в комнату вошел смущенный Кэри.

– Но как это могло произойти? – с сердитым видом заговорил сыщик.

– Он… он ушел, сэр. Я не мог этому помешать. Внизу был страшный шум. Мистер Делейн уже с полчаса спал в своей постели и продолжал спать, несмотря на шум. Его не разбудил даже револьверный выстрел. Я решил, что долг велит мне отправиться на помощь. По всему замку хлопали двери, отовсюду раздавались крики…

– Как, однако, легко вы дали провести себя?

– Ничего не смог поделать, сэр. Он спал как младенец. Когда я вернулся, в комнате его больше не было. Я выбежал наружу в надежде еще догнать его, но это мне не удалось.

Для очистки совести Кеннеди устроил Кэри разнос. А тот продолжал рассыпаться в извинениях и обещаниях, что произошедшее никогда более не повторится.

Вторая половина ночи прошла в напрасном ожидании, так как за ночь не произошло ничего.

Во втором часу ночи прибыл Моррисон, начальник Скотленд-Ярда. Он немедленно прошел в библиотеку, где за кофе Кеннеди, Станфорт и лорд Гэрли посвятили его в ход таинственных происшествий. Он изредка задавал вопросы и не скрывал своего неудовольствия. Особенно строг он был со Станфортом, который дважды видел похитителя и, несмотря на это, дважды упускал его. Но Моррисон должен был сознаться, что обстоятельства были исключительные, еще ни разу не встречавшиеся в практике Скотленд-Ярда.

– Итак, – попытался он резюмировать положение. – Нам приходится сосредоточить внимание и направить свое подозрение в первую очередь на какое-то неизвестное нам существо, возможно, ставшее орудием в руках преступника. Мы можем допустить соучастие кого-либо из слуг и косвенную причастность к делу Делейна. Впрочем, относительно последнего я составлю себе окончательное мнение после пятиминутного разговора с ним. А теперь следует отдохнуть. Было бы весьма кстати, если бы вы мне отвели комнату…

– Это уже сделано, – перебил его хозяин дома.

– Я приступлю к делу завтра с утра, – сказал начальник, – а пока попрошу отпустить половину внутренней и наружной стражи. Людям тоже необходим отдых, ибо не исключено, что еще немало ночей им придется стоять на страже.

Заказать

Оцените статью
Добавить комментарий