Сыновья Рэймонда Чандлера

Сыновья Рэймонда Чандлера — книга А. Владимировича в серии Пестрая лента. Биографии культовых американских писателей, авторов крутых криминальных детективов. Джеймса Крамли, чьи романы стали учебным пособием для самых известных и популярных писателей современного детектива или триллера.

Скачать

Ридеро

Читать

Джеймс Крамли не самый известный американский писатель. Он обычно публиковал два-три романа в десятилетие, которые никогда не попадали в рейтинги «Лучшие продажи», также его романы крайне редко получали литературные премии. Но зато его произведения оказали огромное влияние на жанр американского детектива / триллера, а роман «Последний хороший поцелуй» был назван наиболее влиятельным криминальным произведением за последние 50 лет.

Сочинения Джеймса Крамли печатают в престижных сериях, включающих обычно произведения литературных гениев, а предисловия пишут самые известные авторы современности. Самые популярные криминальные писатели без стеснения признавались в особом влиянии, которое на них оказали романы Джеймса Крамли. Среди них — Элмор Леонард, Джеймс Эллрой и Джеймс Ли Берк, а Майкл Коннели, Денис Лихэйн, Джордж Пелеканос и вовсе заявили, что являются учениками этого скромного и малоизвестного американского писателя. В честь своего коллеги по перу Рэй Брэдбери назвал героя своих детективных романов — Крамли.

Романы Джеймса Крамли балансируют между высокохудожественной литературой и триллером в самом кровавом и жестком варианте из возможных. Подобное сочетание невольно приковывает к себе самое пристальное внимание различных критиков, а оценки разбегаются по всей шкале, от полного неприятия до возбужденного восхищения. Его романы не раз доказывали, что уважение глубокомысленных коллег по перу — результат продуманного выбора и гигантского писательского труда. Автору удалось совершить невозможное: своим сочетанием насилия и высокого литературного языка он подорвал застывшие традиции и расширил границы жанра. Его романы вынудили большинство высоколобых литературных критиков проявить уважение к криминальному жанру. Крамли двигался в этом направлении, удачно совмещая традиции крутого детектива и смелые литературные эксперименты.

Тонкая работа над стилистикой была вдохновлена романами Реймонда Чандлера и Росса Макдональда. Подобно классикам детектива, Крамли смакует отточенные фразы, стремится к точным описаниям и очень выверенным сравнениям, давая читателям возможность получить полную и очень яркую картину происходящего, даже если это кровавая сцена или жестокая бойня.

Провокационный литературный эксперимент Джеймса Крамли надо признать успешным, поскольку как литературный гений он сумел выявить ряд свежих культурных трендов, использовать их в своем творчестве, но главным образом Крамли еще раз сумел доказать высоколобым критикам, что не жанр или сюжет являются определяющими при создании литературного произведения.
h3 style=»text-align: center;»>70-Е И 90-Е В КРИМИНАЛЬНОЙ ЛИТЕРАТУРЕ АМЕРИКИ

В культуре имеют обыкновение развиваться течения, берущие за основу культурные события в недавнем прошлом. К примеру, культура 90-х активно использовала шаблоны и открытия 70-х и открещивалась от всего, что было в 80-е. Джеймс Крамли опубликовал два своих первых романа, включая лучший за всю литературную карьеру, во второй половине 70-х, а стал популярен в 90-е. Поэтому нам кажется, что прежде чем обратиться к творчеству этого влиятельного американского автора, следует сделать общий обзор основных тенденций, заложенных в американском детективе / триллере в 70-е годы и получивших развитие два десятилетия спустя.

Самые известные символы 70-х — замша, книги в мягкой обложке, Тони Моррисон. В 90-е невероятную популярность получила группа Sex Pistols, основанная в 70-е, а дискотечные ритмы застучали с удвоенной силой. В моде появляются туфли на платформе, а нейлон и полиэстер обретают второе дыхание. В кино особой популярностью пользуются фильмы «Народ против Ларри Флинта», «Ночи в стиле буги» и «Бархатная золотая жила», все они изображают события 70-х. Квентин Тарантино возвращает иконы 70-х — Джона Траволту («Криминальное чтиво») и легендарную Пэм Гриер («Джеки Браун»). Уже без его помощи на второй круг выходят Аль Пачино, Берт Рейнольдс и Джон Войт.

Но нас интересует главным образом детектив / триллер. Здесь все несколько иначе, чем с одеждой, литература больше похожа на музыку, а потому мы можем просто достать старую пластинку, пролежавшую 20 лет или выпущенную два десятилетия назад книгу и предаться воспоминаниям. Либо можем взять более современную книгу, включить современную музыку и получить материал для более сложных вопросов, более глубокого понимания искусства или проблемы. Литература отличается от музыки прежде всего своим размахом. Читателю бывает сложно сосредоточиться на основных темах, со всей широтой воспринимать богатство, диапазон и глубину поднимаемых в романе вопросов.

Понятно, что какая-то часть читателей / зрителей / слушателей используют книги / фильмы / музыку в прагматичных целях, а именно для развлечения. Но следя за рейтингами продаж, я полагаю, что большинство потребителей культуры используют ее объекты для иных целей.

В 60-е годы было трудно представить в рейтинге лучших продаж хотя бы одну книгу на криминальную тематику. Сегодня ситуация изменилась самым кардинальным образом. Абсолютное большинство рейтинга занимают криминальные романы. Этот сдвиг в литературе произошел в 70-е — 90-е годы прошлого уже века. Как произошел этот переход? Почему культурные рамки были расширены? Может быть наоборот, детектив вырос и стал освещать более серьезные темы?

Творчество Джеймса Крамли — идеальный образец для подобного исследования. Пристально вглядываясь в его творчество и критическую оценку, мы можем увидеть эту кривую — «появление — восхищение — признание». Один из критиков назвал Крамли «недовольным сыном 60-х».

БИОГРАФИЯ

Джеймс Артур Крамли (James Arthur Crumley) родился 12 сентября 1939 года в маленьком городке Три Риверс (букв. Три реки) на юге Техаса. Детство будущего писателя прошло в Санта-Крус, другом маленьком поселке на юге Техаса. Поселок был настолько маленький, что в нем не было даже собственной школы, и будущий писатель был вынужден ездить учиться в соседний более крупный городок.

Его отец, Артур Роланд Крамли, был простым чернорабочим на нефтедобывающем промысле, пока не стал руководителем отряда нефтяников. Сегодня нам кажется, что профессия нефтяника должна была приносить хорошие деньги, но в 30-е и 40-е годы в период Великой депрессии в США, это была одна из самых тяжелых и малооплачиваемых профессий. О буднях простого нефтяника замечательно рассказал в своих первых романах другой гений американкой литературы — Джим Томпсон.

Мать Крамли, Руби Крисвелл Крамли, была простой официанткой, затем устроилась кассиром и доросла до бухгалтера. Как мы видим, даже бригадир нефтяников не мог самостоятельно обеспечить семью. В семье роли были распределены в нетрадиционном порядке. Мать была сильным и авторитарным человеком. Она настояла на том, чтобы Джеймс регулярно посещал церковь, отец же был мягким и добродушным. Во время Второй мировой войны семья уезжала в Нью-Мексико и вернулась, когда Джеймс пошел во второй класс. На нефтедобывающем промысле в большинстве работали американцы мексиканского происхождения, а потому общество в маленьком городке из полутора тысяч жителей было строго разграничено по национальному признаку. Среди молодежи это деление было особенно заметно, а энергия молодости и агрессия соперничающих групп выливалась в постоянные драки. Большинство одноклассников будущего писателя были мексиканцами, а потому Джеймс был в классе чужаком. Он был умнее и физически сильнее многих сверстников, потому хоть ему и устраивали травлю,
Джеймс мог за себя постоять. Благодаря его атлетическим данным (рост 175 см, вес чуть больше 90 кг), Джеймса включили в школьную футбольную команду, где он хорошо себя зарекомендовал. Он сохранил любовь к американскому футболу, и поскольку сам прекрасно играл, обычно с большим увлечением помогал организовать футбольную команду, если таковой не было.

После окончания школы Крамли уехал учиться в Технологический институт Джорджии, один из крупнейших образовательных и научно-исследовательских центров США. Обучение в институте ему не удалось закончить, поскольку он учился на стипендию от морского флота, а во время стажировки обнаружил, что страдает морской болезнью. Не менее болезненно он переносил пренебрежительное отношение моряков к «сухопутным крысам». Остаток необходимого срока службы, около трех лет, он провел на Филиппинах в отделе связи на военно-морской базе. Подобно одному из своих героев, в армии Джеймсу жилось не сладко. Бунтарь по натуре, обладающий завидным интеллектом и качествами лидера, он всегда бывал в чести у простых матросов, зато частенько попадал в конфликтные ситуации со своими командирами.

Сыновья Рэймонда ЧандлераПосле увольнения Крамли поступил в Техасский колледж искусств и промышленности, выиграв спортивную стипендию, покрывавшую его расходы на образование. Как известно, спортивная стипендия дает возможность поступить с образовательное учреждение, но редко покрывает стоимость всего цикла обучения. Крамли был вынужден тратить на подработки все свое свободное время. Будущий писатель даже несколько раз бросал обучение, но в итоге ему удалось закончить колледж в 1964 году со степенью бакалавра в области истории. Продолжил обучение в Университете штата Айова, где прошел курс литературы и творческого письма у писателя Ричарда Йетса и Р. Кассела. Его диссертационной работой стал первый роман «Некий граф Каденс», посвященный Вьетнамской войне.

НЕКИЙ ГРАФ КАДЕНС

Первый роман Крамли — «Некий граф Каденс», по отзывам критиков, напоминает военную прозу Джеймса Джонса, особенно роман «Отныне и вовек», но отличается более острым изображением психологической проблематики и менее политизированным фоном. С другой стороны, роман Джонса — продукт другой эпохи, а потому произведение Крамли более беспощадное в своем отражении будничной жестокости солдат в мирное время и во время боя. В романе рассказывается история войны во Вьетнаме глазами одного из участников, вспоминающего об ужасах уже в госпитале на Филиппинах. Командир подразделения Джейкоб Слагстид Краммэль по прозвищу Шлак  перечитывает свой дневник, составленный во время боевых действий и раздумывает над основными вопросами человеческого бытия.

Образ Краммэля — иллюстрация двойственных чувств командира по отношению к простым солдатам, находящимся в его подчинении. Ситуация обостряется, когда один из солдат, рядовой Монинг, начинает проявлять свою независимость. Краммэль воспринимает все поступки рядового Монинга как бунт, но внутренне восхищается дерзостью рядового. В пылу боя возникает необходимость стрелять, пока Монинг находится на линии огня. Краммэль не уверен до конца: попал ли он в бунтовщика в ходе этой суматохи, и вообще была ли такая необходимость стрелять? Но командира сомнения мучают не долго, до тех пор, пока обоих, Монинга и Краммэля, не отправляют в госпиталь на Филиппины. В сюжете маячит развязка, читатели вздыхают с облегчением, казалось бы, здесь можно и закончить, но Крамли лишь усложняет ситуацию.

Во второй части рядовой Монинг присоединяется к вьетнамским партизанам. Краммэль, наоборот, выполняет секретное и опасное задание ЦРУ, а его продолжают мучить совесть и вопросы о правильности своего поступка. В согласие с самим собой герой приходит только после второго ранения, получив письмо от Монинга, содержащее попытку объяснить мотивы собственных поступков.

Во второй части писатель блестяще изображает, какие противоречивые чувства могут раздирать героя даже во время выполнения опасных заданий, когда внешне он выглядит как герой. Ощущение внутренней пустоты и отсутствие ясной цели в жизни подчеркивают приземленные ценностные установки многих вояк, чествуемых как героев, и уровень самопознания. Автор очень остроумно дает понять, где кончается бравада и начинается философская бездна, «я до сих пор путаю, что значит быть солдатом и воином».

Критики почти единодушно признали, что работа молодого автора отличается от традиционных романов о Вьетнамской войне. Подобно многим другим американским писателям, отличившимся яркими произведениями о войне во Вьетнаме, Крамли достигает схожих целей, но иным, парадоксальным путем. Некоторые рецензенты жаловались, правда, на излишние внимание автора к обрядам и церемониям мужского братства, царящим в армейских коллективах.

Уже в этом первом романе автор приходит к основным выводам, представленным в более развернутом виде в поздних книгах. Основная мысль романа — проблема насилия, вторгающегося в повседневную жизнь и меняющего ее самым катастрофическим образом. Другая важная мысль, отчетливо выведенная Крамли, — что победа или поражение не являются финальными точками процесса, жизни одного человека или чего-то большего, например, целой войны. Автор, так же как многие писатели того времени, высмеивает людей власти, рисуя их как людей, которым нельзя доверять и действовать заодно с ними основываясь на принципах здравого смысла и справедливости. В романе также отчетливо проступает тема о нарушении человеческой психики и восприятия реальности под воздействием алкоголя или наркотиков, но автор указывает на двоякую характеристику этого явления. По сюжету именно препараты, подавляющие волю, способствуют снятию стресса у людей, переживших шок от участия в военных операциях, а также отдаляют панические или даже самоубийственные настроения.

После завершения обучения с дипломом магистра искусств Джеймс Крамли поначалу устроился на работу профессором в Университет Монтаны, но после хвалебных отзывов критики и неплохих продаж первого романа молодой писатель все бросает и переезжает в Университет Арканзаса для написания докторской работы. Здесь он также работал с 1969 по 1984 годы. За это время Крамли работал приглашенным профессором в университетах Колорадо, Портленда, Техаса, штата Орегон, Карнеги-Меллона и других. Несмотря на успехи в преподавательской карьере, начинающий писатель ощущает себя, подобно своим героям, «опустошенным». В этот момент рухнул первый брак.

В 1975 году Джеймс Крамли женится на Джудит Энн Рэмси (Judith Anne Ramsey), но прожили вместе они не долго, в 1979 году он вновь женится на Вронуйн Паге (Bronwyn Pughe) с которой также впоследствии разводится. Он был пять раз женат, и у него было пятеро детей.

ВНЕБРАЧНЫЙ СЫН ЧАНДЛЕРА

Публикация первого романа принесла ясность в голову автора. Он, наконец, определился со своей будущей карьерой, предпочтя любой другой профессии карьеру академического ученого. Единственное, что ему не дает покоя — его литературная деятельность. Как мы знаем из признания самого Джеймса Крамли, ключевую роль в выборе жанра сыграли для него произведения Реймонда Чандлера. Его друг, поэт и писатель Ричард Хьюго дал почитать несколько романов американского классика1. Эти детективы буквально сразили Крамли своим запоминающимся героем, умением в несколько мазков нарисовать характер человека и при этом вырисовывать цельный, законченный образ. Крамли под большим впечатлением решает продолжить свою литературную карьеру как сочинитель детективных романов. В своем публичном выступлении перед Американской ассоциацией детективных писателей в 1985 году Крамли характеризует себя как внебрачного ребенка Реймонда Чандлера и добавляет: «Без его книг мои романы были бы совсем иными».

Критики отмечали, что Крамли тщательно и детально прорабатывает сюжетные линии, доставшиеся ему от американского классика, вторит иронично-лирическому образному стилю языку наблюдений Филипа Марло. Но критики также уловили моменты сходства романов Крамли с произведениями Росса Макдональда, другого классика крутого детектива. Не следует понимать слово «влияние» в узком смысле как подражание, Джеймс Крамли — безусловный наследник традиции Чандлера — Макдональда, но его вклад в наследие крутого детектива не менее значителен, чем образцы, которым он подражает. В своем выступлении перед Ассоциацией, упомянутом выше, Крамли также отмечает: «Мое видение правосудия является менее четким или, может быть, более сложным, а точнее более запутанным, и ближе работам Роберта Стоуна и Гарри Крюса, чем это свойственно детективному жанру в целом».

Джеймс Крамли, подобно своему учителю Чандлеру, заставляет смотреть на его детективы как на полноценные художественные романы, стоящие наравне с лучшими творениями американской литературы. Он тонко чувствует проблемы своего времени, а также великолепно владеет литературными приемами и, несмотря на это, остается преданным детективному жанру. Романы американского писателя по-своему отражают главные вопросы 70-х и 80-х годов, обостренно обсуждавшиеся в обществе.

Реймонд Чандлер видел американские детективы как «темные и полные крови», в отличие от своего «гибкого и умного» английского брата. Крамли, безусловно, высветил эту темноту и кровь, насилие и безнадегу.

Непростые, глубокие вопросы и стремление найти достойный ответ отличают прозу американского писателя Джеймса Крамли. Критики чаще всего отзываются о нем как о серьезном прозаике, который выбрал для себя детективный жанр, превратив его в метафору углубленного поиска. Подобно своим героям, писатель блуждает по Америке, видит все ее разнообразие — природное, культурное, духовное и ищет ответы на вечные вопросы, на которые односложно ответить невозможно, а потому, подобно Чандлеру, Крамли писал и не один раз переписывал свои произведения. Автор рассказывал, что когда он «барахтался» над своим вторым романом, он был вынужден даже на время отказаться от преподавания, за что его друг, Ричард Хьюго, называл Крамли «сумасшедшим монахом». В ответ один из своих лучших романов писатель озаглавил строкой из поэзии своего друга — «Последний хороший поцелуй».

Джеймс Крамли опубликовал только семь детективных романов и один сборник статей, но его влияние на жанр крутого детектива было столь значительным, что его трудно переоценить. Его романы раздвинули границы детектива не только в области проблематики, но и послужили великолепными стилистическими образцами, вдохновляющими многих современных авторов американского детектива. Отличное понимание рамок и горизонтов жанра, зародившегося в Америке 20—30-х годов, привело к сознательному расширению и принесло умножение возможностей.

НЕПРАВОЕ ДЕЛО

Для начала следует сказать, что все детективные романы Джеймса Крамли разворачиваются в штате Монтана, где вырос писатель и куда уехал жить после окончания своей академической карьеры. Все герои американского писателя — выходцы из небольшого городка Меривезера, где начинаются их расследования-путешествия. Пейзажи Техаса и Монтаны в романах Крамли отражают его человеческий характер, выдавая одновременно резкость и хрупкость восприятия. А герои — «чокнутые сыновья» Джека Керуака, увлеченные скоростью, великолепными пейзажами и энергичным вызовом.

Главным героем трех романов является Милтон Милорадович, по кличке Мило2, внук русского иммигранта, прославившегося своей поимкой воображаемого преступника Далтона Кимброу. Эта история помогла заработать известность, занять высокое положение в обществе и принесла деньги, которые большей частью были безвозвратно растеряны по игорным салонам, опиумным притонам и борделям.

Отец Мило, воспитанный в сытой и довольной среде, никогда в своей жизни не работал, был пьяницей и бабником, закономерно окончив жизнь самоубийством. Мать была алкоголичкой и также оборвала свою жизнь собственной рукой. Мило от родителей достался прилично потрепанный, но все еще немалый капиталец и странное завещание, запрещавшее ему свободно распоряжаться средствами до 53-летнего возраста — вероятно, родители считали, что к этим годам он перерастет пороки и увлечения молодости. А также, согласно завещанию, вся мужская одежда доставалась Армии спасения, поэтому Мило после смерти родителей вынужден был в первую очередь сменить гардероб. От деда Мило осталось три тысячи гектаров леса в горных районах, а также доля в одном из баров. Сам герой обобщает свое наследие в «Неправом деле»: «Возраст и печаль — это мое наследство, мои главные обязательства».

Так Джеймс Крамли знакомит читателей с Мило, ветераном Корейской войны, человеком, больше десяти лет прослужившим помощником шерифа, прежде чем окончательно разочароваться в своей работе. Впервые читатель встречается с Мило в романе «Неправое дело». Он работает частным сыщиком, специализирующимся на бракоразводных процессах, поскольку сам успел уже дважды развестись. Но новые законы о возможности развестись без указания причины фактически лишают его стабильного заработка.

Благодаря своей прошлой службе у шерифа, Мило на короткой ноге с полицией. Эти отношения осложняются присутствием лейтенанта Джемисона, друга детства и товарища по военной службе, который женился на одной из «бывших» Мило и, более того, стал отчимом его сыну. Отношения Мило и Джемисона напоминают некоторые пассажи из первого романа «Некий граф Каденс». А пристрастие к алкоголю и кокаину автор объясняет порочными привычками, оставшимися со времен службы в армии.

Начало романа довольно типичное для крутого детектива. Хелен Даффи, милая и симпатичная преподавательница английского, просит Мило о помощи. Детектив, естественно, влюбляется, как и полагается влюбленному, без оглядки погружается в расследование этого дела.

Как и предполагает название романа, все в этом деле оказывается вверх тормашками. Люди, казавшиеся прилежными членами общества, оказываются злостными наркоманами. Якобы прилежный брат оказывается беспорядочным гомосексуалистом, обожающим игру в «русскую рулетку» с одним патроном в барабане пистолета, не слезающим с героина. Его смерть, заявленная как несчастный случай, от передозировки наркотиков, на проверку оказывается убийством. Мило оказывается в центре большой заварушки, связанной с оборотом наркотиков. Источником всех бед в отлаженной системе оказывается владелец бара, который раздает невыполнимые обещания и уж очень неудачно ведет дела. Когда же Мило добирается до него, виновник умирает от сердечного приступа.

Мило также постоянно достается по ходу расследования. По его репутации сильно ударяет смерть бывшего адвоката алкоголика Симона. Затем самого детектива хорошенько избивают, а в довершение всех бед властная мать Хелен Даффи открывает всю правду. Оказывается, Хелен является хронической лгуньей, ее брат был на самом деле ее незаконнорожденным сыном, а она сама регулярно изменяет Мило с его другом.

Роман заканчивается кратким абзацем: «Пока я стоял там, тупые тени западного гребня надвинулись и закрыли изгибы ручья. Я сел, услышав звук отъезжающей машины, выпил свое пиво и простил ее».

Критики давали роману в целом положительные оценки. Большинство рецензентов указали на связь с романами Росса Макдональда, отмечая сходство сюжетов и атмосферы, не забывая об эпиграфе, который также указывает на Лью Арчера. По словам критиков, вступление и финал были слабоваты, но центральная часть романа представляла собой очень сильную прозу с поразительно реальными персонажами.

Рецензенты также отмечают, что безвкусица и убогость в жизни Мило — новая грань или новый поворот в интерпретации классических шаблонов, доставшихся от отцов-основателей крутого детектива. «Крамли пишет об ущербных людях, проступающих сквозь дымку измученного романтизма, но это всегда в его стиле… Крамли очень яркий писатель. Он показывает своего героя более уязвимым и принимающем гораздо более активное участие в грязной игре, чем это сделали бы Хэммет или Чандлер… подобная стилистика остается в памяти, тогда как запутанный сюжет почти всегда забывается».

Другие критики обвиняли Крамли в подрыве конвенций и шаблонов детектива ради потворства собственным слабостям. Некоторые рекомендовали писателю, сохранив идею, переработать стилистику и привести ее в соответствие норме, принятой в стандартных детективах.

ПОСЛЕДНИЙ ХОРОШИЙ ПОЦЕЛУЙ

По мнению большинства критиков, лучшим произведением американского писателя Джеймса Крамли является роман «Последний хороший поцелуй». В этом детективе появляется новый герой, который станет центральным персонажем еще нескольких романов. В случае Крамли трудно говорить о сериях, поскольку американский автор написал очень мало, но зато каждый его детектив становился настоящей сенсацией, которую довольно долго обсуждали не столько критики, сколько именитые авторы. Ссылки на романы Крамли мы видим в произведениях корифеев жанра Майкла Коннолли и Джорджа Пелеканоса, а аллюзии, неявные цитаты и подражания романам Крамли постоянно встречаются у ведущих авторов крутого детектива. Сегодня этот роман называют лучшим образцом подражания Чандлеру. Сам автор не очень ясно отзывается о своем произведении, рассказывая лишь байку о том, что написал первый абзац и лишь спустя год написал второй. Зато после этого работал над книгой в «бешенном ритме», закончил ее за двенадцать месяцев.

Главный герой очередного романа Крамли Ч. У. Шагрю (C. W. Sughrue)3, подобно уже завоевавшему популярность Мило Милорадовичу, имя Шагрю навевает иностранные ассоциации, но происхождение его более традиционное. Отец Шагрю, уроженец одного из округов Южного Техаса, где герой и провел большую часть своей жизни. Его отец пытается привить сыну индейские обычаи, тесно связанные с мистическим культом земли. В биографии героя сильный отпечаток оставила война, отчего Шагрю часто испытывает казалось бы беспричинную тревогу и беспокойство.

Шагрю характеризует себя как «второсортного наемника», «начинающего путешественника в седле» мотоцикла. Вьетнамская война оставила свой глубокий след в психическом здоровье частного детектива. Он рассказывает о шокирующем случае, когда он взорвал гранатой яму с вьетнамскими стариками и детьми, отчего оставшуюся часть своей военной командировки провел без сна и с разряженным оружием. Его нервный срыв не прошел бесследно для командиров, а идиотское поведение грозило арестом, от тюрьмы его спасло согласие сотрудничать с разведкой — поставлять сведения на своих сослуживцев. В отличие от военных обязанностей стукачество обернулось для Шагрю положительной стороной. Вернувшись домой, он смог с помощью влиятельных друзей из ЦРУ поступить в Университет Колорадо якобы для внедрения в радикальные студенческие группировки.

Получив степень магистра, Шагрю пытался работать журналистом, но обнаружил, что больше денег приносит работа коллектора, выбивающего долги для финансовых организаций. В поисках более стабильных заработков сходится с хиппи и случайно начинает работать как сыщик, специализирующийся на поиске пропавших детей, благо желавших сбежать среди «детей цветов» было немало.

После неудачного случая в Сан-Франциско Шагрю вынужден перебраться в Монтану, где живет и работает в трейлере, который делит с адвокатом по разводам. Ему, так же как и Мило, принадлежат несколько акров заросшей лесом земли и негласная доля акций в одном из баров. Он регулярно встречается с несколькими женщинами, но женат он так и не был. Словом, как его характеризует Крамли, Шагрю вполне заслужил репутацию среднего человека.

В романе сюжет строится вокруг поисков известного романиста Авраама Трэхорна (Abraham Trahearne), напоминающего Роджера Уэйда из «Долгого прощания» Чандлера. Как и полагается людям искусства, Трэхорн периодически уходит в запой, сбегая из родового имения, где живет с молодой женой Мелиндой. На поиски писателя сыщика отправляет бывшая жена Кэтрин, которая по-прежнему любит своего бывшего мужа. Одновременно детектива нанимают для поисков девушки, которая таинственным образом пропала десять лет назад. События неожиданно перекликаются между собой. Обнаружив запойного писателя, детектив дает согласие взять его с собой на поиски пропавшей девушки. С подачи писателя дело на первом этапе кажется романтичным и безнадежным.

Шагрю удается выяснить, что девушка не просто пропала, она сбежала от оргий в коммунах хиппи с последующей неизбежной проституцией и съемках в порнографических фильмах. В ходе расследования детектив сталкивается с довольно эксцентричными персонажами, описанными Крамли с любовью и талантом, отчего они невольно остаются в памяти. В ходе поисков Шагрю образ молодой девушки сменяется, она превращается в неопрятную женщину, погрязшую в собственной грубости. В итоге выяснятся, что пропавшая девушка и есть Мелинда Трэхорн. Но прежде чем выйти замуж за Трэхорна, Мелинда еще раз проходит через руки сутенеров и производителей порно. Писатель, сопровождающий детектива, в шоке от неприглядных подробностей таинственного прошлого своей жены. Трэхорн не может справиться со свалившейся на него информацией и слаженный дуэт Трэхорн — Шагрю распадается.

Писатель в решающий момент проявляется себя как слабак и хвастун. Мелинда решает уйти от Трэхорна, но в ту же ночь ее находят мертвой. Шагрю высказывает несколько возможных предположений о возможных убийцах, но отказывается продолжать расследование. Финальная сцена романа проходит в баре Шагрю там, где все начиналось…

«Никто не живет вечно, никто не может быть молодым дольше других. В моем прошлом оказалось слишком много лишнего багажа, значит мое будущее — это серия долгих прощаний, мое настоящее — пустой стакан, последний хороший напиток уже горчит у меня в гортани».

Отзывы о романе были более чем положительными. Критики отмечали живость и реалистичность в описании персонажей, динамичные диалоги, выстроенные с маниакальной энергией и острым юмором. Рецензенты писали, что автор регулярно устраивает своим читателям встряску, заставляя их заново осмыслить имеющуюся в их распоряжении информацию. По словам критиков, третий роман превратил Крамли из популярного писателя в уважаемого. Многие рецензии отмечают, что роман выходит за рамки жанра, далеко за рамки шаблонов созданных Чандлером и Макдональдом.

Брюс Кук в своей рецензии в «Уолл Стрит Джорнал» пишет: «Теперь даже критически настроенным исследователям придется признать, что можно создать великолепное и грандиозное произведение в жанре с сомнительной репутацией, выросшем из мягких журналов 20—30-х годов».

Роман «Последний хороший поцелуй» остался лучшей работой Джеймса Крамли, поскольку писатель смог в сбалансированной мере подать ироничный юмор, реалистичность и драматичность простой житейской истории. Поиски Мелинды Трэхорн воспринимаются как символ воспоминаний о прошлом. Насилие, присутствующее в романе, также отдает налетом воображаемого и вряд ли может быть воспринято как описание реальных событий.

Первые критики уверяли, что роман «слишком зависит» от лучших образцов Реймонда Чандлера, но сегодня все больше критиков склоняются к близости этого произведения к романам Джима Томпсона.

Последующие романы, где автор увлекается разоблачением преступных махинаций больших корпораций, правительственных учреждений и сомнительных личностей выглядят менее реалистично, а использование карикатурных описаний в стремлении усилить критику уводит от сбалансированной гармонии.

«Черешневый блюз» — один из самых известных романов Джеймса Ли Берка, отмеченный премией Эдгар, удивительным образом напоминает роман Крамли. Один из героев, по словам критиков, полная реинкарнация Авраама Трэхорна, а в роли детектива выступает Дэйв Робишо с аналогичными проблемами — память о Вьетнаме, алкоголь и свидания с призраками.

ТАНЦУЮЩИЙ МЕДВЕДЬ

Ключевые исследования триллера предпринимались нечасто, вторя культурному ритму, лучшие исследования появились в 70-е и 90-е годы. Я говорю об исследованиях Палмера и Рота4. Оба исследования охватывают широкий спектр литературных примеров и обеспечивают базовый набор компонентов — угроза общественному порядку, герои, злодеи, дедукция, разрешение и другие.

Так, по мнению Палмера, детектив / триллер появились в середине XIX века как текстуальная структура, которая остается неизменной на протяжении многих десятилетий. Схема в самом упрощенном варианте такова: герой как конкурентоспособный профессионал, обладающий индивидуальными чертами, противостоит угрозе заговора, задуманного и подготавливаемого злодеем, в итоге противостояния общественный порядок восстановлен и справедливость торжествует. Согласно утверждениям Палмера, этот сценарий — всего лишь художественная иллюстрация капиталистических отношений. Иными словами, детектив / триллер описывает законное желание капиталиста, стоящего во главе предприятия, поддерживать порядок и устранять любые вызовы. Рот воспринимает ситуацию текста и реальности в другом соотношении. Исследователь полагает, что великое многообразие реальных событий в художественной литературе лишь обобщается и подгоняются под наиболее общую схему, описанную выше.

Независимо от того, какая позиция нам ближе, напрашивается очевидный вывод. В основе триллера лежит страх перед заговором. Возникает закономерный вопрос, какое отношение имеет заговор к романам Крамли? И если в первой книге действительно трудно отыскать следы этого самого заговора, роман все же не относится к жанру детектива, то в «Последнем хорошем поцелуе» этот мотив уже начинает прослеживаться на уровне символической схемы, если воспринимать историю как метафору происходящих в США общественных событий.

Все же последующие романы Джеймса Крамли имеют в сюжете ярко очерченный мотив заговора. В качестве злодеев выступают большие корпорации или правительственные чиновники злоупотребляющие своим положением. А детективы Мило Милорадович и Шагрю постоянно вынуждены выводить на чистую воду нечистых на руку дельцов.

В классических трудах по «теории заговора» исследователи показывают, что именно конспирологические опасения были в центре политического ландшафта американского общества на протяжении многих десятилетий после Второй мировой войны.

В 70-е годы цепь исторических событий создала предпосылки для плодотворного развития этой идеи. Глобальные сдвиги произошли на международной арене. Между США и СССР были подписаны первые договоренности об ограничении стратегических вооружений. В следующем году Ричард Никсон предпринимает беспрецедентную по длительности (семь дней) поездку в Китай. Американская разведка успешно дестабилизировала правительство Альенде в Чили, что привело к перевороту. А госсекретарь Киссинджер беспрерывно высказывал свои опасения о ситуации на Ближнем Востоке. Как мы помним, в 90-е годы эти опасения вылились в реальную агрессию в отношении ряда государств.

Но американцы видят заговор не только в мировых событиях, социальная обстановка вылилась в поиски заговоров внутри самой Америки. Это стало возможно, поскольку неожиданно накопление событий привело к всплеску общественного сознания. Одни предпочли уйти от политики и решения острых вопросов, другие бросились на поиски внутренних и внешних врагов.

Второй роман Джеймса Крамли из серии о Мило Милорадовиче «Танцующий медведь», рассказывает о том, как частного детектива нанимает бывшая любовница его отца для наблюдения за любовниками. Мило с трудом выживает на диете из кокаина и мятного шнапса. Он подрабатывает ночным сторожем в целом ряде абсурдных мест, при описании которых автор в полной мере реализует свой талант сатирика.

Бытовая на первый взгляд история имеет второе дно. На самом деле материалы его расследования пытаются использовать проныра-журналист и его любовница для разоблачения влиятельной многонациональной корпорации, практикующей незаконную утилизацию отходов в природном заповеднике. В ходе расследования выясняется, что огромная организация также принимает активное участие в торговле наркотиками. Прежде чем обнаружить подвох, Мило проходит через серию мрачных и бессмысленных приключений, которые становятся с каждой главой все более жестокими. В расследовании Мило сталкивается с рядом невзрачных событий из собственного прошлого.

Критики отмечают, что проблемы, поднимаемые в этом романе, писатель будет обсуждать и в последующих детективах. Другая тенденция, сближающая эту книгу с последующими, — запутанный сюжет, благодаря чему детективное расследование получает все большее внимание, а личные проблемы героя уходят на второй план. Освещая проблемы общества, сохранения природы, равенства всех перед законом, автор без метафорического языка прямо говорит своему народу о его сложностях. Но ткань повествования становится от этого более сырой, а финал становится нервозным, в романе отсутствует ясная и ставящая финальную точку концовка. Эта тенденция в последующих романах только усилится. Вместе с этим критики отмечают, что предложения становятся все более насыщенными смыслом, даже промежутки между словами насыщаются значением, «словно налиты свинцом».

Удивительно неадекватно на этом фоне выглядят сцены, где автор довольно подробно описывает промахи и недостатки своих героев. Так, в «Танцующем медведе» Мило дважды довольно подробно рассказывает о своих навыках в наблюдении за объектом слежки и в обоих случаях прокалывается после этого. В первый раз его выдает отсутствие навыков съемки рекламных роликов, когда он выдает себя за телевизионщика. Во втором случае, во время слежки, он не замечает, что за ним также следят, и обнаруживает хвост только когда его «объект» взрывают, а его машину минируют с помощью ручной гранаты.

Оба фрагмента — изысканная пародия на стереотипные сцены из крутого детектива. А Крамли словно намекает, что человек ограничен в своих возможностях, и на любого профессионала найдется специалист покруче. На более глубоком уровне писатель расширяет границы крутого детектива, придавая абсурдность традиционным шаблонам, что смахивает на приемы постмодернистских романов. Но вместе с этим юмор и ирония в детективах Крамли выхолащиваются, остроумие становится настолько сложным для понимания и подается с таким невозмутимым видом, что оценить их может только настоящий знаток жанра.

Действие романа, подобно другим произведениям, разворачивается на фоне великолепных пейзажей Монтаны и Техаса. Джеймс Крамли был страстным любителем путешествий, что невольно отражается на его романах, где двое созданных им героев, неудачников и алкоголиков, регулярно отправляются колесить по Америке, в дороге и происходит большинство событий. Подобно персонажам Керуака, его герои отчуждены от своих корней и представляют собой метафору поколения, пережившего Вьетнамскую войну и лишенную родины. Америка для них — причудливый коллаж продажных политиков и лживых бизнесменов. В описании поездок автор поднимает темы экологии. А поскольку тема погибающей по вине человека природы не последняя в этой книге, красивые описания резко контрастируют с циничными задумками менеджеров компании, писатель заставляет читателя задуматься о целесообразности минутной прибыли, и потере вместе с природой частички собственной души.

Роман, как все книги Джеймса Крамли, очень многоплановый, и пусть он не дотягивает до великолепного «Последнего хорошего поцелуя», но все же он намного выше большинства популярных детективов, которыми заваливают полки книжных магазинов.

МЕКСИКАНСКАЯ ДЕРЕВЯННАЯ УТКА

Второй роман Джеймса Крамли о частном детективе Шагрю — «Мексиканская деревянная утка» — рассказывает о том, как частного детектива нанимают для поисков важной женщины. Наниматели — два толстых, тихих и аккуратных близнеца, которым принадлежит зоомагазин с аквариумом редких тропических рыб.

Поначалу дело кажется безнадежным, но вскоре история приобретает неожиданный оборот. Шагрю обнаруживает, что зоомагазин лишь прикрытие, а близнецы являются владельцами огромного склада оружия. Склад настолько огромный, что Крамли подчеркивает его размеры не объемом оружейных запасов, а упоминанием о танке Шерман, также хранящемся на складе.

В ходе расследования Шагрю влюбляется, и дело превращается для него из работы в личную заинтересованность. Дело затрагивает интересы некоторых влиятельных бизнесменов и государственных чиновников, а потому его обороты ближе к финалу больше напоминают маленькую войну. В итоге частный детектив вынужден привлечь своих бывших армейских приятелей, чтобы совершить набег на укрепленную базу байкеров.

Насилие, по отзывам критиков, «потрескивает и сверкает, словно фейерверк, рассыпая во все стороны неожиданные вспышки, от которых сюжет делает неожиданные, ироничные, а иногда и лихие веселые повороты». Заслуга Джеймса Крамли перед жанром крутого детектива в том, что ему удалось отойти от традиций, заложенных Кэрроллом Джоном Дейли и популяризированных Микки Спиллейном. Удалось создать образы без мрачного налета нуара, хотя своими действиями герои Крамли и Спиллейна очень похожи друг на друга. Главное отличие — в отношении к происходящему. Пожалуй, самым яркими продолжателями стиля, открытого Джеймсом Крамли, являются Джордж Пелеканос и Майкл Коннелли. Именно эти писатели сумели довести его до логической ясности, прозрачно и четко изложить и популяризировать литературные новации, которые Крамли представляет читателям на уровне интуиции. Они показали запредельность насилия и вывели ее за границы повседневности и обыденности. Жестокость и смерть не являются постоянными явлениями в человеческом обществе, а шок, который испытывает человек от столкновения с убийством или применением огнестрельного оружия, трудно пережить и уж тем более забыть.

Джеймс Крамли безжалостно рисует, как наливаются адреналином глаза у ветеранов Вьетнама, после чего никакие логические доводы или препятствия уже не способны их остановить. С другой стороны, Крамли первый из американских писателей, кому удалось показать амбивалентность притяжения / отталкивания насилия. В поздних романах двойственный характер этого явления проступает менее ясно, нежели в гениальном «Последнем хорошем поцелуе» и последовавших за ним «Танцующем медведе» и «Мексиканской деревянной утке».

Романы писателя долгое время оставались доступны лишь американским читателям. Ни одно из его произведений не было переиздано в Великобритании до 1994 года. Зато после публикации серии из трех романов автор моментально получил статус культового писателя. Иэн Рэнкин в предисловии к «Последнему хорошему поцелую» рассказывает, как он запоем глотал роман за романом, «смакуя высокую прозу и обреченную романтику американской мечты».

ПРИГРАНИЧНАЯ ТВАРЬ

В романе «Приграничная тварь» (Bordersnakes) Джеймс Крамли сводит главных героев из двух разных серий. На этот раз Мило и Шагрю, которые в ранних романах были лишь мельком знакомы друг с другом, объединяют свои силы. Вместе герои выглядят более меланхоличными и даже немного скучноватыми, хотя критики называют этот роман одним из лучших в творчестве американского писателя.

Рецензенты отмечают, что романы Крамли со временем стали только более запутанными, а характеры главных героев обросли «перегибами», которые превратили их в негабаритные, ходульные фигуры.

Завязкой для очередной истории служит похищение трех миллионов у Мило Милорадовича со счета. Взбешенный частный детектив, в чем есть, т.е. в элегантном костюме и на красном «Кадиллаке», отправляется на поиски сбежавшего банкира. По пути к мексиканской границе Мило берет в попутчики своего бывшего партнера Шагрю, и начинается обычное для романов американского писателя путешествие на Запад, под бесконечные разговоры, курево, алкоголь, наркотики и реки крови. Наперебой они хвастают своими прошлыми «подвигами», но найти потерянное непросто. В пути детективам противостоят продажные полицейские, наглые ковбои и не знающие жалости наркоторговцы. След находится спустя двести страниц мешанины из ложных версий… Но лишь в финале этого путешествия герои начинают осознавать, что они сами и есть главная причина их бед.

Одной из главных тем этого романа является жалость. Особенно автора интересует мужская жалость к другу, к природе, к обществу или раскаявшемуся врагу.

Насилие, описанием которого автор все больше и больше увлекается от романа к роману, в этой книге граничит с непоследовательностью, по словам одного из рецензентов, роман «горит вспышками жестокой лирики». Критики обвиняют автора в искажениях, рецензенты удачно сравнивают перегибы с «избытком бюджета». Автор уходит от сдержанной манеры изложения, заложенной Чандлером.

Неизменным остается поэтический слог Крамли, порождающий необыкновенные картины. «Пик Шеба величественно поднимался, сохраняя снег даже в разгар лета, белый и конический, как грудь молодой девушки, девушки, зачатой в усталых мечтах о грязном шахтере, мечтающей купить только золото или серебро».

Финал романа связывает воедино весь пучок разбросанных по роману сюжетных линий. Автор вновь радует своих поклонников целой серией неожиданных сюрпризов.

Критики отмечают сходство в поздних романах Джеймса Крамли. Все эти романы объединяют две проблемы: сложный и запутанный сюжет и вычурные детали в характере главных персонажей, частных детективов Мило и Шагрю. Зато гораздо более насыщенной становится проза Крамли. Для описания этой насыщенности рецензенты обычно прибегают к метафорам, например, что промежутки между словами в романе звенят от наполненности смыслом.

ПОСЛЕДНЯЯ СТРАНА

Мило работает в баре, хотя это всего лишь прикрытие для отмывки грязных денег. В один из дней он сталкивается с незнакомцем, высоким черным человеком, который, судя по высказываниям, только что убил торговца наркотиками. Незнакомец угощает Мило выпивкой и внезапно исчезает. Так начинается последний роман о детективе-неудачнике Мило Милорадовиче с символичным названием «Последняя страна».

Мило в очередной раз влюбляется, и снова в «самую красивую женщину». Однако вместо успокоения и умиротворения частного детектива преследует град пуль. Подобно женщинам из романов Чандлера, Бетти Портерфилд оказывается не такой простушкой, какой казалась поначалу. Хотя детективу исполнилось шестьдесят, он не снизил градус алкоголя и не перестал предаваться любовным утехам. Герой лишь мрачно иронизирует по поводу своего возраста, «слухи о том, что моя смерть близка, отнюдь не преувеличены… но, к сожалению для мои врагов, я еще жив». И снова детектив оказывается на бессмысленном маскараде двуличия, где в пьянящем ритме вокруг несутся шантажисты, убийцы и кровавые мстители. Мило чужой на этом маскараде, он словно рыба, вытащенная из воды.

Несмотря на все свои «недостатки», Мило предстает «рыцарем в сияющих доспехах», который пытается исправить несправедливость. Он ищет пропавшую жену одного из клиентов, находит доказательства невиновности осужденного, и все это под прицелом у банды убийц. А когда его зверски пытают в финале, он философствует, «зла просто не существует», но затем вновь надевает маску сатирика, «надеюсь, вы не занесете мне заразу?»

В этом романе все ярче проступает влияние Керуака и метафора историй «в дороге». А алкоголь и наркотики уже не могут заглушить страшных воспоминаний о войне, неприятия новой Америки, которая согласно описаниям Джеймса Крамли, представляет собой причудливый коллаж политической лжи и медиаобразов.

ПРАВОЕ БЕЗУМИЕ

К 68 годам почки писателя отказались работать, не выдержали погони за его героями. Но настоящим счастьем стал брак с Марфой Элизабет, которая принесла Джеймсу радость в период тяжелой болезни.

Непривычно видеть в качестве помощников писателя при работе над этим провокационным и кровавым романом перечисленных в разделе благодарности — врачей и медсестер, которые «помогли выжить». Еще больше благодарностей звучит в адрес новой жены, которая «стояла рядом с моей кроватью и не сдавалась, даже когда я был в наркотическом бреду и не мог ее узнать». Затем автор в привычной манере продолжает смущать общественность.

Завязкой для очередного расследования частного детектива Шагрю становится пропажа документов из офиса его друга, психиатра Мака. Шагрю берется за расследование, но все, кого он допрашивает по этому делу, неожиданным образом исчезают, пропадает и сам Мак. В поисках ответов детектив отправляется в очередное путешествие, проходящее через Вашингтон, Нью-Мексико, Техас и Колорадо, он заглядывает даже в Шотландию. В ходе путешествия ему встречаются совершенно фантастические персонажи, больше напоминающие героев из фильмов Тарантино. Чего стоит сексуальная русская красавица ростом метр восемьдесят.

В итоге он «предает» интересы своих работодателей после того как выяснилось, что они замешаны в коррупционных схемах. Детектив убивает нескольких противников, находит миллионы из которых щедрой рукой большую часть жертвует на благотворительность и возвращается в родную Монтану. Чтобы играть с кошками, глотать наркоту и продолжать искать смысл жизни.

Роман звучит как своеобразное политическое завещание автора. Если в «Последнем хорошем поцелуе» или «Мексиканской утке» Америка для Крамли — это огромная небесная страна, то в последнем романе — страна превращается в озеро крови, льющейся по ступеням Ада. Масса безобразного насилия и безумия смывает голубые краски, заливая все кровавым месивом. Бесконечное описание насилия в этом контексте звучит менее оскорбительно, чем бесконечные и надоевшие обвинения политических оппонентов.

Шагрю в этом романе еще более жестокий и импульсивный, чем мы привыкли его видеть. Но сцены жестокости, по словам критиков, «гиперболизировано аляповаты», отчего роман обладает особым кинематографическим шармом. Шагрю движет мысль о мести и насилии, он в своих фантазиях неоднократно представляет себе моменты расправы над противниками, смакуя детали жестокостей, он заставляет читателя потеряться в воображаемых реальностях. Навязчивая тема мести напоминает романы Микки Спиллейна, где Майк Хаммер для восстановления справедливости вынужден был постоянно нарушать закон. В этом романе не обходится без характерных черт стиля Джеймса Крамли — бесконечных попоек, откровений от первого лица и кровавых расправ.

Шагрю в этом романе мало похож на частного сыщика из крутых детективов. В прошлом автор забрасывал своего героя в горы Западного Техаса, где он скрывался от следующих по его следам контрабандистов, попадал под трибунал во Вьетнаме, закидывался кислотой в Сан-Франциско. Он даже участвовал в играх по софтболу. Если у него не было под рукой обезболивающих таблеток, он использовал любые наркотики, которые были под рукой. Но в последнем романе седовласый сыщик из Монтаны выглядит совершенно безбашенным, «он не потерял сознание, когда я выдернул его руку из предплечья, просто вылил на рану водку из стакана, сунул в отверстие раны ватные шарики, а в качестве финального штриха подвязал болтающуюся руку стрингами…».

Весь этот сумасшедший сюжет и приключения безумного героя изложены таким поэтическим языком, что порой кажется, будто читаешь поэму, которую не смогли перевести в поэтической манере. Например, вот как автор описывает адвоката («с улыбкой, невинной, как первый мартини») или очередную исповедь своего героя («я выпил несколько коктейлей, а затем забрался в свой пикап и начал медленно дрейфовать через ясное, высокое ночное небо, к неистовым звездам»), а вот как он описывает жену: «Злая, как буксир, тянущий мешок, полный кошек для утопления».

По словам критиков, типичным для автора стало слияние поэтического романтизма и циничной философии крутого детектива в его жестком варианте. Если выражать это простыми словами, галлюциногенный сюжет последнего романа Джеймса Крамли — это забитый до краев бухлом, насилием, сексом и лечением старых ран. Стиль романа уже мало похож на детективы Реймонда Чандлера, скорее это уже поэтика Хантера Томпсона. Изобилие внутренних монологов и изысканных метафор на фоне беспробудного пьянства, наркоты и секса. Удивительно мрачный и бесконечно темный роман.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

С середины 80-х годов Крамли стал меньше проводить времени в университете, посвящая все больше времени литературной работе и написанию сценариев. Он переработал в сценарии несколько своих романов — «Танцующий медведь» и «Стрелять по голубям», а также написал несколько сценариев по романам или комиксам других писателей: «Судья Дредд», «Большое нигде» по роману Джеймса Эллроя.

Писатель скончался 17 сентября 2008 года в больнице Святого Патрика в Миссуле от осложнения почек и сосудов.

Сегодня Джеймс Крамли — поистине культовый писатель для большинства ценителей криминального жанра. Романы американского писателя редко отмечали престижными наградами, но они стали своего рода учебным пособием для многих самых известных и популярных писателей современного детектива. Первый роман американского автора был посвящен военной тематике, болезненной теме войны во Вьетнаме. Он получил за него признание и славу талантливого дебютанта. Второй роман был написан в жанре детектива, но слава литературного гения осталась. Для критиков этот американский писатель остается в рамках серьезной литературы, хотя он выбрал криминальный жанр и, используя его как метафору, добился в нем предельного самовыражения. Для Крамли его романы были возможностью изложить результаты своих литературных и философских поисков ответов на вечные вопросы.

ИЗБРАННАЯ БИБЛИОГРАФИЯ

Детективные романы

Неправое дело (The Wrong Case, 1975) (Мило)

Последний хороший поцелуй (The Last Good Kiss, 1978) (Шагрю)

Танцующий медведь (Dancing Bear, 1983) (Мило)

Мексиканская деревянная утка (The Mexican Tree Duck, 1993) (Шагрю)

Приграничная тварь (Bordersnakes, 1996) (Мило и Шагрю)

Последняя страна (The Final Country, 2001) (Мило)

Безумие права (The Right Madness, 2005) (Шагрю)

Романы и сборники рассказов

Некий граф Каденс (One to Count Cadence, 1969)

Шлюхи (Whores, 1988)

Мадди Форд и другие вещи (The Muddy Ford, and Other Things, 1991)

Сценарии

Стрелять по голубям (The Pigeon Shoot, 1987)

На краю Иерихона (The Far Side of Jericho, 2006), совместно с Робом Салливаном

  1. По другой версии романы Крамли случайно прикупил романы Чандлера в мягкой обложке в мексиканском супермаркете. — Прим. автора.
  2. Хотя буквально транслитерация этого имени звучит как Майло, вероятно, кличка — это сокращение от фамилии, а потому Мило-(радович).
  3. Полностью имя героя Чонси Уэйн Шагрю, имя детектива начинается с «ш», нетрадиционного звука для американского уха.
  4. Palmer J. Thrillers: Genesis and Structure of a Popular Genre London: Edward Arnold, 1978., а также Roth M. Foul and Fair Play: Reading Genre in Classic Detective Fiction Athens, GA, and London: University of Georgia Press. 1995.
Оцените статью
Добавить комментарий